Норман - Владимир Белобородов

– Да чувство такое, будто кто-то еще тут есть.

– Смотри вперед, я пригляжу сзади.

Храм шел за нами практически задом. Придя на стоянку, Раск с арбалетом присел к крепостной стене, так, чтобы видно было всех нас и дверь в замок, правда, в темноте ночи из-за света костра она не различалась.

– Присаживайся, отец. – Храм указал свободное место на деревянной полурассыпавшейся балке, принесенной нами с конюшни и игравшей роль скамьи.

Старец присел.

– Давай, хозяин, знакомиться. Меня зовут Храм, это Рамос, его сын Норман, Кальд, Раск и Рик. Тебя нам как называть?

– Звать меня Милофий, только я не хозяин замка, когда-то служил здесь управляющим, у Элама эр Скользкого, с тех пор как замок все покинули, живу здесь.

Я в уме подсчитал, сколько ему должно быть кругов, получалось, не меньше девяноста, а по внешнему виду даже постарше.

– Вы, люди, никак, за сокровищами? – ожил старик.

– Нет, отец, мы переночевать заехали. Отведаешь нашего ужина? – Отец достал кусок глухана. – Правда, без хлеба и соли, чего нет – того нет.

– Не откажусь, пока вы его жарили, запах на всю крепость разошелся. А хлеба я уже давно не ел.

– Так ты нас видел? А чего не спустился?

– Кто ж знает, кто вы такие? Обычно сюда за сокровищами приходят, и не всегда люди добрыми бывают. Раз, помню, даже пытать меня собирались.

– А потом?

– Потом пришла Линзи с ребятами и перебила всех.

– А кто такая Линзи?

– Владелица замка.

У меня, да и, судя по оглянувшимся отцу и Храму, не только у меня, начало закрадываться смутное подозрение. Озвучил его орк:

– Вампир?

– Ну да.

– А тебя они что, не трогают?

– Не-э-эт. Первое время для запаса держали, если есть некого будет, кругов двадцать, наверно, взаперти просидел. А потом отпустили. Уж не знаю, пожалели, может. Ну а мне некуда идти, к тому времени более ста кругов исполнилось, не видел ничего после темницы, остался умирать. А они мне продуктов принесли, амулетов магических, чтобы здоровье поддержать. Так и живу здесь, уж не знаю, как боров на черный день или просто интересно им.

– И что, часто приходят?

– Раза четыре в десятину, когда чаще, когда десятин пять их не встречаю, по-разному.

– А сегодня должны прийти?

– Они мне не докладываются. Боитесь?

– Конечно, кто же захочет с ними повстречаться?

– Встретились уже. – Бархатный женский голос заставил всех вздрогнуть.

К этому времени уже не только Раск, но и Рик с Шиваком сидели около стены со взведенными арбалетами, поэтому в сторону появившейся тени тут же полетел один из болтов. Тень легко ушла в сторону.

– Не нервничайте, хотели бы вас убить, давно бы уже все лежали.

Что-то подсказывало, что это не просто угроза. Тень подошла ближе, тусклый огонь осветил женскую фигуру с широковатыми плечами, а на миловидном личике, портя впечатление, выпирали клыки-иголки, за плечами виднелась рукоять меча.

– Ваше счастье, что мы сытые. В эту десятину у нас прямо паломничество. Я бы на вашем месте надолго не задерживалась в гостях. Мы бы еще прошлой ночью вами подзакусили, но ваш одаренный нас почувствовал, рисковать не стали, перебить бы мы вас перебили, но могли быть потери. А я не люблю рисковать. Завтра утром чтобы вас здесь не было. И помните: если захотите вернуться, вы для нас – пища.

Она развернулась и важно ушла в темноту ночи, следом почти со всех сторон послышался легкий шелест, видимо, ее воины покидали позиции.

– Серьезная дама. – Из темноты вышел Лекам с обнаженным мечом. – Она за вами уже мер тридцать наблюдала. Думаю, что стражу лучше нести здесь, вдруг кто-нибудь из них не наелся.

Лекам вопросительно посмотрел на отца и кивнул на старца.

– Потом объясню. – Отец помолчал с меру. – И часто она так живых отпускает, Милофий?

– Нет, из тех, кто в замок приходит, вы третьи. Легенду необходимо поддерживать, так что иногда отсюда уходят живые, чтобы было кому рассказывать. Ну и если обозы большие идут, тоже не всех убивают.

До утра уже никто спать не лег. Милофий вскорости ушел, сославшись на старость. Разговоры как-то не клеились, все были настороже. Чуть выглянуло солнце, мы спешно оседлали и навьючили лошадей. Отец предложил оставить трофейные мечи, чтобы облегчить поклажу, но орк категорически отказался. Переведя в поводу лошадей через хлипкий мост, с облегчением отправились в путь. Гномы только через двадцать мер времени сняли болты и ослабили тетиву.

– Вампиры сильные воины? – решил я прояснить у Лекама вопрос, касающийся ночной встречи.

– Хорошие. Ускоряются не хуже опытного мага. Но главное их преимущество – ночное зрение. Вернее, видение силы. Любой предмет пронизывают потоки силы, неживые – послабее, живые – сами силу вырабатывают. Гномы вон, кстати, тоже силу видят, правда, только неживых предметов, поэтому и мастера по камню и металлу из них хорошие, знают, где ударить между потоками сил, чтоб камень раскололся, и куют, наблюдая за изменением потоков. Некоторые из них даже немного могут сдвигать силу, но одаренных у них при этом совсем нет. А вампиры просто видят силу, любую. Собственно, они ею, а не кровью и питаются, а кровь пьют по причине более быстрой передачи маны вместе с ней. У обычного человека душа сама создает силу, а у вампиров души нет, поэтому приходится чужой пользоваться, выпьют человека – и десятины четыре сытые. Ну а поскольку неожиданность и ночное зрение были на их стороне, шансов в битве у нас не имелось. Но, думаю, двоих или троих мы бы с собой забрали к богам. Поэтому и нападать на нас не стали, не стоит война добычи. А вот днем я бы еще посмотрел, кто кого, конечно, без потерь не обошлось бы, но эту пятерку мы бы осилили.

– Почему ты решил, что их пятеро?

– По шорохам посчитал, пока вы болтали, может, на одного и ошибся.

– Возможно, их в доме еще десяток?

– Чтобы столько вампиров прокормить, кучу народа надо погубить, а это привлечет внимание Светлого братства и властей, поэтому вряд ли. Вернее всего, гнездо у них маленькое. Вот в Темных землях и бегают стаи по двадцать голов.

– А их серебром убивать надо или кол в сердце?

Лекам рассмеялся.

– Нет, с чего ты так решил?

– Не знаю, как-то в голову пришло.

– Так же, как и человека, они же бывшие люди, единственно, что живучие, при тяжелом ранении в строю остаются, и, если вовремя человека выпьют, заживает на них все быстро.

– Значит, света они не боятся?

Лекам чуть с лошади не упал от хохота, орк впереди и отец сзади его бурно поддержали.