Драконоборец. Том 1 - Илья Крымов

– Я тоже рад оказаться живым, сир, почти так же сильно, как видеть вас на подобающем месте, и…

Бейерон поднял Тобиуса с колена и заключил в крепкие объятия.

– Сир? – подал голос волшебник, почувствовав, что жест затягивается.

– Воистину сегодня славный день! – сказал наконец король. – Я был удивлен, вдруг получив от тебя весточку, хотя то, как ты ее прислал, удивило еще больше.

– Мне помогли, и сам я напрямую ничего не посылал. Что вас удивило, сир?

– Механический голубь. Очень красиво, не спорю, но вскоре он перестал работать.

– Да, логично.

Телепатические мосты Академия контролировала, а магических вестовых перехватывала. Механическая игрушка с минимальным магическим зарядом могла проскользнуть незамеченной.

– Я бы попросил тебя описать, что творится у вас в Академии, но лучше подождем, пока к нам не присоединится мой придворный маг.

– Думаю, у нас есть что обсудить и помимо дел.

Тобиус вспомнил, что находиться с покрытой головой подле короля невежливо даже для волшебника, и скинул на плечи капюшон. Бейерон заметил блеснувшую седину, но ничего не сказал, а сделал шаг к круглому столику с винным штофом и тремя бокалами. Примерно час они проговорили, вспоминая общее прошлое и то, что случилось после отбытия серого мага в Ордерзее за посохом. Ему было приятно услышать, что, когда король покидал Под-Замок, там все было хорошо, и что некогда маленькая деревня превратилась в крупный поселок.

Да и после Бейерон не забывал о крохотном лене, где жил во время изгнания. Вернувшись к власти и начав управлять страной, пострадавшей от Зуланской войны, он направил немалые ресурсы на восстановление былой силы пограничных гарнизонов и призвал дворян Запада вспомнить о своих обязанностях по защите линии фронтира либо готовиться к потере земель вместе со всеми титулами и имуществом. Вскоре таких крепнущих пограничных форпостов, как Под-Замок, должно было стать больше.

Воспоминания о Под-Замке пробудили в волшебнике и иные. Он вспомнил об Эмме, своей непутевой ученице. Семь лет назад, когда он вернулся из Дикой земли и отправился в Академию за посохом, по пути маг заглянул в Под-Замок. Бейерон тогда все еще находился в ссылке, и, помнится, он поведал, что вскоре после ухода Тобиуса Эмма ослушалась приказа и покинула свой пост. Она оставила Под-Замок однажды ночью, и больше ее не видели. Король думал, что белобрысая воительница все же не утерпела и отправилась в Дикоземье за своим наставником, но даже если это и было так, Тобиус ее не повстречал. Порой он гадал – жива ли она? А если жива, то где ветер носит эту непутевую девчонку?!

– А еще я решил восстановить флот, – между делом сообщил король.

– Флот, сир?

После войны король начал массовую вырубку лесов, наступавших на границы Ривена из Дикой земли, и принялся восстанавливать старинные оборонительные коммуникации. Излишек древесины переправляли на север страны и строили из нее военный флот вместо того, что при отце Бейерона погиб в заливе Кардхарум. Процессом восстановления руководили лорды Орли из Орлипорта, славные своими морскими традициями.

Тобиус внимательно и с интересом слушал, но не понимал – зачем король доводил до него это знание? Дела государственные Бейерон едва ли стал бы обсуждать с тем, кто не состоял на службе.

В помещении возник Джаспер, старый камердинер его величества. Беззвучной тенью он приблизился к хозяину и что-то шепнул ему на ухо.

– Конечно.

Слуга исчез, а сквозь распахнувшиеся двери в Залы Ратной Славы вошел маг, чья аура открыто пылала ужасающей мощью. Очень высокий, могучего сложения старик с широченными плечами и руками, бугрящимися от мышц, одетый в носкую простую одежду и бордовый плащ с высоким воротником. Он был коротко стрижен, но имел усы и длинную бороду, кривоватый тонкий нос, худое морщинистое лицо, пронзительные, предостерегающие от глупостей глаза человека, который может стереть кого угодно с лица Валемара, стоит только его разгневать. Тобиус прищурился, отмечая знакомые черты, да и сама аура волшебника не казалась чужой, но серый никак не мог понять – где же встречал его?

– Да будь я проклят, это же Тобиус!

– Чар… Талбот, ваше могущество?

Тобиус захрипел, будучи сдавленным могучими руками. В последний раз, когда они виделись, Гневливый был худ, как палка, и седые лохмы его ниспадали на плечи и спину.

– Уф! Время пошло вам на пользу, ваше могущество!

– Хотел бы сказать то же и о тебе! Почему ты седой как лунь?

– Стал мудрее, а мудрость, как известно, прибавляет голове серебра.

– Ну хоть немного юношеской дури в тебе осталось, как погляжу! – сказал Талбот Гневливый, отмечая одинокую черную прядь.

– А вы теперь придворный маг короля?

– Ну извини, тебя слишком долго не было, и мне пришлось занять пустовавшее место.

– Лучшего кандидата я бы не смог и представить.

Архимаг получил третий бокал и присоединился к королю и молодому волшебнику. Сентиментальные воспоминания немедля уступили место делам. Тобиус поведал королю и архимагу то же самое, что рассказывал управителям. Вранье оставляло неприятный вкус на губах, ибо врать приходилось людям, которых Тобиус считал близкими.

– Преисполнившись недоверием, они, я уверен, хотели держать меня взаперти до конца жизни. Не желая себе такой участи, я попросил Никадима Ювелира отправить вам весточку от моего имени. Спасибо, что спасли меня, сир.

– Это меньшее, что я мог для тебя сделать, мой друг. Каковы дальнейшие шаги?

Тобиус посмотрел поочередно на своих собеседников, подбирая слова.

– Я думаю убраться подальше из страны, как минимум достичь пределов Архаддира, чтобы меня и Академию разделяло хотя бы одно государство.

– Все так плохо? – насторожился Талбот.

– Мне сообщили, что управители серьезно обдумывают вопрос о наложении печати «вне круга».

– Не может быть! – рявкнул архимаг. – Да как они смеют?!

– Они управители и могут делать все, что пожелают, – хладнокровно напомнил Тобиус.

Бейерон, который с задумчивым видом поглаживал бакенбард, даже не заметил взрыва ярости.

– Что значит «вне круга»? – наконец спросил он.

– «Вне круга защиты школы», – ответил Талбот Гневливый. – Если Тобиус получит такую печать, он окажется подвластен судам светским и церковным, полностью лишится защиты Академии в каких бы то ни было вопросах. Это настоящая подлость!

– Я что-то могу сделать?

– Увы, сир, – качнул головой Тобиус, – в этом вопросе даже король не имеет права голоса. Поэтому я и хочу убраться подальше.

Бейерон выслушал это спокойно, а вот Талбот казался обескураженным. Тем не менее он быстро оправился и обратился к королю.