Стеклянные пчелы - Эрнст Юнгер

Сначала меня это развеселило, как игра, потом поразило, как комбинация. Теперь я постиг всю мощь этого изобретения, и меня охватило чувство опьянения, какое ощущают золотоискатели, попав в страну Офир^[24]. Зачем старик послал меня в этот сад?

«Остерегайтесь пчел» – так он сказал. У него каждая фраза с двойным смыслом. Может быть, это означало, что мне следует сохранять хладнокровие, когда это зрелище потрясет меня до глубины души? Кажется, мастер выдумал для меня испытание. Весьма практично. Захотел проверить, способен ли я дотянуться до его высот, дорос ли до его великих идей. Не в этом ли парке дала сбой голова несчастного Каретти?

«Остерегайтесь пчел» – это могло быть предостережение от любопытства. Вероятно, хозяину захотелось выяснить, как я веду себя, столкнувшись с тайной. Но я еще даже не двинулся с места, так и сидел на стуле.

И вообще, я был слишком занят, чтобы продумывать мое поведение. Зрелище захватило меня целиком. В прежние времена какое-нибудь, даже самое своевременное и актуальное открытие повергало в недоумение самого изобретателя. Он и сам толком не понимал, что это он такое изобрел. Теперь эти конструкции пылятся в музеях и вызывают улыбку. Но здесь было по-другому. Тут изобретение было продумано и просчитано последовательно, до мелочей, и тут же и воплощено и введено в действие. Здесь создали модель, которая превзошла практические требования. Над ней трудилась армия сотрудников, множество соучастников. Начинаю понимать тревоги Дзаппарони о сохранении секретности.

После полудня число летающих объектов значительно увеличилось. В течение двух-трех часов я привык к экстраординарному явлению, оно превратилось для меня в нечто типичное. Мне доводилось много раз в жизни наблюдать подобное, например, с автомобилями или самолетами. Сначала новое явление вызывает изумление и кажется уникальным, а потом мимо проносятся сверкающие легионы этих новинок. Лошадьми, конечно, уже никого не удивишь. И вообще мы живем по законам серийности и привычности.

Дзаппарони явно уже придумал, как развить эти аппараты, и поставит на поток, как только это позволят его заводы. Между тем не похоже, чтобы речь шла об очередном товаре, которые, среди прочих сюрпризов, появляются ежегодно в каталогах продаваемой продукции. Может быть, когда-нибудь потом, позже. Но сейчас это должно быть закрытое замкнутое производство. Я убедился в этом, когда пчелиная возня увеличилась, как в сезон роения, как усиливается автомобильное движение в час пик, и стала распространяться в другие части парка.

С точки зрения организации толкований может быть несколько. Трудно себе представить, чтобы была одна центральная электростанция. Это не в стиле Дзаппарони. Для него ранг аппарата зависит от его самостоятельности. Всемирный успех Дзаппарони основан на том, что у него в доме, в саду, в любом закоулке выстроен закрытый цикл производства. Он объявил войну проводам, линиям электропередачи, трубам, рельсам, подключениям, арматуре, всему этому уродливому промышленному стилю XIX века.

Скорее, речь идет о распределительных подстанциях, лабораториях, аккумуляторах и заправках, куда поставляются и где принимаются разные виды топлива и сырья, как здесь, в ульях, только на эти заправки пчелы поставляют не нектар, а энергоносители, я же видел, как эти стеклянные творения транспортируют сырье.

Воздух монотонно равномерно звенел, звон этот не убаюкивал, но гипнотически приковывал внимание. Пришлось напрячься, чтобы отделить реальность от мечты, чтобы не поддаться видениям, навеянным Дзаппарони.

Как я уже сказал, я заметил среди стеклянных пчел несколько разных моделей. В какой-то момент в этом месиве появились новые аппараты самых разнообразных размеров, форм и цветов и явно ни малейшего отношения не имели к пчелам и пчеловодству. Этих новеньких я уже никак не мог истолковать, не поспевал я с толкованиями. С таким же чувством мы рассматриваем коралловый риф: узнаем рыбок, крабов, медуз, пока из глубины ни являются неведомые пугающие создания. Так человек из прошлого века оказывается на большом перекрестке. После некоторого изумления он догадается, что автомобили – это новый вид экипажей. Но конструкции в манере фантазий Калло^[25] его поразят.