Возвращение в Мир Смерти - Ант Скаландис

Язон перестал есть и картинно уронил вилку в тарелку.

— О, какая честь! — воскликнул он, закатывая глаза. — Я этого не переживу.

Солвиц молчал и терпеливо ждал более серьезной реакции.

— Доктор Солвиц, — сказал Язон, надурачившись вволю. — Было довольно легко догадаться, что вам нужен именно я. Но вы так и не объяснили, зачем.

— Объясняю: вы единственный можете послужить полноценным посредником между мною и этой Галактикой.

— И переговоры со всей обитаемой Вселенной мы будем вести отсюда, спрятавшись в уютном баре за толстым слоем льда? — невинно поинтересовался Язон.

— Да ну нет же, конечно! — вспылил Солвиц. — Наберитесь терпения, Язон динАльт! Куда вы вечно торопитесь с вашими вопросами?

— Стоп, стоп, стоп, доктор Солвиц! — осадил его Язон. — Теперь, когда вы сами признались, что я для вас личность более чем важная, именно я и буду задавать вопросы. Хочу — тороплюсь, хочу — не тороплюсь. Я теперь дирижирую беседой.

— Хорошо, — устало вздохнул бессмертный ученый. — Дирижируйте, Язон.

— Вы многовато лишнего рассказываете, доктор Солвиц. А мне нужны ответы по существу. Ваши исповеди слишком уж напоминают отвлекающие маневры. Чего вы боитесь, Солвиц? Смерти, которой безумные долгожители вроде вас всегда боятся особенно сильно? Или вы боитесь за ваши знания? Боитесь, что они попадут в плохие руки или пропадут вовсе?

— Вы ничего не поняли, Язон. Наверно, зря я так высоко оценил ваш интелеллект. Смерти я не боюсь уже давно. Об этом чуть позже. А что касается знаний… Да, было бы обидно утратить их, но это не самое страшное. Самое страшное — утратить контроль над ними. Вот вы говорите: попадут в плохие руки. Меж тем хороших рук не бывает вовсе. Любые руки — плохие. Уж вы мне поверьте. Знания следует сберегать не в руках, а в голове, и лучше всего в одной-единственной, тогда сохраняется надежда на относительный порядок во Вселенной и хоть сколько-то стабильную власть.

— Так вы хотите единоличной власти над миром?! — У Язона точно пелена с глаз упала. — Как это оригинально!

— А вы не хотите? — атаковал Солвиц встречным вопросом.

— Хочу ли я властвовать над Вселенной? — Язон искренне растерялся.

Потом задумался на пару секунд и честно ответил:

— Нет, не хочу. Честное слово, не хочу. Я всегда мечтал быть богатым, сильным, свободным. Но никогда не стремился стать самым-самым, меня вполне устраивает быть одним из. Наверно, в этом главная разница между нами.

— Наверно, — согласился Солвиц. — А вы еще спрашиваете, зачем вы мне нужны.

— Теперь мне все понятно. — Мета неожиданно поднялась из-за стола, в ярости комкая салфетку. — Этот сумасшедший доктор мечтает захватить весь мир, да к тому же твоими руками, Язон. Пошли отсюда.

— О Боже! — взмолился Солвиц. — Только женских выкрутасов мне еще здесь и не хватало. У нас мужской разговор, Язон динАльт! Вы можете избавить меня от подобных выходок?

Язон едва успел перехватить руку Меты, к счастью, не с пистолетом, а со столовым ножом.

— Я вас предупреждал, Солвиц! Непочтительный тон в адрес моей дамы чреват серьезными последствиями. А рассуждения Меты вполне резонны, кстати. Извольте объясниться. Нечего устраивать тут истерику!

— И первым делом потрудитесь рассказать, зачем вы все-таки убили Троу, — продолжала настаивать Мета, едва сдерживая свои эмоции.

— О Боже! Я ведь, кажется, уже объяснял.

Разве нет?

Солвиц явно тянул время, и Язон, как бы поддаваясь, решил сбить его неожиданным вопросом:

— Почему вы так часто упоминаете Бога? Это напомнило мне одну давнюю историю, когда я непростительно долго общался с неким проповедником по имени Майк Сэймон. Вы тоже верующий?

Эффект оказался неожиданным: Солвиц расхохотался.

— Я — верующий?! Да, я верю в Бога! Я верю в то, что Бог — это я. Ведь я сам создал свою планету, вот этот мир, и создам еще много других, если только мне не будут мешать. Да, Язон динАльт, Бог — это я. В меня не надо верить, со мною просто можно иметь дело.

— Допустим, — мягко согласился Язон. — И все же. Зачем вы убили Троу?

— Да не зачем, а почему. Его препарировали там, наверху. Моя охрана. Они… они уже не всегда подчиняются воле хозяина. Знаете, как в древности заводили при тюрьмах больших собак, натасканных на убийство. Домашние животные становились настолько злыми, что приходилось держать их в клетках, как диких зверей. Цепные собаки начинали бросаться уже на всех, даже на своих хозяев… Такие дела. А ваш друг Троу проявил чрезмерную агрессивность. Там, наверху, нельзя вести себя так — это верная гибель. Я попытался взять ситуацию под контроль, но вы своими выстрелами чуть было все не испортили. К счастью, Троу все-таки жив, и скоро вам предстоит встретиться.

— Вы лжете, — не выдержала Мета, вновь надвигаясь на Солвица. — Человек не может выжить после такого.

— Вы почти правы. Надо только конкретизировать, что каждый из нас понимает под словом „человек“.

— Неужели и это неясно? — удивился Язон.

— Вот видите, как странно мы с вами разговариваем. Перескакиваем с одного на другое, а в итоге ничего нельзя понять. Вы просто с ослиным упрямством не хотите слушать все по порядку.

— Ладно, давайте, — смирился Язон.

А Мета свирепо глянула на него — мол, за себя говори — и воинственно повернулась к Солвицу:

— Начните с ваших цепных псов, которые даже вас не слушаются. Это особенно интересно.

— Боюсь, это не самое удачное начало для объяснений, Мета, — вздохнул Солвиц. — Ну что ж, попытаюсь. На поверхности моего астероида, вмороженные в специальную субстанцию, которую вы назвали гиперльдом, находятся не просто самые страшные виды оружия, когда-либо изобретенные человеком. Это…

Солвиц замялся, подыскивая слова и явно пугаясь азартного блеска, вспыхнувшего в глазах Меты при слове „оружие“.

— Это — квинтэссенция зла, от которого я мечтал избавиться, выводя смертоубийственные устройства за пределы своего астероида. Но они вступили во взаимодействие с новыми физическими законами и стали жить собственной жизнью. Нет, они не заползали обратно сюда, дабы уничтожить хозяина и творца своего, как уже не однажды случалось в истории человечества. Однако мои чудовища как-то странно мутировали и совершенствовались. Аккумуляторы страха, сгустки боли, излучатели отвращения, биодепрессанты и, наконец, универсальный поглотитель материи — вся эта нечисть стала вести себя немного по-другому, непредсказуемо. Я сумел утопить их и заморозить под слоем гиперльда. Но ведь это не решение проблемы, а только жалкая попытка отсрочить решение. Может, именно вы, Язон, поможете мне.