Поколение Справедливости - Ив Престон

Я подсаживаюсь к Константину, занимая стул, на котором порой сидит кто-то из его ассистенток.

– Может, мы просто недостаточно умны для того, чтобы понять изобретения Терраполиса… Не в обиду вам, доктор, – быстро добавляю я, заметив сердитый взгляд Константина.

– Недостаточно умны… – повторяет за мной доктор, горько усмехаясь. – Или так, или же местная техника с нашим появлением резко поглупела, – говорит он уже гораздо спокойнее, явно чувствуя неловкость за свою внезапную вспышку. – Для полноценной работы модулям будто не хватает вычислительной мощности или чего-то в этом роде. И вот я подумал… Что, если для полного функционала необходима активность всей сети модулей?

– Во всех тридцати бункерах? Может быть… – Подумав над предположением Константина, я с сожалением качаю головой. – Но вряд ли. Нелогично. Это ведь бункеры, – поясняю ему. – Бункеры должны быть автономны, иначе в чем тогда их смысл? Разрушение одного или нескольких бункеров никак не должно отразиться на жизни в уцелевшей части комплекса.

Константин хмыкает.

– О, поверь мне, Терраполис был уверен в том, что их подземный город несокрушим.

– Допустим, – говорю я, невольно закатывая глаза. – Но ваша теория, доктор, все равно звучит нелогично. Энергопотребление. – Я развожу руками. – Ученые Терраполиса были слишком рациональны для того, чтобы создавать технологию, которая будет вхолостую потреблять энергию.

Константин выглядит заметно разочарованным, когда все же нехотя соглашается со мной. Просто замечательно – успокоила и придала уверенность в своих силах. Так держать, Арника.

Техника резко поглупела…

– А ведь я и сама когда-то задумывалась об этом, – вслух припоминаю я. – Статьи в Архиве, старые медицинские карты – все свидетельствует о том, что раньше модули самостоятельно распознавали и точечно исправляли повреждения, а сейчас… Атрофия мозга! – взмахивая рукой, восклицаю я, наконец-то вспомнив, что именно подтолкнуло к таким мыслям.

Константин настороженно щурится, наблюдая за мной.

– Я изучала медицинский раздел Архива, когда работала с силентами. Мне хотелось понять… – Я прерываю пояснения, поймав себя на том, что впервые вспоминаю о силентах со спокойствием. Больше никаких отголосков вины. Константин поднимает брови в немом вопросе, поэтому, спохватившись, продолжаю свою мысль: – Мне хотелось понять их болезнь, чтобы хоть как-то помочь, поэтому я перечитала все материалы в открытом доступе, что касались заболеваний и травм мозга, возрастных изменений…

– У Терраполиса был способ замедления возрастной атрофии мозга. – Кажется, теперь Константин понял, к чему я веду.

– И делали они это с помощью модулей! – выпаливаю я. – И даже последствия инсультов лечили в модулях! У каждого пожилого жителя Терраполиса была цифровая копия сознания, со всеми воспоминаниями, навыками и опытом. Модуль лечил мозг, а затем… – Я заминаюсь, пытаясь найти нужные слова.

– А затем каким-то неведомым образом они реставрировали сознание пациента, восстанавливая из цифровой копии утраченные и поврежденные фрагменты, – договаривает за меня Константин. За время, проведенное в медблоке, я успела привыкнуть к тому, что доктор часто говорит о людях так, словно речь идет о механизмах, нуждающихся в починке, но в этом случае лучшего сравнения и не найти. – Но в наших руках модули почему-то и вовсе не способны работать с мозгом. – Доктор тяжело вздыхает.

Да, неспособны. Поэтому даже Юну, у которого есть профиль Совместимости, приходится сходить с ума от скуки, восстанавливаясь после микроинсульта вместе с пациентами Нулевого поколения. Поэтому мы ничем не можем помочь силентам…

– У Арголиса ведь есть своя технология, позволяющая восстанавливать ткани мозга, – говорит Константин, и я перевожу на него взгляд. – Но у нас так и не получилось воссоздать ее здесь.

Зря я повернулась к нему. Слова доктора – это недостающий фрагмент, появление которого позволяет мне собрать одну картинку, выстроить одно предположение, которое по-настоящему пугает меня. Я восстанавливаю контроль над собой почти мгновенно, но это «почти», это мельчайшее промедление в долю секунды позволяет Константину увидеть в моих глазах ужас.

Доктор криво усмехается, глядя на меня.

– А ведь ты действительно хорошая притворщица. – Он подпирает голову рукой, не сводя с меня изучающего взгляда. – Тебя сейчас выдает только подскочивший пульс. – Он указывает на браслет, который я тут же невольно накрываю ладонью, затем, спохватившись, переворачиваю его, возвращая в привычное положение. Руки подрагивают под пристальным, слишком пристальным взглядом Константина.

– Вопрос, который вертится в твоей голове… – вновь заговаривает доктор. – Он страшит тебя настолько, что ты даже не способна его озвучить, потому что ты испугалась, лишь подумав о том, что нечто подобное возможно. Но я, так и быть, произнесу его вместо тебя. – Константин понижает голос. – Что, если кто-то нарочно ограничил функционал модулей? Кто-то из наших?

– Как… как вы можете так говорить? Как вы можете так… думать? – выдавливаю я из себя.

Константин легко пожимает плечами.

– Я могу позволить себе думать о чем угодно, ведь у меня есть законная причина избегать общества профайлеров. Но вот тебе подобная роскошь не доступна, поэтому сейчас ты мучительно пытаешься избавиться от этой мысли. – На лице доктора проступает кривая усмешка. – Но у тебя все не получается. Ты думаешь: если бы модули работали в полную силу, мы смогли бы лечить Нулевое поколение, смогли бы улучшить состояние силентов – и список причин для возвращения в Арголис стал бы ощутимо короче, а так…

– Хватит. – Мой голос дрожит.

За время, что я провела здесь, мы с доктором успели хорошо изучить друг друга… пожалуй, даже слишком хорошо. Сейчас он говорит как профайлер, – будто обрисовывая картину, подсмотренную в моем сознании.

– Да, это очень страшная мысль, – нараспев произносит Константин, будто нарочно дразня меня. – От нее очень тяжело избавиться, потому что… В этом есть своя логика. – Доктор вздыхает. – Поэтому первое, что я сделал, получив пост Главного доктора Корпуса, – втайне от Совета отдал близнецам один из модулей для детального исследования.

Константин спокоен, будто бы сейчас он не признается в своем недоверии к Совету и Министру, а перечисляет своей ассистентке список лекарств, которые необходимо принести со склада.

– Успокойся уже. – Доктор слабо улыбается. – Выдохни. Близнецы не выявили никаких признаков саботажа. Зато им удалось найти способ, позволяющий настроить модуль на лечение Несовместимого пациента, вот только… После этой настройки модуль становится персональным, настроенным на геном пациента. Кондору пришлось пролежать четверо суток в модуле, чтобы тот на него настроился, он так бесился в процессе…

– У Кондора есть свой модуль? – переспрашиваю я, думая, что ослышалась. Доктор кивает.

– Иначе бы Министр не позволил ему вас тренировать. Стратег – слишком ценный ресурс. Медицинских модулей очень мало, поэтому персональный есть только у него и у Министра, а у близнецов остался их экспериментальный образец, один на троих… Точно! – Доктор хлопает себя по лбу. – Теперь еще и у командора Бенедикта есть…