Эрта. Падение терратоса - Николай Побережник

— Должно быть, этой машиной управляет осьминог, — пошутил Кинт, присаживаясь на единственное свободное кресло.

Остальные пассажиры поморщились, не оценив шутку невежи, который «хоть и одет недешево, но по виду, так солдафон–солдафоном» — именно так прошептала напыщенная молодящаяся особа своему спутнику в высоком атласном цилиндре, которым он упирался в потолок, испытывая вероятно жуткие неудобства, но при этом не желая его снять… «Лысый, наверное» — подумал Кинт, и хмыкнул, удивившись своему веселому настроению. Наконец усатый пилот поднялся и закрыл дверь, затем, пройдя в хвост гондолы, запустил двигатель, который на удивление тихо и ровно работал. С минуту повозившись в моторном отсеке, пилот занял свое место в кабине, открыл окно и жестом скомандовал невидимому ассистенту, чтобы тот отпустил швартовочный фал, и дирижабль мягко, набирая высоту, начал разгоняться. Достигнув высоты полета птиц, дирижабль, управляемый умелым пилотом совершил маневр, от которого у все захватило дух, а кое–кого стошнило, прямо на атласный цилиндр… Выполнив «восьмерку» и снизившись до высоты этажей в десять, дирижабль начал медленно снижаться по спирали, давая возможность пассажирам справа рассмотреть выставку, затем снова «восьмерка» и снижение по спирали пошло в противоположную сторону, а пассажиры слева припали к окнам.

Под впечатлением от полета на дирижабле Кинт шел по ряду моторных повозок. Водители повозок старательно натирали блестящие детали своих «железных коней», а представители цехов, из чьих ворот выехали эти «результаты прогресса и научной мысли», важно рассказывали любопытствующим посетителям выставки о своем детище. Также Кинт обнаружил два интересных экземпляра в самом конце ряда с моторными повозками. Эти длинные двухколесные машины привезли из Майнга. Кинт немало удивившись, подошел поинтересоваться…

— Это как велосипед с мотором? — обошел Кинт одну из машин.

— Ну, отдаленно да, напоминает, — оживился высокий мужчина в клетчатом костюме, высоких сапогах, перчатках по локоть и в шлеме, как у пилотов, — заинтересовались?

— Да, необычный транспорт, — Кинт аккуратно потрогал большую рогатину, идущую под наклоном от переднего колеса, на ней были какие–то тросики и рычаги.

Над широкой и мощной металлической рамой рогатина сгибалась параллельно земле и заканчивалась у некого подобия седла, за которым было еще одно колесо, чуть меньше в диаметре и шире переднего. На оси шестерня–звездочка с большим количеством зубьев, на неё надета мощная приводная цепь, уходящая под раму, в кожухе.

— Да, наш цех смело экспериментирует, и иногда получаются вот такие перспективные образцы.

— Перспективные… хм, а топливо? Химические брикеты?

— Что вы! Топливом служит горючая жидкость, получаемая в процессе выпаривания земляных смол с добавлением других экспериментальных примесей.

— А, что–то слышал… и читал, — кивнул Кинт, — и сколько нужно этой жидкости? И где, допустим, ее брать?

Эм… вы, наверное, давно не путешествовали по торговым трактам…

— Да некоторое время я по ним не ездил, а что?

— Почти все посты корпусов охраны дорог по трактам предприимчивыми людьми переделываются под станции обслуживания моторной техники… некоторые и маленькие гостиницы пристраивают, и ресторанчики. Удобно ведь, оставили вы, допустим, свою моторную повозку обновить смазку, подтянуть тяги управления, а сами зашли в ресторанчик и перекусили с дороги… ну, или если ехать устали, то можно и гостинице отдохнуть некоторое время.

— Да, это удобно.

— Так что, попробуете? За пару монет я могу вас прокатить, а?

— А давайте! — махнул рукой Кинт, — на дирижабле полетал, теперь и на вашем этом…

— «Одноколейнике»… эта модель называется одноколейник.

— Вот и на этом вашем одноколейнике можно прокатиться.

— Тогда держите, — мужчина протянул Кинту пилотский шлем с очками, — надевайте, садитесь и держитесь тут за ручки.

— Аааааа! — не стесняясь, Кинт кричал от восторга, когда одноколейник несся по полю со скоростью столичного экспресса, оставляя за собой след выхлопных газов и клубы пыли. Водитель чуть сбавлял скорость, плавно поворачивал и снова разгонялся…

— Ну как? — перекрикивая шумный мотор, поинтересовался водитель у Кинта, когда они остановились достаточно далеко в поле.

— Потрясающе! — не скрывая восторга, ответил Кинт, — Давайте еще! Так же быстро!

— Держитесь! — крикнул водитель и вцепился в руль.

Одноколейник стремительно приближался к выставке, ревел мотором и оставлял за собой длинный пыльный шлейф, когда оставалось буквально шагов сто до ворот, а люди стали разбегаться, водитель снизил скорость и медленно, порыкивая мотором, въехал на территорию выставки в сопровождении восторженных возгласов.

— И сколько же это чудо инженерной мысли стоит? — спросил Кинт, отдавая шлем и надевая шляпу.

— Прядка пяти тысяч золотых кестов.

— Ого!

— Да, дорого, но…

— … но оно того стоит, — закончил фразу Кинт.

— Верно. Вообще, одноколейник разрабатывался, как транспорт для курьерских служб… при парламенте, в армии и в различных корпусах. Но парламентская комиссия уже второй раз откладывает слушания по проекту одноколейника, хоть и испытательная грамота есть. Я смотрю, вам понравилась машина?

— Очень, но пять тысяч кестов, это же целое состояние!

— Если парламент одобрит и начнется производство, то цена будет значительно ниже.

— Насколько?

— Примерно на одну треть.

— Все равно, это очень дорого.

— Ну, может так случиться, что вы разбогатеете.

— Хорошо бы, — вздохнул Кинт, уступая место у машины еще одному любопытному посетителю выставки, — всего вам хорошего.

То, что уже пора обедать, Кинту напомнил живот, настойчиво урча. К этому времени Кинт уже обошел почти все палатки и ряды с образцами новинок. Было немало техники для фермеров, которых очень много съехалось на выставку в столицу. Всевозможные косилки, молотилки, тяжелые паровые тягачи для вспахивания, с большими зубчатыми колесами и внешне напоминающие маленький паровоз. Также Кинт посетил палатку одного из оружейных цехов, но там в основном были представлены армейские образцы вооружения — длинные затворные винтовки, магазинные и однозарядные, пистолеты с длинными стволами, малокалиберные пушки на тяжелых железных лафетах.

— Чем у вас здесь можно пообедать? — спросил Кинт у официанта, как только вошел в палатку у входа на выставку, оборудованную под закусочную.

— Есть отличное жаркое, есть телятина, овощное рагу с индейкой…

— Вот рагу давайте… и пива.

— Минуту, — ответил официант и удалился выполнять заказ.

В палатке было порядка десяти столиков и с приходом Кинта, теперь все они были заняты. Кинт осмотрелся, публика разная — столичная аристократия, фермеры, студенты, рыночные торговцы и рабочие цехов, и все возбужденно обсуждали увиденное на выставке.