Охотники за луной. Ловушка - Екатерина Азарова

– Спасибо, – пробормотала я.

– Лер, ты прекрасна, – тихо сказал Ален.

– Ты тоже хорошо выглядишь, – вернула ему комплимент, впрочем, вполне заслуженный. Ален явно не стал столько размышлять о собственном наряде, в отличие от меня, поэтому надел простой темно-серый камзол, такие же брюки, отчего его светлая кожа выглядела еще бледнее, а слишком рано поседевшие волосы еще сильнее подчеркивали несправедливость судьбы и жестокость богов.

Я подошла к брату и аккуратно поцеловала его в щеку. Он поймал мою руку и крепко сжал пальцы, успокаивая. Я улыбнулась ему, показывая, что все в порядке, и мельком взглянула на Лису, которая стояла немного поодаль с довольным видом.

– Дождешься нас? – спросила ее.

– Конечно. Пока подготовлю список вопросов и разорю кухню.

– Ренард, – не сдержал улыбку Ален, – предоставь леди Мирализе все, что она пожелает.

– Да, милорд.

Дождалась, пока Ренард откроет мне дверь, и вышла на улицу. Солнце на короткое мгновение ослепило, и я поспешила скрыться в закрытом экипаже, в той спасительной темноте и относительной тишине, что требовались мне, чтобы окончательно привести нервы в порядок.

Стараясь не смотреть вперед, чтобы сердце в очередной раз не сжалось от боли и жалости при виде того, как Алена поднимают с его кресла и сажают на сиденье напротив меня, я теребила браслет на запястье. Несмотря на увечье, брат вовсе не превратился в засохшую мумию, и если не знать, что он недвижим ниже пояса, то в жизни нельзя было бы догадаться, будто у него есть проблемы со здоровьем. Высокий, широкоплечий, немного худощавый, что вполне объяснимо в связи с его образом жизни. Хотя я знала, Ален продолжает тренироваться, насколько ему позволяет его состояние. Он устроился напротив меня и выдохнул. Я видела, брат старается делать вид, что он привык к тому демонову креслу, которое в данный момент крепили сзади, но я-то знала правду.

Еще один быстрый взгляд на Алена – и потерянная было решительность снова вернулась ко мне. Я пойду на все, чтобы исполнить его страстное желание, в котором он боится признаваться даже самому себе.

– Как ты? – обеспокоенно спросил он через некоторое время, когда экипаж уже тронулся и ровно катил по мостовой.

– В порядке. Кристалл у тебя?

Вместо ответа Ален вытащил камень из-за ворота и повесил его поверх камзола. Точно такая же витая цепочка, как и у меня, только массивнее, и подвеска, неотличимая от моей фальшивой.

– Я скажу, когда можно будет его использовать, – улыбнулся он. – Тогда и поменяемся.

– Поняла. – Я снова покрутила браслет на запястье и призналась: – Немного страшновато.

– Все будет хорошо. Знаешь, а я сейчас начинаю тебя немного лучше понимать. Внутри странное ожидание, непонятный азарт и предвкушение хорошей игры. – Ален смущенно улыбнулся. – Оказывается, это так бодрит.

– Дальше будет еще сильнее, – заверила брата. – Когда поднимешься на самый верх и ступишь на грань, то сердце заходится от страха, но разум начинает работать вне зависимости от страстей тела, настолько чисто и уверенно, что понимаешь: ради этого чувства можно на многое пойти.

– Но ты не так уверена в себе, как обычно, – то ли вопрос, то ли утверждение.

– В этот раз у меня слишком неоднозначный противник.

Я не смогла быть откровенной с братом так же, как с Лисичкой, поэтому ограничилась лишь таким аккуратным признанием.

– Все будет хорошо.

Заверения Алена совпали с замедлением хода лошадей. Я услышала короткое «тпрру» кучера, животные остановились, а дверца экипажа открылась, впуская дневной свет.

Сначала слуга помог вынести Алена и посадить его на уже подготовленное кресло, а затем подал руку мне.

На мгновение, подчинившись предательской слабости, я вжалась в сиденье.

Последний раз глубоко вздохнув и стиснув запястье с браслетом, будто заряжаясь уверенностью, что все будет хорошо, я оперлась на предложенную руку и спустилась на мостовую. На миг зажмурила глаза, заболевшие от яркого солнца, но тут же их открыла, распрямила плечи и наклеила на лицо робкую и в то же время полную достоинства легкую улыбку. Чуть не пошатнулась, снова увидев дом, к которому прибежала той злополучной ночью. Судорожно сглотнула и перевела безмятежный взгляд на высокого, подтянутого, немолодого мужчину с военной выправкой, одетого в темный камзол. Щедрая седина в черных волосах, глубокие морщины на загорелом лице и серые внимательные умные глаза. Память услужливо подкинула картинку из храма, и я поняла, что уже видела его, а сопоставив внешность моего врага со стоявшим передо мной мужчиной – явно не аристократом, но не испытывающим от этого никакого смущения, – безошибочно определила в нем отца Сефера. Надеюсь, он не стал рассматривать, с кем обнимался его сын во дворе антарийского храма.

Хозяин дома, показывая высшую степень уважения, встречал нас на улице, чтобы лично проводить в особняк.

– Добро пожаловать в мой дом, лорд де Ансар, леди де Ансар. Меня зовут Валар Сефер, и для меня высочайшее счастье принимать вас. С тех пор как я направил вам приглашение, я тешил себя надеждой на ваше согласие, но только сейчас, имея возможность видеть вас, могу поверить в происходящее.

– Мы благодарны за приглашение, господин Сефер, – вернул любезность Ален. – В другой раз я бы, возможно, отказался, но вы сумели меня заинтересовать.

Во взгляде Сефера-старшего промелькнуло торжество, и он посмотрел на меня:

– Леди де Ансар, разговоры о вашей красоте оказались правдивы, хотя они не могли передать полноту того, что сейчас услаждает мой взор.

– Благодарю. – Я присела в реверансе, продолжая наблюдать за Сефером из-под полуопущенных ресниц.

Тот снова взглянул на меня, на этот раз с одобрением, улыбка тронула его губы, и тотчас все его внимание переключилось на Алена:

– Окажите мне честь помочь вам самому, не привлекая слуг.

Сефер-старший дождался кивка брата, взялся за ручки кресла и с потрясающей легкостью закатил его в дом. Я следовала позади и гадала, какой шаг будет следующим. Но еще сильнее меня интересовало, где сын радушного хозяина. Естественно, спрашивать его об этом я не стала, хотя и очень хотелось.

– У вас прекрасный дом, – отметил Ален, когда мы оказались внутри и Сефер-старший устроил небольшую экскурсию по первому этажу. – Почему вы решили приобрести именно его?

– Лорд де Ансар, я уже в солидном возрасте, и в молодости у меня не было тех крепких корней, что привязывают к дому подобно цепям. Я объехал весь мир, побывал в самых таинственных и недоступных для большинства людей его уголках. Дела шли весьма успешно, но я слишком гнался за увеличением состояния, накапливал капитал. Сейчас, когда я нахожусь на излете отмеренной мне жизни, хочется спокойствия в уютной гавани. Я купил этот дом, потому что увидел в нем место, где смогу встретить старость в тишине и покое, в окружении тех сокровищ, что собирал на протяжении всей жизни. А когда мой сын женится, я надеюсь в скором времени заняться воспитанием внуков.