Мастер клинков. Клинок выкован - Дмитрий Распопов

Плетение кожаного ремешка на рукоять не потребовало много времени, и наконец меч был полностью готов.

– Красота! – заключил я, довольно осматривая его со всех сторон.

Меч в руке загудел и отозвался приятным звоном, словно подтверждая мои слова.

– Погуди мне тут, – проворчал я, но тайно был доволен, что даже меч оценил мои старания, – но, по-моему, стального цвета ты был красивее.

Меч стал недовольно дергаться у меня в руках, словно протестуя против услышанного.

– Разговариваю с мечом, – грустно вздохнул я, – ни друзей, ни женщин – только сталь, только кобольды, только хардкор.

Мысли о слабом поле я старательно гнал от себя, поедаемые грибы этому сильно способствовали, но я не сказал бы, что мне это очень нравилось, хотелось завести себе постоянную любовницу, и лучше бы в столице, да еще симпатичную. Мысли мои сменили направление, но я быстро постарался вернуть их на нужный настрой – сталь, легендарное оружие, металлургия – никаких баб.

Решив протестировать получившийся меч, я немного покосил поле грибов, убедившись, что в новой ипостаси, то есть полноценным мечом, он стал еще более разрушительным. Увеличилась и ширина скашиваемой полосы, и длина, на которую летит вихрь, так что разница между тестированием заготовки клинка и готовым мечом была заметной. Вложенные силы себя окупили, и это радовало, а то если бы меч, в который я вложил столько сил, действовал бы так же, как наскоро откованная полоска металла, я бы вообще плюнул на все и настрогал бы поделок, вставил бы в них кристаллы и завершил на этом свою деятельность мастера клинков.

Мне стало интересно, а можно ли вообще встроить кристалл просто в брусок металла, закаленного и укрепленного даром. Подогреваемый этим интересом, я оставил меч на скамейке и пошел к горну. Кобольды привычно засуетились, зажигая его и раздувая мехи, чтобы прокалить новую порцию угля. Вообще, за последнее время именно эти кобольды, которые постоянно работали со мной, стали значительно спокойнее относиться к кузне и металлу, хотя и начали сильнее боготворить меня после последних тестирований с кристаллами душ, для них это вообще казалось таким священнодействием, что, когда я доставал новый кристалл, они начинали молиться, бросая работу. Приходилось приводить их в чувство, мол, молитва-молитвой, но только после работы.

Брусок я получил достаточно быстро и, вставив в него кристалл, удивился тому, что от кристалла не потекли струйки внутрь металла, брусок остался просто бруском со вставленным в него кристаллом душ.

«Хм, – про себя подумал я, – может быть, потому что нет формы, он остается безжизненным?»

Убрав кристалл, я сделал отжиг стали и нагрел потом брусок до температуры ковки, сделав его чуть вытянутым и готовым принять любую нужную потом форму оружия и усилив его даром без закалки, вставил кристалл. Снова ноль эффекта.

«Похоже, это как-то еще завязано на структуру металла, что ли? – удивился я. – Клинок только тогда становится легендарным, когда выполнены все условия?»

Снова раскалив заготовку, я слегка подровнял ее, потом закалил и сделал отпуск. Едва дождавшись, когда металл остынет, я вставил в него кристалл, волнуясь при этом, не испортил ли я его своими манипуляциями. На меня так же привычно накатило удовольствие от работы в кузне, которое приходило ко мне все чаще за последнее время, стоило только встать к горну. Похоже, я стал лучше понимать дедушку и его тягу к металлу.

Мои чувства тут же передались клинку, он ощутимо завибрировал и попытался вырваться из рук.

– Так, успокойся! – твердо заявил я ему, копируя тон отца. – Сейчас я немного отдохну и снова за тебя возьмусь.

Клинок, как непослушный ребенок, еще несколько раз дернулся в моих руках и потом затих.

– Похоже, придется сделать третий меч, – вздохнул я, понимая, что обещание, данное мечу, нужно выполнить, тут же в голову пришло, что можно для этого огненного кристалла сделать двуручный фламберг. Так я обещание не нарушу и в то же время попробую отковать такую сложную вещь.

Идея меня захватила, и я принялся за работу, забыв о еде и сне. Ковать «огненный» меч в прямом и переносном смысле оказалось действительно сложно, я вообще потерял счет времени, и пришел в себя только тогда, когда клинок был готов, а я отошел от наковальни и просто свалился на скамейку без сил…

…Застонав, я проснулся: руки, спина и ноги просто отваливались, а забурчавший живот напомнил о том, что неплохо было бы и поесть.

– Блин, и чего меня вчера так затянуло, что бросил все и стал ковать до изнеможения? – Я поднялся и сел на скамейке.

Стоявший прислоненным к наковальне клинок будущего меча сразу же притянул мой взор. От удивления я открыл рот и несколько минут просидел, все еще не осознавая, что это моя работа.

– Охренеть! – Я поднялся и подошел к наковальне, протянув руку к клинку, он тут же, словно очнулся от спячки, приветственно завибрировал.

– Привет, – я коснулся его и провел рукой по плавным изгибам. Конечно, они еще не были заточены и отполированы, но даже сейчас ощущалось, каким красивым он будет.

– Мда уж. – Я снова погладил по его шершавой поверхности и понял, что ковал клинок со вставленным кристаллом душ! Я просто забыл его вытащить, настолько меня затянул процесс ковки.

– Или это ты виноват? – осенила меня мысль, и я обратился к клинку с вопросом. Он лишь несколько раз виновато вздрогнул, заставив холодную струйку пота пробежать у меня по спине.

– Кристаллы сами могут направлять кузнеца, если хотят стать чем-то конкретным, воплощенным в металле? – снова спросил его я, понимая, как, наверно, глупо выгляжу со стороны, разговаривая с куском металла. Скосив взгляд на кобольдов, я понял, что для них все мои действия выглядят не глупо, а божественно, поскольку их взгляды, обращенные на меня, светились еще большим фанатизмом, чем два дня назад.

«А ведь я старался, отбирал рудоходцев, которые раньше не были так религиозны, как остальные», – вздохнул я, отворачиваясь от них и возвращаясь к клинку.

– Ладно, выходит, что я зря для первых двух кристаллов отковал мечи? – обратился я к нему, клинок задумчиво вздрогнул.

– Блин! Да откуда я знаю, как именно ты вздрагиваешь?! – возмутился я. – Как можно вздрагивать и передавать этим эмоции?!

Клинок не ответил, а я подошел к первому готовому мечу и спросил его:

– Тебе нравится новый меч или тоже переделать тебя во что-то другое?

Меч отрицательно завибрировал, словно возмущаясь моим предположением.

– Ну, хоть кто-то доволен, – проворчал я, – столько сил вложил в тебя, и если бы ты начал выпендриваться…

Я подозрительно посмотрел на него, но меч возмущенно задрожал, словно я сказал что-то обидное.

Забрав у кобольдов не до конца отшлифованный второй клинок, я вставил кристалл, который задумывался для него, и получил в ответ, что это не то, что ему нужно. Пришлось пообещать, что после того, как поем и отдохну, возьмусь и за него. Хорошо еще, что третий кристалл согласился на форму кинжала, а то пришлось бы таскаться с чем-то тяжелым потом, чтобы иметь его всегда под рукой.