Города под парусами. Берег отчаянья - Алексей Калугин

Джерри вскинул руку и коснулся пальцами лба. Затем быстро провел кончиками пальцев по щеке, по подбородку. Он словно хотел убедиться, что его лицо пока еще не резиновое.

– Пошли вон! – гаркнул на них Джерри и для убедительности взмахнул руками.

Видно, было что-то в его лице, что заставило толпящийся вокруг сброд на время умолкнуть и попятиться.

Джерри показалось, что в тот момент, когда они расступились, он заметил мелькнувший в толпе серый балахон с остроконечным капюшоном. Но в следующую секунду он снова исчез.

– И черт с ним, – зло оскалился Джерри. – Даже если это Смерть, здесь она меня все равно не застанет…

Джерри потрусил в дальней конец пристани. Остановился там. Развернулся. Качнулся на носках. Примерился. И, быстро набирая скорость, побежал в сторону дыры в ограждении.

Все вокруг умолкли. Затаили дыхание. И на пристани, и в городе.

Джерри бежал в оглушительной тишине, слыша только, как каблуки его сапог ударяются о деревянный настил.

Он старался ни о чем не думать.

Все, что ему сейчас было нужно, – не споткнуться и не сбиться с шага.

До борта города не так уж далеко.

Он допрыгнет.

Непременно допрыгнет…

Оттолкнувшись левой ногой от края причала, Джерри выбросил правую ногу вперед. Взмахнул руками. Откинул голову назад…

– Я думал, он так и не прыгнет, – раскрыл от удивления рот боцман По. Но тут же прихлопнул его и скомандовал так, будто это было самое обычное дело на борту: – Ловите его, парни!

Джерри допустил ошибку – прыгнул слишком высоко. Несмотря на это, он бы смог если не запрыгнуть на борт, так хотя бы ухватиться за него руками. А там бы его уже втащили и поставили на твердую землю. Но примерно на середине своего прыжка он угодил в восходящий гравитационный поток, возникший в узком зазоре между пристанью и городом.

И – все.

Прыжок Джерри прервался – невидимая сила потащила его вверх.

Пытаясь вырваться, Джерри взмахнул руками, дернул ногами, как неумелый пловец. Но привело это лишь к тому, что тело его буквально завязалось узлом. Правая рука обернулась вокруг шеи, левая обхватила спереди грудь, правая нога завернулась назад и уперлась каблуком в поясницу, и только левая, согнутая в колене, торчала в сторону, будто какой-то инородный предмет. Смятое, скомканное тело Джерри вращалось вокруг воображаемой поперечной оси, проходящей через пупок. И при этом медленно поднималось вверх.

Все выше, выше, выше…

– Джерри! – раздался снизу отчаянный крик Энгель-Рока.

– Багры! Тащите багры! – крикнул боцман.

«Почему он так кричит?» – подумал Джерри.

Ему не было больно. Даже не было страшно. Лететь вверх – это почти то же самое, что и падать вниз. Выходит, Смерть не зря толклась на пристани?

Когда прибежали ветроходы с баграми, до Джерри им было уже не дотянуться.

Энгель-Рок сжимал и разжимал кулаки. Его душила бессильная злоба на себя самого. За то, что заставил Джерри прыгнуть.

– А ну, разойдись, – раздался властный женский голос.

Оттолкнув кого-то, оказавшегося у нее на пути, к борту подошла невысокого роста девица с длинными, черными волосами, собранными сзади в хвост. На ней была темно-коричневая куртка из мягкой кожи с бахромой на рукавах и точно такие же штаны, плотно обтягивающие бедра, но расширяющиеся к низу так, что мыски надетых на ноги мокасин появлялись, только когда женщина делала шаг. У нее был прямой нос, большой рот с широкими губами, отчетливо выступающие скулы, тонкие, чуть изогнутые брови и глаза, внешние уголки которых были оттянуты немного вверх и в стороны.

Уверенно упершись ногой в бортовой поручень, она посмотрела вверх, на Джерри, которого унесло вверх уже метров на семь.

– Пять шагов назад! – рявкнула она на оказавшегося рядом с ней ветрохода с жутким шрамом на щеке.

И тот, ни слова не сказав, попятился.

– Ну и харизма у этой девицы. – Финн локтем ткнул в бок стоявшего рядом с ним Пармезана.

Анатоль в ответ только молча глаза закатил.

– Она ведь не из наших? В смысле, не из Зей-Зоны?

– Из наших, – медленно кивнул Анатоль. Он обычно все делал неторопливо и основательно.

– Почему я ее не видел? – удивленно вскинул брови Финн.

– Она всего пять дней, как прибыла в Зей-Зону.

– Так баркаса вроде больше декады не было.

– Она приплыла на шестивесельном шлюпе лиловых плавунов.

– Что? – Финн решил, что он не ослышался, только потому, что слух у него был отменный. – Она сама приплыла в Зей-Зону? Да еще и заплатила за это?

– Ну, вроде того, – ответил Пармезан, не любивший давать прямые и прямолинейные ответы на вопросы, смысл которых был ему непонятен.

Если он сказал, что девица приплыла в Зей-Зону на шлюпе лиловых плавунов, то это само собой подразумевало, что сделала она это по собственной воле, заплатив деньги. Лиловые плавуны никого не повезут задаром. Это очевидно. Если же Финн хотел узнать, зачем девица приплыла в Зей-Зону, то он так и должен был спросить. Только Анатоль все равно бы ничего не ответил. Потому что не знал.

– Растяните одеяло! – скомандовала девица.

Получилось у нее это так легко и просто, словно она всю свою жизнь только тем и занималась, что отдавала приказы мужикам, каждый из которых считал себя как минимум зверь-ветроходом. И, что самое удивительное, человек восемь сразу же бросились выполнять ее приказ.

Даже боцман Кемон По, немало поскользивший и повидавший разных командиров, озадаченно почесал затылок.

Девица тем временем сдернула с пояса уложенную кольцами жесткую веревку с раздвоенным концом. Длина двух коротких концов составляла около двадцати сантиметров. И на каждом был закреплен круглый грузик, размером с полкулака.

Девица снова уперлась ногой в тянущийся вдоль борта поручень, зажала в кулаке конец веревки и подняла руку над головой. Подкинув круглые грузики вверх, она начала раскручивать их. Сначала оба шара вращались вместе. Но в какой-то момент девица сделала почти незаметное движение пальцами, и шары разошлись в разные стороны, растянув концы веревки в прямую линию. И в тот же миг девица разжала кулак.

Шары полетели вверх, увлекая за собой разматывающуюся виток за витком веревку.

– Сдуреть можно! – восхищенно выдохнул Финн.

А вместе с ним и все, кто видел, что произошло.

Бросок был выполнен с невероятной точностью. Раздвоенный конец веревки угодил точно в щиколотку вывернутой в сторону левой ноги Джерри и ухватил ее, словно клешня гигантского краба. Шары дважды обернулись вокруг ноги, подцепив Джерри крепче, чем гарпун.