Чудовища из Норвуда - Кира Измайлова

Выезжала я затемно, чтобы попасть в город хотя бы к полудню и успеть если не разобраться со всеми делами, так хоть купить подарки девочкам.

Грегори собирался дожидаться меня на опушке, чтобы проводить обратно, но тут уж я воспротивилась.

-Это не дело, сударь, - сказала я, когда он снова завел этот разговор. - Верю, что холод вам нипочем, что пропитание вы себе в лесу добудете, но вдруг вас кто-то увидит? Давайте уж лучше уговоримся на определенный день и час!

-А если тебе придется задержаться? Если я напрасно прожду тебя на условленном месте? - резонно возразил Грегори.

-О чем я и твержу, - ответила я. - Мало ли, я и впрямь задержусь или, как частенько бывает в этих дурацких... м-м-м... книгах, родные запрут меня, лишь бы только не отпустить к вам? Вы обозлитесь, и ладно еще, если просто покажетесь кому-то на глаза, а если...

Я замолчала, но он понял и отвернулся.

-Со мною же поедут Пол и Пит, - напомнила я, - я всегда могу послать их с сообщением для вас! Или, полагаете, и их запрут?

-Я предпочел бы не исключать и такой возможности, - мрачно ответил Грегори и вдруг встрепенулся. - Как же я запамятовал! Идем со мной!

Поскольку я не поспевала за размашистым шагом хозяина, а он был нетерпелив, то попросту подхватил меня и уже привычным жестом устроил у себя на сгибе локтя. Ему, казалось, мой вес вовсе нипочем, а я старалась только не пересчитать головой притолоки и дверные косяки.

-Да куда же я его закинул? - Грегори распахнул очередную дверь, которую я прежде не видала. - Ага!

Мне показалось, что эта комната когда-то принадлежала женщине: туалетный столик, безделушки на нем, засохшие цветы в вазе, обратившиеся в пыль от одного прикосновения...

-Вот оно! - Грегори показал мне ручное зеркало в старомодной массивной оправе. - Это будет получше, чем любая договоренность, уж поверь мне!

-А что это, сударь? - с любопытством спросила я: его воодушевление захватило и меня.

-Безделушка, - ответил он и протер стекло рукавом за неимением чего-то более подходящего. - А ну-ка, зеркало, покажи мне порт!

Ничего не произошло.

-Покажи мне ближайший порт! - поправился Грегори, явно сдержав желание расколотить зеркало об пол, и темное стекло вдруг прояснилось.

Будто по волшебству... Да почему же "будто", именно по волшебству из небольшого овала повеяло соленым воздухом, послышались крики чаек, плеск волн и хлопанье парусов на ветру. Сперва изображение было неподвижным, но вот волны с шумом набежали на берег, с лязганьем поползла вверх к клюзу якорная цепь, и красивый корабль легко отошел от берега...

-Ах вот как вы следили за своими бывшими пленниками, - припомнила я. - Оно волшебное, как то, большое!

-Да, но это не дар феи, - серьезно сказал он. - Это зеркало куплено за большие деньги моим прадедом где-то за морем. К нашей добродетельнице оно отношения не имеет, и я могу худо-бедно доверять ему.

-Вот как! А можно... - я запрокинула голову, взглянув Грегори в лицо. - Можно взглянуть на моих девочек?

-Конечно. Держи крепче, оправа тяжелая... - он осторожно вложил зеркало мне в руки, придерживая его сам. - Не бойся, эта вещь еще никому дурного не...

-Что такое? - обернулась я.

-Сама по себе не сделала, - закончил фразу Грегори. - Все дело в том, чего ради ее использовать. Прадед вот купил для того, чтобы шпионить за соперниками при дворе, а я просто развлекался. И да, Триша, я догадываюсь, о чем ты подумала. Все верно, в детстве, если мне удавалось добраться до этой игрушки, я подсматривал за девицами.

-Это не самое худшее, что вы могли бы сделать.

-И что же хуже, по-твоему? - усмехнулся он, но дальше об этом беседовать не пожелал, а произнес: - Зеркало, покажи мне дом Манфреда Райли и всех его обитателей!

Стекло затуманилось, а потом я увидела знакомое крыльцо, лестницу, комнаты...

Манфред разговаривал с незнакомым человеком, судя по нездешнему загару - купцом или путешественником, но разобрать реплики целиком не выходило, доносились лишь отдельные слова. Ну, должно быть, он беседовал о делах!

Анна сидела в кабинете за бумагами - видимо, именно ей пришлось перенять мои заботы по ведению хозяйства, и я порадовалась, что успела обучить ее самому необходимому. Вид у нее был серьезный и сосредоточенный, но вовсе не унылый, казалось, она только что поналя что-то важное и теперь с интересом исследует это. Помню, со мной было точно так же...

Диана сортировала свежевыглаженное белье, покрикивая на служанку. Ну да Бесс всегда была нерасторопна и неуклюжа. Держали ее только за искреннюю преданность хозяевам, а так ее нельзя было приставить ни к стряпне, ни к стирке, ни к глажке: или пересолит, или недосолит, или постирает белое белье с цветными платьями, или сожжет утюгом тонкую ткань... За покупками лучше не посылать - непременно ее обсчитают и обвесят! Вот и оставалась она в свои без малого сорок на должности "подай-принеси"... Правда, она так искренне огорчалась всякий раз, что мы с девочками не слишком ругали ее, просто не доверяли никакой серьезной работы. Ну а ей хватало крова над головой и хлеба насущного, да и подарками Бесс не была обделена. Думаю, где-нибудь в деревне ей жилось бы куда хуже.

-Надо же, как эта оглобля ловко изображает неумеху, - сказал вдруг Грегори, с интересом глядевший в зеркало со мною вместе.

Его подбородок почти лег на мое плечо - он был высок и, чтобы видеть происходящее, сильно нагнулся, - а бакенбарды мягко щекотали мою щеку. Признаюсь, это было даже приятно! Почти как в моей ранней юности, когда Сирил Уайт ухаживал за мной и как-то подстерег в саду... Брат тогда мог бы и не спешить, оплеуху Сирилу дала я сама, да такую, что тот еще с неделю не показывался на люди, залечивая синяк под глазом и разбитый нос. Воспоминания о том случае, тем не менее, остались самые теплые, и было даже немного жаль, что Сирил не рискул посвататься ко мне...

Правда, в этот раз, когда я повернула голову, то едва не ткнулась в холодный нос хозяина, а это не так уж приятно! Не то чтобы мне не доводилось тискать котят и щенят с такими же мокрыми носами, но те все же не превосходили меня размерами раза в два и не обладали неограниченной властью надо мною, сдерживаемой только личными установлениями Грегори Норвуда. Которые, полагала я, он может поменять в любую минуту!