Контрфевраль - Игорь Черепнев

Звук отпираемой двери заставил Райнера замолкнуть на полуслове. Подполковник снова занял место за столом, капитан позвал конвойного солдата, и Райнер, не дожидаясь команды, собрался идти к выходу.

– Не переживайте так, старина. Проигрывать тоже надо уметь. – Капитану, казалось, было даже немного жаль англичанина, но потом его лицо стало жёстким. – Пока вы делаете то, что вас просят, ничего ужасного не случится. Даю вам слово, Райнер… Но вы же помните, лейтенант, джентльмен – хозяин своего слова? Захотел – дал, захотел – взял обратно. Ваша же политика построена на этом принципе, isn′t it?^[8] Идите… сэр!..

– Что же касается вас, князь, я думаю, вы поверили тому, что рассказал ваш друг? Поэтому участие в заговоре мы считаем доказанным. – Подполковник привлёк внимание Юсупова после того, как дверь за Райнером закрылась. – Я искренне надеюсь, что нам не придётся прибегать к достаточно экстремальным способам пробудить вашу искренность и раскаяние?

– Я не знаю, в чём должен раскаяться! Я впервые услышал о каком-то мифическом заговоре от вас и частично от Освальда…

– Ну, не такой он уже и мифический. Объясните, что делали в вашем дворце лейтенант Райнер и капитан Эллай? Кто дал указание вашему секретарю Ламбюру срочно сделать фотографии мёртвого Распутина?

– Освальд и Стивен были моими гостями… – По выражению лица капитана Юсупов понял, что тому надоела бесконечная болтовня, и, вспомнив, что говорил про этого человека Райнер, решил быть более откровенным. – Они знали, что мы готовим покушение на Распутина. И попросили меня… нас дать им возможность допросить его перед… Вы понимаете, о чём я.

– Очень азартно они его допрашивали, однако. – Капитан достал из папки лист бумаги. – Вот заключение медицинской экпертизы, цитирую: «…Правый глаз вылез из орбит и упал на лицо, правое ухо вывернуто и разорвано. На затылке рана, нанесённая тупым предметом. Лицо и тело жертвы носят следы ударов, нанесённых каким-то гибким и твердым предметом. Гениталии разорваны, по-видимому, тем же предметом, на левом боку зияющая рана, нанесённая острым коротким клинком…» Гибкий и твердый предмет – это, как я понимаю, двухфунтовая резиновая «гантель», на которой найдены следы крови и много интересных отпечатков пальцев, в том числе и ваших…

Скорее всего, вы лично не присутствовали при допросе, но о чём хотели узнать британцы, наверняка знаете. Не трудитесь, тема беседы нам известна – ваши друзья хотели узнать, кто именно стоит за идеей заключения сепаратного мира с Германией и насколько далеко они продвинулись в этом направлении. Не добившись ничего конкретного, они позвали вас, чтобы вы застрелили Распутина. Правда, своего оружия у вас не было, но великий князь Дмитрий Павлович любезно одолжил вам свой пистолет. На нём, кстати, тоже остались ваши пальчики. Вы выстрелили в грудь, но под неудачным углом. Пуля прошла через желудок и печень. Тем не менее все решили, что «злодей» убит. Потом вы с Райнером поднялись наверх, а капитан Эллай вместе с вашим секретарем стали проявлять фотографии… Князь, вы ещё не поняли, что нужно позаботиться о личной безопасности, а не выгораживать своих друзей? Может быть, дальше продолжите сами?

– …Хорошо… Я всё расскажу… – Юсупов понял, что изворачиваться бессмысленно, что им всё известно и сейчас эти офицеры просто издеваются над ним, заставляя рассказывать о событиях той ночи. – …Освальд… Лейтенант Райнер должен был сообщить своему начальству о… Он пошёл к авто, которое ждало его неподалёку…

– Вы имеете в виду «Остин», стоявший у Цветного моста? – довольно бесцеремонно уточняет подполковник.

– Я не знаю, на чём они приехали… Мы с Пуришкевичем решили ещё раз спуститься вниз… Распутин, оказавшись живым, бросился вслед за Райнером, намереваясь выскочить за ворота. Пуришкевич вытащил свой пистолет и два раза выстрелил по нему. Кажется, попал…

– Пуля, выпущенная из пистолета «сэведж», вошла в правую часть спины, поразив почку. – Капитан вновь обращается к акту экспертизы. – И что было дальше?

– Дальше?.. Райнер обернулся на выстрелы, подскочил к Распутину… И выстрелил в него из своего револьвера.

– Угу, третья пуля – от револьвера «веблей», выстрел в лоб. Как говорится, Head shot. – Капитан снова обращается к бумаге, которую держит в руках. – Что было потом?

– Потом мы затащили тело в дом, завернули в портьеру и перевязали. Доктор Лазоверт подогнал авто Дмит… великого князя, вместе с Сухотиным закинули этот «сверток» в салон. Дмитрий Павлович поехал с ними, рассчитывая, что его присутствие оградит от неприятностей… А потом появились вы… я могу спросить?

– Конечно, можете, ваше сиятельство. – Подполковник поощряюще улыбнулся.

– Что вы… Что с… – Юсупов никак не мог найти подходящие слова.

– Вы хотите узнать, что случилось с остальными участниками? – Подполковник вопросительно смотрит на капитана. Тот, по своему истолковав этот взгляд, отвечает:

– Ваших дам мы не трогаем, они всё равно ничего не видели и не знают. Поручик Сухотин написал рапорт о досрочном убытии в действующую армию и уже уехал на фронт. Доктор Лазоверт вернулся к исполнению своих обязанностей начальника санитарного поезда…

– Но позвольте!.. Он же готовил!..

– Нет, ваше сиятельство, экспертиза не установила наличия яда в организме Распутина. Доктор заменил цианид простым аспирином. Не смог Георгиевский кавалер пойти на подлость и нарушить клятву Гиппократа. В отличие от светлейших персон… Пуришкевич «оказался» вообще ни при чем, той ночью кутил в особняке Белосельских-Белозерских на Фонтанке, что хозяевами и подтверждено. Сейчас критически пересматривает свою позицию в Думе относительно монархии в целом и великого князя Михаила в частности. Если убедит Дубровина, то есть надежда, что «Союз русского народа» и «Союз Михаила-архангела» скоро помирятся и начнут заниматься полезным делом. Осталось решить вопрос с вами…

Юсупову последние слова капитана показались зловещими, но он, судорожно сглотнув, всё же осмелился спросить:

– И… Какая судьба мне теперь уготована?..

– Не волнуйтесь, вашей драгоценной жизни ничего не угрожает. После нашего разговора приведёте себя в порядок, вам предоставят для этого всё необходимое. А через пару дней поедете домой. Что и кому будете рассказывать – придумайте сами, с вашим артистическим талантом это будет нетрудно. Ну, например, волею судьбы познакомились с таинственным монахом, который своими речами заставил вас раскаиваться в предыдущем образе жизни. Наложил епитимью – две недели в его лесной землянке. Хлеб, вода и никакой связи с внешним миром. Шинель возле полыньи – символ смерти и воскрешения в новой, праведной жизни…

Главное, что вы должны запомнить – у вас есть три пути. Первый – оставить всё, как есть, заниматься собой любимым и не обращать внимания на то, что Отчизна на краю пропасти. В этом случае вас никто не тронет.

Второй – поддаться всеобщему мнению, которое сливки общества скоро выскажут в ответ на те перемены, которые будет проводить великий князь Михаил Александрович. В этом случае… Райнер же рассказал вам о «пещере»?.. Надеюсь, вы намёки понимаете?.. Ну, и третий путь – как представитель одного из древнейших, знатнейших и богатейших дворянских родов вы полностью поддерживаете все начинания регента, помогаете ему в переустройстве России и получаете за это всенародную любовь и признание… Да, чуть не забыл, вам не кажется, что, обладая капиталом почти в тридцать миллионов рублей, тратить какие-то десять – пятнадцать тысяч в год на благотворительность – это несколько не по-княжески?