Книга 1. Прорыв - Алексей Корепанов

И жало мудрыя змеи

В уста замершие мои

Вложил…

Из стихотворения Темных веков.

Танк не просто впечатлял, а ну очень впечатлял. Он возвышался над бетонной площадкой танкового парка действительно как мамонт, только вместо хобота у него был ствол пушки, а вместо ног — широченные гусеницы. И вряд ли водились когда-либо на Земле розовые мамонты, а сей мегабронеход был именно розовым. Наверное, чтобы не так давила на психику его явно угадываемая мощь. Или же наоборот — для ошеломления неприятеля. Выскакивает из чащи лесной или всплывает из вод морских этакий очаровашка, и противник невольно любуется им, забыв о том, что надо бы открыть огонь. А очаровашка вдруг развивает бешеную скорость, мчась на воздушной подушке, и начинает садить и прямо, и направо, и налево из всех орудий — хобот-то, оказывается, не один, по бокам от него выдвигаются телескопические стволы… Да плюс пулеметы. Да плюс ракеты. Такую машину просто грех было использовать в качестве наблюдательного пункта у Пузыря. На ней любо-дорого сокрушать врагов, въезжать в ворота сдавшихся крепостей и катиться мимо трибун на параде в День защитников Межзвездного Союза. Но кто-то почему-то решил отправить такой экземплярчик на Пятую Точку. Возможно, не без умысла? Для проверки в деле? Хотя, скорее всего, по причине некоторого раздолбайства, присущего армиям всех времен и народов.

Лейтенант Бебешко при виде этакой диковины только охнул и сказал что-то длинное и приподнятое на непонятном языке, да восхищенно поскреб в затылке. Около часа толпились возле «Мамонта» все кому не лень, а потом любопытствующих разогнали, командиры ушли сами, и Дарий с Тангейзером приступили к изучению этого розового дива, сработанного, как значилось по документам, на заводе в городе Челябе, что на планете Уралия. Для челябских производителей военной техники такое изящество линий было совершенно нехарактерно, их продукция всегда имела весьма суровый вид. Однако танки серии «Мамонт» в этот ряд никак не вписывались, являясь исключением. Но при всем благородстве форм розовый зверь обладал наиглавнейшими характеристиками танков: он был быстроходным, вездеходным, маневренным, хорошо защищенным и мощно вооруженным. И, как выяснилось после проникновения Дария и Тангейзера в его нутро, комфортабельным не менее самого дорогущего лимузина, что казалось просто невероятным. «Танк» и «комфорт» — эти слова тянут на антонимы. Относительный простор. Чистота. Ароматный и ничуть не спертый воздух. Обзорные экраны. Удобные высокие кресла, превращающиеся при необходимости в столь же удобные кровати. Вместительный трюм. Боезапаса на две с половиной войны. Пищеблок с забитыми продуктами холодильниками и настенными шкафами. Комнатки отдыха экипажа и других лиц, если таковые лица будут находиться на борту. Туалет. Душ!!! И прочая, и прочая, и прочая… И зачем такой машине стрелять? На ней путешествовать надо по дикой природе, любоваться пейзажами, потягивая пивко и слушая тихую музыку… Не-ет, суровые челябцы явно что-то напутали. Не могла эта прелесть быть банальным механизмом, предназначенным для убийства разумных живых существ.

Кстати, по поводу окраса этого зверя лейтенант Бебешко отметился очередным изречением. «Танки не моют. Их красят!» — заявил он и победно осмотрел присутствующих, в числе которых были и другие взводные, и ротные, и сам командир погранзаставы. Ожидали, что прибудет и лично командир Пограничной службы, но, видимо, он был очень занят. Возможно, еще не вернулся из лупанария.

А когда кто-то из бойцов полез заглядывать «Мамонту» в зубы, то бишь в главный ствол, расцицеронившийся Бебешко осадил его, добавив еще одну жемчужину к своим россыпям: «Заряженному танку в дуло не смотрят!»

Возня с бронеходом хоть как-то отвлекла Дария и Тангейзера от грустных мыслей. Хотя мысли эти никуда уходить не спешили, катаясь на каруселях в голове и у того, и у другого.

Не доведется больше Поллуксу попить пива в поселковом кабаке. Достали его твари из Пузыря, достали в то время, когда его взвод прочесывал местность в поисках беглеца из Седлага. И видимость была отличной, и на самочувствие Поллукс перед выходом на дежурство не жаловался, а вот ведь как получилось… Он сидел в левом кресле пункта обороны, следил за стенкой Пузыря, как и двое других наблюдателей, и сменная тройка не отвлекала их разговорами. Но все-таки что-то помешало Поллуксу Борсо вовремя отреагировать на появление в его секторе очередной Простыни. То ли задумался о чем-то, то ли глаз вдруг заслезился… Неизвестно, что там было да как, но факт оставался фактом: в какой-то момент дежуривший в соседнем кресле боец боковым зрением заметил, что вместо Поллукса сидит рядом пустой комбинезон. Не успел Поллукс ни дернуться, ни слова сказать — и пропал. И нечего было везти хоронить на его родину — планету Бел в системе Ану.

Услышав от взводного это печальное известие, Дарий почувствовал внутри какую-то странную пустоту. Потом пустота эта наполнилась ненавистью к белым подпузырным тварям. Ему захотелось броситься к Пузырю, с разбега продавить стенку и стрелять, стрелять, стрелять в этих паскуд… Он сумел обуздать это желание, но тяжесть и какой-то тоскливый фон в душе остались. Поллукс не был его закадычным другом, но эта утрата отозвалась в нем с неожиданной силой. И Тангейзер тоже переживал, по нему было видно, хоть он ничего и не говорил. До обеда они вместе молча слонялись по территории заставы, сидели в разных укромных углах, и лишь доставленный из космопорта здоровенным грузовым самоходом танк «Мамонт» переключил их на другое.

Облазив с инструкциями в руках весь танк, друзья убедились в том, что эта машина должна быть легка в управлении, и вести из нее стрельбу — одно удовольствие. Собственно, бронеход мог после постановки задачи все делать сам, превращая экипаж в простых пассажиров. И такому совершенному устройству отводилась роль всего лишь укрытия для наблюдателя! Обзорные экраны в этом случае были бесполезны — на них не разглядишь белых тварей из Пузыря, и придется использовать перископы. Или вставлять в броню прозрачный стеклосинт…

Сойдясь на том, что кое у кого из армейских снабженцев на месте головы находится совсем другая, расположенная гораздо ниже часть тела, Дарий и Тангейзер приступили к активизации квазиинтеллектуальной системы оперативного танка «Мамонт». А проще говоря, стали включать ему мозги. Этот процесс не занял много времени — через две-три минуты всяких манипуляций согласно инструкции, в салоне (а иначе и не назовешь это просторное помещение в башне танка!) раздался щелчок. И словно отовсюду донесся негромкий приятный мужской голос:

— Я готов бить врагов!

Напарники, сидя в креслах, переглянулись — танки серии «Трицератопс», которыми располагали погранзаставы Пятки, не имели обыкновения говорить ни с людьми, ни друг с другом.

— «Я» — это кто? — осторожно осведомился Дарий.

— Ответить на такой вопрос не сложный труд: Спиноза — так меня зовут, — незамедлительно отозвался тот же мягкий баритон.

Бойцы опять переглянулись, и каждый увидел на лице другого то же выражение, что и на своем. Глуповатое такое выражение с густой примесью оторопи.