Охотник. Чужой - Евгений Щепетнов

Ну да, есть брайды, но толку-то от брайдов, если они не включены в единый реестр?

Нет, все-таки самые настоящие дикари! Даже инакомыслящих не могут как следует загнобить! Ни лагерей нет, ни дельной полиции – одни только болваны в латных доспехах! Попробуй-ка, побегай в этих железяках! Они не выдержат даже выстрела из хорошего пистолета, чего уж говорить о ружьях и всяких таких штуках вроде аркебуз. И если привнести в этот мир огнестрельное оружие…

Олег тряхнул головой, отгоняя греховные мысли, и с досадой пощупал мокрую рубаху:

– Какого черта всего намочили? Неужели нельзя было ограничиться головой?

– Ага! – буркнул сердитый Савах. – Когда нам было рассуждать-то? Ты хрипел и пену пускал! Вот какого демона надо было лезть туда, куда лезть совсем не надо? Почитал бы книжки, потренировался, а там уж и…

– Хватит! – рявкнул Олег, злой как черт. И потому, что поперли дорогую вещь, и потому, что мальчишка был абсолютно прав. А признавать это унизительно. – Иди лучше к хозяину трактира и позови его сюда!

Савах помедлил несколько секунд, оглянулся на Севию, явно не получил поддержки и только потом медленно зашагал по коридору по направлению к лестнице, ведущей на первый этаж.

Севия вопросительно посмотрела на Олега, пожала плечами:

– Ты думаешь…

– Да! И это занятие мне нравится! – отрезал Олег. – И тебе советую думать! И не слушай тех, кто говорит, будто от думания можно сойти с ума! Эти люди просто ни разу не думали!

– Э-э-э… м-м-м… я не о том! – вяло трепыхнулась девушка, но продолжать не стала. Она все поняла, а Олегу ужасно не хотелось тратить свое красноречие зря. И потому – оставалось только ждать.

– Он говорит, что сейчас прийти не может, занят. Но как только освободится – к тебе придет. Скорее всего, завтра утром! К обеду! – с легким ехидством в голосе сообщил Савах. – Что делать?

– Иди к нему и скажи, что я сейчас разнесу его богадельню (перевелось почему-то как «гнилой храм»), если он не придет!

– Хорошо, так и скажу! – ухмыльнулся Савах. – Гнилой храм!

Ушел. Минут пять его не было, затем в коридоре послышались шаги – шли несколько человек. Трое – Савах, трактирщик и телохранитель трактирщика, явно на тот случай, если постоялец начнет буянить.

– Что случилось, господин Семиг? – Трактирщик был уже не таким радушным и ласковым, как сегодня днем. Ощущение было, что еще немного, и он даст приказ своему мордовороту разбить башку строптивого клиента. «Совсем обнаглели! От работы отрывают!»

– Меня обворовали, – без обиняков заявил Олег. – Забрали очень ценную вещь. И вы этому способствовали. Или даже участвовали. Я требую отдать мне то, что вы забрали, в противном случае будете иметь неприятности.

– Чушь! – тут же ответил трактирщик, поворачиваясь, чтобы уйти. – Я ничего у вас не брал и не знаю, что у вас было такого ценного! Если такое ценное – какого демона вы оставили это в номере? Надо было с собой брать или сдать мне на хранение – за справедливый процент! А если кто-то сумел проникнуть в ваш номер – это не моя вина! Мало ли магов бродит по свету? У них и заклинания размыкания имеются! Не знаю я ничего! Отстаньте от меня!

– Севия? – Олег посмотрел на «напарницу», и та кивнула головой:

– Врет. Боится. И не только тебя.

– Что?! Как вы смеете накладывать на меня заклинания! – Трактирщик сделался красным как рак, и на лбу у него выступили крупные капли пота. – Я вас вообще сейчас выгоню отсюда! Арман!

Громила выдвинулся вперед, но Олег предупредительно поднял руку:

– Арман, тебе это надо? Погибать за здравие своего вороватого хозяина? Я точно знаю, что он врет, – у меня магичка-эмпатка. А я – боевой маг. Ты знаешь, что такое боевой маг, Арман?

– Знаю, господин! – вздохнул громила, но не выпустил рукоять дубинки, которую уже сжимал в руке. – Но если вы начнете колдовать в городе, вас не помилуют. Насчет умирать – да все мы не вечны. Моя работа – прикрывать хозяина. Даже если он ведет себя как… хм-м… в общем – мне за то деньги платят, и неплохие.

Громила сделал еще один шаг и вдруг очень быстро нанес удар дубинкой, целясь Олегу прямо в висок!

Черная, засаленная от долгого употребления дубина мелькнула береговым стрижом, и если бы Олег не увернулся, пропустив ее в сантиметре от головы, точно вырубила бы его.

И тогда Олег отпрыгнул назад, одним движением выдернул из-за спины меч и, выписывая им сложные фигуры, напоминающие восьмерки, двинулся вперед, внимательно следя за руками Армана.

Громила тоже не был с одной дубинкой – в правой руке короткий меч – видимо, специально для драк в узком помещении. Трактирщик же тем временем рванулся к двери… чтобы обнаружить, что она закрыта на ключ. Кто и когда успел ее закрыть – неизвестно. Но теперь выйти из комнаты можно было только по разрешению Олега. Или через его труп.

Второй вариант явно показался трактирщику более соблазнительным, и он завизжал, приближая тон своего голоса к ультразвуку:

– Убей его! Убей их! Убей!

Клаш! Клаш! Дз-з-зыын-н-нь…

Олег двигался совершенно автоматически, казалось, что действует не он, а кто-то другой, тот, кто на время завладел его новым телом, а он, Олег, будто сидит в кабинке и смотрит. Нет, он все чувствовал – боль в мышцах, перегруженных невероятно быстрым темпом, и запах пота, который шел от противника. Чувствовал гнилостный запах изо рта громилы – да, стоматология здесь явно недоступна бедным. Слышал далекие звуки музыки из зала таверны и ощущал запах съестного, идущий из кухни.

И при этом Олег не руководил своим телом – сторонний наблюдатель, чужой – вот кто он был сейчас.

И наверное – это даже хорошо. Потому что сам он никогда бы не смог вертеть эти финты, батманы, терции и примы. Рука взлетала, отводила меч, колола, рубила, возвращалась назад – и Олег вдруг понял, что он не хочет убивать этого громилу. Честно сказать – не за что убивать. Тот всего лишь телохранитель, а потому…

Снова, словно без участия Олега, тело его отпрыгнуло назад, увеличивая дистанцию, меч полетел в пол, вонзился в толстую половицу и жалобно зазвенел от невозможности напиться крови. Руки Олега взметнулись вверх, сделали несколько быстрых пассов, и вдруг… из них ударили зеленые молнии! Шипучие, пахнущие озоном, яркие – даже в свете магического фонарика, который так и висел над плечом Олега!

Молнии вонзились в Армана, и тот вдруг вытянулся, замерев на месте, затрясся мелкой дрожью, будто попал под удар электротока, и с грохотом свалился на пол, врезавшись головой в половицу так, что Олег поморщился и подумал о том, что теперь у парня точно будет сотрясение мозга. Если мозг у него есть, конечно.

Когда главная, и, наверное, единственная угроза была устранена, Олег повернулся к согнувшемуся у двери трактирщику, безуспешно толкающему тяжеленную, окованную металлом дубовую пластину двери. Увидев, что случилось с охранником, тот опустился на колени и, подняв ладони к потолку, жалко прошептал: