Чудак. Искатель неприятностей - Григорий Шаргородский

– Кстати, а как там Абу? – погрустнела сестра, и я ее понимал. Мой питомец хоть и был лишь цифровым кодом, но уже стал практически членом семьи.

Мигающий браслет напоминал, что он – самый главный источник информации, и призывал почитать сообщение.

«Ваш питомец погиб, наложен стандартный дебаф. Оставить тело в точке гибели или перенести его в личный кабинет?»

Конечно же я выбрал второй вариант.

– Ну что, куда мы дальше? – спросила Тома.

– Пока никуда. Сейчас я за нашим эпическим героем, а затем загляну к Гайкокруту: похоже, глазки – это его тема.

– Можно с тобой? – оживилась сестра, которой я успел рассказать о фишках в ангаре големостроителя. – Страсть как хочется посмотреть.

– Только давай без сюрпризов. Твое знакомство с Шалыми мне очень не понравилось.

– Я буду пай-девочкой! – сделала по-анимешному умильные глаза сестра.

– Угу, знаю я эту девочку… – проворчал я, направляясь к гостинице.

Абу лежал на кровати в картинной позе умирающего лебедя.

– Не вопрос, похвалу заработал, – погладил я питомца по голове и, зацепив за пряжку, деактивировал ошейник. В ближайшие пять часов он мне не помощник.

Интересно, почему система спрашивала, переправлять ли тело питомца в кабинет? Едва этот вопрос оформился, как тут же на ум пришел ответ, стоило вспомнить огромного ящера Дуняняши. Этот увалень не то что кабинет, он и гостиницу сможет по бревнышку раскатать, несмотря на все дебафы.

Тома дисциплинированно ждала меня у входа, так что надежда на ее неусидчивость растаяла без следа. Придется знакомить сестру с полугномом.

Вообще-то возвращаться в Славию было не очень разумной идеей, но мне как-то надоело прятаться. Да и происшествия с гопниками, которые обрезали кабель моей капсулы, и получение Темной Слезы тоже потеряли новизну.

Если честно, я уже соскучился по бородатому ворчуну и компании скоморохов. Артель дядьки Стаха полностью состояла из неписей, но это не умаляло моей симпатии к циркачам.

Туманная сфера портала перенесла нас из тихого Раухана в бурлящую жизнью Славию. С прошлого моего посещения столицы Лукоморья тут совершенно ничего не изменилось – все те же бревенчатые стены и дразнящие травянистые запахи с вездесущей сосновой ноткой.

Наш путь лежал за пределы княжеского квартала, мимо главной площади, к городскому торжищу.

До вечера было еще далеко, но скоморохи уже разминались. Общение с неписями в мои дневные планы не входило, но мы все же отозвались на призыв дядьки Стаха и поболтали о пустяках. Такие вещи система отслеживала, и любое пренебрежение тут же сказывалось на очках симпатии. К тому же если не вспоминать, что перед тобой программа, то и общение с циркачами не в тягость.

До мастерской полугнома мы добрались только через час.

С Томой случился тот же культурный шок, что и со мной во время первого посещения обители Гайкокрута.

– Ух ты!.. – выдохнула сестра, рассматривая смертоносного Буратино.

Это чудо я уже видел, поэтому полугному не удалось подкрасться незамеченным.

– Привет, Крут; все подлавливаешь зевак?

– Есть такое дело, – хмыкнул полугном, разглаживая усы.

– Ой, – чуть не подскочила Тома, оторвавшись от созерцания монументального голема.

– Я не Ой, милая девушка, а Гайкокрут. Или Крут, как меня переименовал ваш спутник. Так даже лучше.

– Та… – От неожиданности Тома чуть не прокололась, но быстро исправилась, скрыв смущение милым книксеном. – Тарамилла.

В Сэкаи ники игроков, за редким исключением, легко читались, но неписаные правила приличия обязывали представляться.

– Не хотите небольшую экскурсию по моим владениям?

– Хочу, – оживилась Тома.

– Позже. – Я тут же влез в это расшаркивание. – Леди ведьма пока посмотрит все сама. Крут, нам нужно поговорить.

– Что за спешка? – сморщился от моей грубости полугном.

– Первым делом артефакты, ну а девушки потом, – перефразировал я строчку из песни.

– Хорошо, – согласился старый ловелас, у которого в реале имелись не только тракторный завод, но и жена. – Тарамилла, моя мастерская в вашем распоряжении…

– Только ничего руками не трогать, – добавил я от себя, зная свою сестру и то, что полугном этого не скажет.

– Ты чего такой грубый? – отойдя в сторону, спросил Крут.

– Сам не знаю.

– Не нравится моя галантность? Думаешь, седина в бороду – бес в ребро?

– Как раз с этим все в порядке. Крут, это же ведьма, у нее часть «очарования» в пассивках прописана. К тому же наверняка сама подколдовывает, чисто из женского кокетства.

– А у тебя, значит, иммунитет? – хмыкнул чуть задетый моим замечанием полугном.

– Представь себе, – пожал я плечами.

Мелькнула мысль, что стоит признаться в нашем с Томой родстве, но опять возбудилась паранойя.

Нет, ни в чем эдаком я полугнома не подозревал, но в этом случае работает правило: чего не знаешь, о том не проболтаешься.

– Хорошо, – мотнул головой Крут, словно конь, отгоняющий слепней. – Что там у тебя такого приключилось?

– Мы ходили в одно очень интересное место. Взяли добычу и, по-моему, есть кое-что для тебя.

– Показывай, – оживился гном, жестом приглашая за невысокий столик.

Четыре шарика с узкими зрачками не то чтобы возбудили старого артефактора, но явно вызвали интерес.

– Любопытно, – проворчал он, разглядывая артефакты через свои навороченные гогглы с множеством линз и микроскопом. – Не скажу что очень ценные глазки, но точно очень интересные. С ними нужно много работать, а результат неочевиден. Сколько хочешь за них?

– Да без понятия.

– Ладно. – С минуту подумав, Крут добавил: – Давай так. Я возьму их в работу. Если ничего не получится – значит, не судьба. А если все срастется, доходы пополам.

– Шикарное предложение, – обрадовался я. – Теперь можно продолжить экскурсию для молоденьких ведьм.

– Подожди, – так не до конца и не выйдя из состояния задумчивости, остановил меня полугном. – Не хочешь рассказать, в каком таком интересном месте ты нашел эти глазки?

В принципе, никакого секрета в моих приключениях не было, поэтому я вкратце пересказал Круту события последних двух дней. Причем по реакции полугнома было видно, что его больше заинтересовала не кошачья экзотика, а наш с Томой тандем.

Закончив рассказ, я выждал некоторое время и все же решился прервать медитацию приятеля:

– Крут, ты о чем задумался?

– Пока ни о чем, но, возможно, появятся кое-какие идейки.