Дороги в неизвестность - Марик Лернер

– Ну, раз такой интересный разговор, – с любопытством сказал Алексей, не дождавшись продолжения, – мне, если честно, егеря особо и не нужны. А вот с рысями хотелось бы пообщаться. Они оборотни, мы тоже. Только они какие-то другие. Интересно. Вдруг есть чем друг другу помочь. Вот только впечатление создается, что они прячутся. Даже если навстречу кто идет, моментально вспоминает про дело какое-нибудь и разворачивается назад.

– А не трогал бы ты их, паря, – серьезно сказал Бронко. – Симбионты – это не просто слова красивые. Тама что-то очень сложно завязано, простым разумным не понять, а посвящать нас не собираются. У каждого рыся есть напарник того же пола и общаются они между собой мысленно. И не только. Что-то они получают друг от друга. Когда один погибает, второму страшно плохо и никогда вторично напарника не будет. Их только шаманы в нормальный вид привести и могут.

Он сделал паузу, явно обдумывая дальнейший рассказ.

– Здесь шаманы – самые главные. Они все решают, но типы эти разговаривают с чужими исключительно через Мудрых. Сами они, – он опять замялся, подыскивая слова, – не от мира сего. Сумасшедшие. По-настоящему психи. С ними и говорить бесполезно. Это, – он оглянулся через плечо, – из тех вещей, о которых не только знать не положено, но даже и догадываться. Они еще и почему из леса уходить не любят, – понижая голос и снова оглядываясь, тихо сказал Бронко. – Устраивают иногда такие… танцы с песнопениями. Когда вопросы серьезные решают. Не ерундистика какая про урожай, а про новый вид растений и как его к собственным нуждам приспособить, или как жить дальше, если люди появились. Не часто бывает…

Сразу весь поселок в транс входит и на шамана замыкается. Говорят, все егеря в лесу тоже сразу могут, но это я уж не знаю, – с сомнением сказал он. – Ну, навродя, общий разум получается. Вот тебе хотелось бы, чтобы все… Все, – явно забывшись, воскликнул он, – каждую мысль твою знали? Что ты сделал, что хочешь… На какую бабу посмотрел с интересом и кусок лишний съел? А тут не скроешь. И все это к шаману сгружается. Как мозги всмятку не получаются, я не знаю. Никто не знает, но шаман точняк ненормален. Зато для всех необходим дозарезу. Он в себе все знания поселка носит и лучше знает, как правильно.

Так что нам их не понять, – нормальным голосом закончил Бронко. – Вроде разумные как разумные. И поговорить способны и подраться, а иногда, как переклинит, ничего, кроме заученного, с детства не воспринимают. Это не просто обычай – это невозможность жить по-другому. Они даже с нами, Шахтерами, не торгуют, хотя очень даже есть чем. Просто ставят в известность. В этом году для пользы леса можно столько-то вырубить. Больше не проси – не получишь. Один разок за все годы было по-другому, когда люди пришли. Через себя переступили, но дерева и разных… – он осекся и сделал вид, что ничего не было сказано, – очень много получили. Запасы оружия делали. Хотелось бы мне знать, что там шаманы усмотрели в будущем такого интересненького, что они на союз пошли и своих из леса воевать пускают на стороне Федерации. Никогда такого не было… Ну, мы намек хорошо поняли, – растягивая рот в широкой усмешке и показывая клыки, сказал орк, – мы с людьми не ссоримся, хотя они нам цены и сбили. Ничо, вполне можно договориться при желании. Они-то прекрасно знают, что такое торговля.

Он сделал длительную паузу. Алексей поболтал ногами в теплой воде и послушно спросил:

– Есть, что предложить?

– А как же! – радостно воскликнул Бронко. – Есть хорошая мысля. Для вас очень даже приятно будет, да и нам тоже. Землю у крыс отняли, а что в той земле имеется? Может, масса руды или полезное какое? Вы ж пирит за золото примете запросто! Тут специалисты нужны.

– Вот такие, как ты?

– Не, – уверенно ответил орк, – я поисками не занимаюсь, но есть умельцы. Не первое столетие в породе копаемся. Все внимательно посмотрят, если что обнаружат, доложат. А там уже как сами захотите. Или наши работать будут самостоятельно, или сами копайтесь. Только это уметь надо. Без опыта и знаний или шахта завалится, или половина добытой руды в шлак уйдет. Так что лучше всего на паях. Пока все равно говорить особо не о чем. Может, и вовсе ничегошеньки нет. Смотреть надо.

– Я передам нашему Вожаку, – дипломатично пообещал Алексей.

Сразу соглашаться вроде бы на заманчивое предложение было глупо. Не мешало проверить у других подробности поведения Шахтеров, да и расценки на подобные услуги. Неизвестно еще, сколько они захотят, и нельзя ли получить то же самое у людей или собак. В любом случае сравнить предложения. За поиск полезных ископаемых платить непременно придется, а вот дальше есть варианты. А мысль хорошая. Как-то до сих пор не приходило в голову всерьез покопаться в окрестностях в поисках полезного. Раньше в основном за выживание Клана боролся, но пришло время и устраиваться всерьез. Замахиваться на металлургический комбинат пока даже не смешно, на все про все нужен мизер, но пусть посмотрят…

– Вот и славненько, – вставая и в очередной раз шумно почесываясь, сказал Бронко. – Меня нетрудно найти. Даже в Городе на озере имеется контора. Заходите, пообщаемся.

Алексей вскочил от громкого стука в дверь. Рука невольно ухватилась за пистолет, но он очень быстро понял, что на него никто не покушается.

– Подъем! – орал знакомый голос. Алексей подошел к двери, которая все равно не закрывалась на замок и, открыв ее, высунулся наружу.

– В чем дело? – спросил он, настороженно разглядывая своего проводника в долину.

– Домой пора, – бодро ответил егерь. – Собирайся в обратную дорогу.

– То есть как?

– А вот так. Тебя выслушали, обсудили и пришли к выводу, что ничего особо ценного предложено не было, – пояснил тот, входя и усаживаясь на корточки у входа. – Бери свои вещички и пошли.

– И что, нельзя было нормально сказать?

– Ты просто не знаешь, как это бывает, когда посетитель раздражает. А так… Это изрядная вежливость. Дали возможность высказаться и на вопросы вежливо отвечали… Некоторые… Я предупреждал, заинтересовать не просто. В последний раз это было, когда люди появились. Вот тогда – да! Очень много шума и очень много вариантов. С приходом людей наша жизнь слегка изменилась. Кто бы мог подумать, что будем не только лес охранять, но и очень далеко ходить в походы с другими общинами в общем строю. Такие союзы редко бывают стабильными, у каждого свои интересы. Наши удачно совпали. Люди тоже деревья сажают и в качестве залога отдали навсегда немаленький кусок территории. Теперь лес растет. Ты не видел, это с другой стороны. Граница сдвинулась в нашу пользу. За это можно и послать своих бойцов на помощь. А то привыкли – «нам нужна древесина», «нам нужно то и се». Мало ли что кому нужно. Сами себе выращивайте, а к нам нечего лезть.

– А могли и голову снять? – заинтересовался Алексей, запихивая свои вещи в мешок. – Если бы предложения не понравились?

– Вот это нет. В первый раз всегда выслушают. Мы ж разумные. Всегда есть вероятность услышать что-то оригинальное. Вот второй раз с повторением приходить не рекомендуется. И если все-таки появишься, не лезь сразу в лес. Есть специальная дорога. В котловине об этом все знают. На ней не тронут, а вот переть прямо – напрашиваться на неприятности. Повезло, что на мой патруль нарвался. Не все будут разговаривать. Застрелят и все. Собрался? Тогда пошли, – вставая, сказал егерь. – Твой конь тебя заждался, а меня – мои обязанности, помимо твоего просвещения.