Звёздные Войны. Трилогия о Трауне. Книга 3. Последний приказ - Тимоти Зан

Последовала очередная схватка, пока самая тяжелая. Лея машинально призвала Силу, используя способы заглушить боль в протестующих мышцах, которым научил ее Люк. По крайней мере, процесс родов давал ей шанс попрактиковаться в джедайских техниках, причем связанных не только с обезболиванием.

«Все хорошо, — мысленно успокоила она маленькие разумы внутри ее. — Все в порядке. Мамочка здесь».

Впрочем, особо ей это не помогло. Захваченные непостижимыми силами, медленно толкавшими их крошечные тела в неизвестность, маленькие неразвитые разумы трепетали от страха.

Хотя, если честно, их отец чувствовал себя не лучше.

— Как ты? — неизвестно уже в который раз спросил Хан, чуть сильнее сжимая ее руку и пытаясь приободрить.

— Все в порядке, — заверила его Лея. Схватка закончилась, и она, расслабившись, сжала его руку в ответ. — Зато ты выглядишь не очень.

— В такое время мне уже пора спать, — усмехнулся Хан.

— Наверняка, — согласилась Лея. Хан начал нервничать, как тантан на роликах, как только начались по-настоящему серьезные схватки, но изо всех сил старался мужественно этого не показывать — Лея подозревала, что скорее ради нее самой, а не ради того, чтобы не потерять лицо. — Извини.

— Не беспокойся. — Хан бросил взгляд в сторону, где у другого конца койки суетились врач и два медицинских дроида. — Похоже, уже скоро, милая.

— Надеюсь, — согласилась Лея, и у нее тут же перехватило дыхание от очередной схватки. — Ох...

Тревога Хана усилилась.

— Ты как, в порядке?

Лея кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

— Обними меня, Хан, — выдохнула она, вновь обретя дар речи. — Просто обними.

— Я здесь, — прошептал он, обхватывая свободной рукой ее за плечи.

Она едва его слышала. Где-то „глубоко внутри ее пришли в движение крошечные жизни, которые создали они с Ханом... и внезапно их трепещущий страх сменился неподдельным ужасом.

«Не бойтесь, — подумала она. — Не бойтесь. Все будет хорошо. Я здесь. Скоро вы будете со мной».

Реакции она не ожидала — мыслительные способности близнецов были слишком неразвиты, чтобы осознать нечто столь абстрактное, как слова или концепцию будущих событий. Но она все равно продолжала окутывать их любовью, миром и уютом, подавляя их страхи. Последовала очередная схватка — неумолимое движение во внешний мир продолжалось...

А потом, к нескончаемой радости Леи, один из крошечных разумов потянулся к ней, коснувшись ее так, как никогда еще не реагировал на ее невербальные ласки ни один из близнецов. Нарастающий страх несколько угас, и Лея вдруг увидела мысленный образ младенческой ручки, крепко сжимающей ее палец. «Да, — ответила она малышу. — Я твоя мама, и я здесь».

Крошечный разум, похоже, на мгновение задумался. Лея продолжала его успокаивать, и тот чуть сместился, словно внимание младенца привлекло что-то еще. Хороший знак, решила она, если его можно отвлечь от происходящего...

А потом, к ее изумлению, начала угасать и паника, охватившая второго. Второй разум, который, насколько она могла понять, даже еще не замечал ее присутствия...

Позже Лея поняла, что все выглядело вполне очевидным, если не полностью неизбежным. Но в тот момент открытие настолько потрясло ее, что ее пробрала дрожь до глубины души. Близнецы, росшие в окружении Силы, каким-то образом настроились друг на друга — настолько глубоко, что Лея даже не могла представить себе подобного.

Мысль об этом внушала ей гордость и вместе с тем казалась мучительной. Она смогла заглянуть в будущее, узнав, что ее дети будут вместе расти и набираться Силы... и при этом сознавая, что для нее самой эта часть их жизни останется навсегда недоступной.

Схватка ослабла, и грандиозная, но полная горькой радости картина будущего угасла, превратившись в маленький сгусток боли где-то в глубинах разума. И еще больнее ей было от стыда: ей даже в голову не пришло, что Хан сможет делить с ними еще меньшую часть жизни, чем она сама.

Внезапно сквозь мысленный туман перед ее глазами словно вспыхнул яркий свет. Она машинально сильнее вцепилась в руку Хана:

— Что?..

— Началось! — воскликнул Хан, тоже сжимая ее руку. — Первый уже наполовину вышел.

Лея моргнула, разрывая мысленный контакт с детьми, никогда не видевшими ничего ярче тусклого рассеянного сияния, и воображаемый свет исчез.

— Выключите свет, — выдохнула она. — Он слишком яркий. Глаза детей...

— Все в порядке, — заверил ее врач. — Их глаза приспособятся. Так, еще раз тужьтесь...

А потом первая часть неожиданно закончилась.

— Один есть, — странно, словно у него перехватило дыхание, проговорил Хан. — Это... — Он вытянул шею. — Это наша дочь. — Он снова посмотрел на Лею, и на его напряженном лице возникла хорошо ей знакомая кривая улыбка. — Джейна.

Лея кивнула.

— Джейна, — повторила она. Отчего-то придуманные ими имена звучали теперь совсем иначе. — Что с Джейсеном?

— Я бы сказал, ему не терпится присоединиться к сестренке, — сухо заметил врач. — Приготовьтесь тужиться, — похоже, он пытается выбраться сам. Так... тужьтесь.

Лея глубоко вздохнула. Наконец-то. После десяти часов родов — после девяти месяцев беременности — конец уже был близок.

Нет. Не конец. Начало.

Несколько минут спустя близнецов положили ей на руки... и, впервые взглянув на них, а затем на Хана, она ощутила, как ее охватывает полное умиротворение. Там, среди звезд, могла идти война, но здесь и сейчас со вселенной все было в порядке.

* * *

— Осторожно, командир! — послышался в ухе Веджа голос Проныры-десять. — У тебя на хвосте висят.

— Понял, — ответил Ведж, круто разворачивая свой истребитель типа X.

ИСИД-перехватчик пронесся мимо, плюясь лазерным огнем, и попытался повторить маневр Веджа. Возникший полсекунды спустя позади имперца республиканский истребитель превратил его в облако пылающей пыли.

— Спасибо, Проныра-восемь! — Ведж смахнул с кончика носа каплю пота и сверился с датчиками. В ближайших окрестностях, похоже, все было чисто — по крайней мере, на какое-то время. Медленно заложив вираж, он окинул взглядом все поле боя.

Все оказалось еще хуже, чем он опасался, — хуже даже, чем пять минут назад. Из гиперпространства появились еще два звездных разрушителя типа «Победа» и заняли позиции вблизи от трех оставшихся звездных крейсеров мон-каламари, обстреливая их огнем из турболазеров...

— Разбойная эскадрилья, меняем курс на двадцать два — восемь, — приказал Ведж, разворачиваясь на перехват и думая, как, во имя Галактики, имперцам это удалось. Столь точный прыжок непросто было совершить даже в идеальных обстоятельствах, а уж в пылу и замешательстве боя вообще почти невозможно. Еще один пример невероятного нового таланта Империи по координации сил.