Возвращение республиканца - Вадим Полищук

– Хорошо, что вы это понимаете. А не боитесь, что вся эта история когда-нибудь вскроется? Тогда адмирал вас в звездную пыль сотрет.

– Когда-нибудь она наверняка вскроется, слишком много людей в ней задействовано, кто-нибудь обязательно проболтается, но я готов рискнуть.

Сенатор рассматривал Вольдемара так, как будто увидел у него на лице что-то новое. Наконец он опять заговорил:

– Очень интересно. Значит, шантажировать вас этим бесполезно?

– Абсолютно.

– И смерти вы тоже не боитесь?

– Боюсь. Но она слишком долго ходит рядом со мной. Я к ней уже как-то привык.

– Очень интересно, – повторил сенатор. – У всех людей есть такие ниточки, как у кукол. Дернул за одну – поднялась рука, за другую – нога, за третью – и человечек пошел, куда вам надо. У вас такие ниточки тоже есть, но пока я их не вижу.

– Есть. Конечно, есть, сенатор, – согласился Вольдемар. – Как и у вас. Обычно люди, которые привыкли дергать других, забывают, что точно такие же есть и у них самих, и очень удивляются, когда их за эти ниточки начинают дергать. К тому же ниточки могут и порваться.

– Спасибо за предупреждение, капитан. Идите, и помните о важности вашей миссии. Нам очень нужен надежный контакт с антивоенной партией Империи.

– Я постараюсь. Счастливо оставаться, господин сенатор.

– Удачи вам, капитан.

Уже на самом пороге сенаторского кабинета Вольдемар был остановлен еще одним вопросом:

– Что вы имели в виду, говоря, что наши деньги делаются на меньшей крови, чем деньги Кагершемов?

– Производственный травматизм, господин сенатор.

Прежде чем перейти к основной части сегодняшней задачи, Дескин решил понаблюдать за Доном Армандом. Благо время позволяло, прием в министерстве иностранных дел планеты Леда только начинался. Остальные приглашенные из имперского посольства уже растворились в толпе гостей, помощник военного атташе остался один, что облегчало контакт. Сопровождающий Вольдемара сотрудник республиканского посольства тоже исчез. Свою задачу он выполнил, а светить Дескина в обществе республиканских дипломатов было ни к чему. Наблюдая за Армандом, Вольдемар вдруг понял, что тот ощущает себя не в своей тарелке. Неудивительно: в своей должности он пребывал меньше трех месяцев, а на дипломатическом приеме присутствовал впервые. Видимо, и на приемах при дворе императора он тоже не бывал, а ведь его дядя по своей должности был обязан присутствовать на данных мероприятиях. Или членов семей на них не приглашали?

Оставшись в одиночестве, Арманд явно не знал, чем себя занять. В толпу у столиков с местными деликатесами лезть не стал, потерся у стены, перехватил официанта и взял с подноса бокал с игристым вином. Отпил из бокала, поискал глазами знакомых, но никого не нашел и опять занял прежнее место, подперев стену, хотя та явно не собиралась падать в ближайшее время. Все, пора. Вольдемар напустил на себя вид завсегдатая здешних приемов и, прихватив с подноса такой же бокал, направился к одинокой фигуре, выпадавшей из снующей толпы. Хоть бы слухи о позиции его папаши по отношению к войне не оказались только слухами и не изменились за последние годы.

– Скучаете? Впервые на таком приеме? К этому вину чудесно подходят вон те фрукты, – Вольдемар указал в сторону столиков, наглухо перекрытых представителями обоих полов местного бомонда. – Выведены здесь, на Леде, и больше в мире нигде не встречаются. Обязательно попробуйте.

– Благодарю вас. Конечно.

Арманд не проявил желания проталкиваться сквозь толпу за какими-то неведомыми плодами, а вот собеседнику явно обрадовался. Помощник военного атташе, как и его шеф, это легальный шпион на планете пребывания. Для такой работы нужна агентура и связи в высшем обществе. Ни тем, ни другим младший Арманд обзавестись не успел, дипломатической работе и агентурной разведке его никто не учил. Сейчас, на приеме, ему и следовало заводить новые знакомства, но как это делается, бывший командир орудийной башни имперского крейсера не знал. Поэтому и обрадовался появлению общительного незнакомца.

– А вы, видимо, здесь часто бываете? Не просветите меня о местных обычаях?

– Нет, что вы. Здесь я, как и вы, в первый раз, – не стал врать Вольдемар. – А обычаи здешние от общепринятых ничем не отличаются. Местное общество стремится не отставать от передовых планет, хотя сама Леда провинциальна до невозможности. А вы как считаете?

Вообще-то Вольдемару уже давно следовало представиться собеседнику, но он предпочел нарушить правила светского тона. Неопытность собеседника в этих вопросах позволяла такое нарушение.

– Конечно, если сравнивать с нашей столицей… – Арманд спохватился, что они еще незнакомы, и поспешил представиться первым: – Лейтенант Дон Арманд, помощник военного атташе посольства Империи на планете Леда.

Все предварительные заготовки вылетели из головы Вольдемара, однако промолчать нельзя. И тогда он выдал все сразу:

– Капитан третьего ранга Вольдемар Дескин, начальник подотдела специальных операций штаба ВКФ Республики.

Еще до того, как Вольдемар закончил фразу, шрам на лице его собеседника непроизвольно дернулся. Почти год назад головная часть республиканской противокорабельной ракеты пробила борт имперского крейсера и тут же исчезла в грохоте взрыва. Ударная волна прокатилась по корпусу крейсера, но еще за мгновение до этого крупный осколок пробил переборку подбашенного отсека и сделал лейтенанта Армстронга инвалидом на всю оставшуюся жизнь. Для того чтобы остаток жизни лейтенанта и его подчиненных не оказался слишком коротким, им пришлось ликвидировать утечку воздуха и погасить возникший в отсеке пожар. Им повезло: пробоина оказалась в легкодоступном месте, и справились с ней быстро, а с пожаром пришлось повозиться. Осколок перебил один из силовых кабелей, возникло короткое замыкание. Теоретически изоляция силовых кабелей космических кораблей не горит. Как выяснили на своем опыте оказавшиеся в отсеке, под действием электрической дуги она плавится и разлетается по всему отсеку раскаленными каплями. Защита не сработала, обесточить горящий кабель удалось только вручную. И пока его отключали, на лице командира башни появился ожог, избавиться от которого так и не удалось, даже с помощью пластической операции.

Арманд быстро взял себя в руки и тут же ощетинился:

– Прямо сейчас вербовать будете, господин капитан?

– Ну что вы, господин лейтенант. – Вольдемар постарался натянуть на лицо самую благодушную улыбку. – Я сейчас в отпуске, да и вообще вербовкой не занимаюсь.

И то и другое было правдой. Вербовка агентов действительно не входила в служебные обязанности начальника подотдела специальных операций. А после Зангара и системы Проциона месячный отпуск ему дали без задержек. Если еще и флотская контр-разведка не станет интересоваться, где капитан Дескин провел свой законный отпуск, то тогда все будет замечательно. Официально на планете Леда никакого Дескина сейчас не было, Вольдемар прибыл сюда неофициально, минуя всякий паспортный контроль.