Союз капитана Форпатрила - Лоис МакМастер Буджолд

– Мадемуазель. – Мужчина по имени Байерли удостоил Риш плавным полупоклоном, в котором почти не ощущалось пародии. – Дозволено ли мне будет заметить, что парализатор тут выглядит излишним? Ну что ж, представь нас друг другу, кузен мой. – К нему уже снова вернулось самообладание.

Риш, сощурившись, пристально наблюдала за Байерли. Оценивая его куда более точно, чем он мог предположить.

– Он мне не кузен, – сообщил Форпатрил, резким движением большого пальца указав на гостя. – Родство, связывающее нас, гораздо более дальнее, хотя, увы, и недостаточно дальнее. Тедж, Риш, познакомьтесь с Байерли Форратьером, более известным как Бай. Просто Бай, и все. Не лорд Форратьер и не лорд Байерли – эти титулы оставляют для сыновей графа.

По масти эти двое выглядели на первый взгляд как родные братья, но телосложение у них было разное. И все же очевидно, что у обоих изрядное количество форских генов. Каста – вот, пожалуй, абсолютно точное определение. Гость носил пиджак и брюки, отделанные кантом – в покрое костюма чувствовалось что-то военное. Впрочем, Тедж подозревала, что это просто-напросто декоративная отделка. Под расстегнутым пиджаком виднелись изысканная рубашка и пестрые подтяжки. Из-под полы чуть выглядывала кобура парализатора.

Айвен Ксав был опасно обаятелен. Этот же мужчина был опасно… напряженный? Усталый? Взвинченный? Все же, несмотря на ту трепку, которую Айвен ему устроил в холле, в его позе не было никакой настороженности, и от хозяина он не старался держаться подальше. Никакого страха ни перед Форпатрилом, ни перед Тедж. А вот его отношение к Риш – судя по тому, как поблескивают у него глаза, как повернут корпус, Риш его очень интересует. Пытается понять, что она собой представляет?

Форпатрил тем временем продолжил представление гостей.

– Бай, познакомься с Тедж, известной также как Нанья Бриндис – впрочем, ты ведь о ней знаешь, не так ли? И с ее … подругой, Риш. Которая стала для нас с тобой сюрпризом. Полагаю, что полиция купола внесла ее в свой плей-лист как пропавшую прислугу.

Тедж сглотнула.

– Очень приятно, – вежливо произнесла она. – Вас зовут Байерли Форратьер, но, боюсь, нам это ничего не говорит о том, кто вы. – Она чуть подняла брови, вопросительно глядя на обоих барраярцев.

Форпатрил скрестил руки на груди и устремил взгляд в пространство.

– На это должен отвечать Бай.

Второй барраярец сделал долгий глубокий вдох – тянет время, чтобы подумать? – и приглашающе махнул рукой в сторону двух диванчиков, стоящих в углу.

– Именно так. Могу ли я предложить нам всем расположиться поудобнее?

Еще минута-другая, пока Тедж и Риш устраивались на том диване, где они сидели раньше, а мужчины – на бывшем спальном месте Форпатрила. Байерли, по-прежнему выглядевший несколько смущенным, уселся рядом со своим дальним родственником (который тут же поспешил отодвинуться на другой конец дивана).

– Гм. Так. И как же… вы здесь все в итоге оказались? – поинтересовался Бай.

– Нас пригласил капитан Форпатрил, – ледяным тоном ответила Тедж.

– Им нужно было укрыться в безопасном месте, – вставил Форпатрил. – И раз уже тебе не удалось их найти, значит, оно действительно безопасное. – Еще секунду помолчав, он добавил: – Во всяком случае, специально – не удалось.

Тедж, глядя на Байерли, нахмурилась. Несоответствие между щегольскими манерами и тем, о чем свидетельствовало его тело, резало ее восприятие: как цветовая дисгармония или музыкальный диссонанс.

– Кто вы на самом деле?

– Хороший вопрос. А кто на самом деле вы?

– Я могу тебе кое-что рассказать, – предложил Форпатрил. – Выяснил это у Морозова, гуру по Архипелагу Джексона из галактических дел. Итак, Риш известна также как Ляпис-Лазурь. Она входила в балетную труппу, созданную методами генной инженерии и принадлежавшую баронессе Кордона – по всей видимости, ныне покойной – со Станции Кордона. Месяцев семь тому назад дом Кордона поглотили некие довольно гнусные конкуренты.

Тедж задрожала.

Риш подняла взгляд, исполненный жгучей ярости.

– Не конкуренты. Хищники. Падальщики. Гиены, шакалы и стервятники.

– Настоящий зверинец, – заметил Байерли, подняв брови и широко раскрыв глаза. – И вы находились там… э-э… в момент кормления?

Тедж выставила вперед руку.

– Мы не станем вам ничего рассказывать. – Она выждала, пока на его лице отразится разочарование, а затем выложила свою единственную карту, или же иллюзию оной. Чистый блеф, пьянящий и захватывающий дух. – Но мы могли бы заключить сделку. Ответ за ответ, равноценное за равноценное.

Пойдет ли он на это? Ведь такая сделка – на самом деле чистое надувательство. Он запросто может выхватить из кобуры парализатор, уложить Риш, а потом сразу же – Тедж, пока она еще не успела на него наброситься, – хотя, если первой он выстрелит в Тедж, ему придется малость труднее. В итоге она очнется привязанной к стулу, как бедняжка Айвен Ксав, и ощутит на руке холодное прикосновение инжектора с суперпентоталом. И за несколько минут выдаст все, что знает, перемежая свой рассказ приступами жизнерадостного смеха. Зачем покупать то, что запросто можно украсть?

Но Байерли не стал хвататься за парализатор – он откинулся на спинку дивана и задумался.

– Согласен, – кивнул он наконец. – Я заключаю сделку.

Риш удивленно вскинула брови. Форпатрил – тоже.

– Сера Бриндис, какое ваше настоящее имя? – начал он с места в карьер.

Тедж сжала губы, скрывая охватившую ее смесь восторга и ужаса. Он был почти джексонианец по способности к адаптации, и при этом оставался таким же истинным барраярцем, как и Форпатрил. Понимает ли он, что делает сам и что делает она? Есть только один способ это выяснить.

– Ответ может стоить мне жизни. Сумеете ли вы предложить что-нибудь равноценное?

Он опустил голову.

– Э-э, ну тогда нам, вероятно, не стоит с этого начинать. Что касается событий прошлой ночи, это я могу узнать у Айвена и бесплатно, а значит, не стану попусту расходовать вопрос. И что же на самом деле произошло вчера вечером, Айвен?

– Э? – откликнулся Форпатрил. – Тебе краткую версию? По твоей милости эти дамы приняли меня за наемника, которому велели их выследить, и нам никак не удавалось прояснить это недоразумение до тех самых пор, пока не появились настоящие бандиты. Ты у меня в долгу за бессонную ночь и постпарализацонное похмелье, с которым мне пришлось скакать с одной высоченной крыши на другую, а еще, позволь добавить, за великое личное разочарование. Пока эти головорезы лежали вырубленные на полу, мы свалили, сообщили о взломе полиции купола и приехали сюда. Я еле-еле успел на работу.

Байерли схватился за голову, взлохматив свои темные волосы.

– Во имя всего святого, Айвен, а полицию-то зачем вызывать было?