Бесконечность не предел - Василий Головачев

Талгат сжал его локоть.

— Подожди, майор, не до объяснений. Уверяю, мистикой здесь не пахнет.

— Вы зря отпустили этого типа, — указал на дверь Данимир. — Он же посланец Владык.

— Посланец Владык из него давно испарился, — возразил Прохор, колеблясь между желанием и долгом: продолжать ли начатое или подойти успокоить Устю-Юстину, не отрывающую от него взгляда.

— Подтверждаю, — кивнул Фуркад. — Это был очень крупный зверь — системный оператор, получивший доступ к резерву Владык. Я первый раз вижу в одном месте столько агентов и операторов низших уровней.

— Кто такие Владыки? — не стерпел Волков.

— Я же тебе объяснял, — тихо сказал Талгат.

— Одно могу сказать с уверенностью, — сказал Фуркад. — Владыки — не земляне! Либо они обитают где-то возле центра Галактики, либо вообще торчат в других финслеровых или комплексных подвселенных, за гранью нашего восприятия. А вот их главные помощники — Администраторы — земные существа, люди. Их надо нейтрализовать в первую очередь. Я даже не исключаю, что в теле мэра сидел один из них, уж очень умело он организовал здесь притон приверженцев чёрного замысла.

— Какого… замысла? — требовательно спросил Волков.

Фуркад остался сосредоточенно-спокойным.

— Владыки хотят установить новый мировой порядок, отсечь у пирамиды вершину, образно говоря. Почитайте на досуге литературу о масонах, это отзвук того, что творится на иных уровнях Числовселенной.

— И всё же я не понимаю, почему он так рисковал — Админ, создавая базу недалеко от Вологды, — сказал Данияр. — А если бы спецслужбы раскрыли этот заговор?

— В спецслужбах тоже сидят агенты Владык. Всё объясняется просто: Владыки готовились к акции внедрения в Первомир долго и тихо, зная местонахождение будущего посланца — второго Прохора, Шатаева, потому и не стали прятаться глубоко, веря, что справятся с делом быстро. Если бы всё прошло гладко, Прохор прошёл бы в мир Монады, сработала бы программа корректировки Первозамысла через эту штуку, — Фуркад кивнул на меркабу, — и уже никому в голову не пришло бы расследовать заговор, как вы изволили выразиться: мир бы изменился.

— Почему же он не изменился? Прохор же там…

— Не знаю, файл с программой ушёл, но не сработал. Что произошло, может узнать только он. — Кивок на Прохора. — Нам туда не пройти.

— Я пойду с ним! — решительно шагнула вперёд Устя — явно под влиянием «сестры» Юстины.

Фуркад оценивающе глянул на неё, усмехнулся.

— Чего хочет женщина, того хочет бог. Боюсь, сударыня, это очень и очень рискованно.

— Я пойду с ним! Вдвоём пробиться легче! Он знает, что я… мы… не помешаем.

Мужчины обменялись взглядами.

— А если вы пройдёте, а выход оттуда захлопнется? Я могу ошибаться, но думаю, что Числовселенная линейна, это вам не интернет-система, у которой у любого узла есть возможность обходного подключения к остальным. Возврат возможен только в последующий мир, по цепочке перехода, из второго невозможно сразу перескочить в сотый, к примеру. К тому же Первомир — особый мир, это суть мир Прави, диктующий физические законы и нормы морали и этики всей Числовселенной, своеобразный фильтр, не пропускающий флуктуационный негатив ни туда, ни обратно. Во всяком случае, я в это верю. Но то, что мир-1 отделён от других, — истина.

— Может, наоборот, мембрану поставили Владыки? — Талгат деликатно кашлянул. — Чтобы отсечь божественные законы Прави от вседозволенности Бездн? Чтобы Владыкам было легче управлять мирами?

Фуркад озадаченно потёр лоб, подумал (все терпеливо ждали), тряхнул головой.

— Отличная мысль, дружище, я пораскину мозгами в свободное время, проанализирую. В этом случае многие постулаты вселенского социума придётся пересмотреть.

— Чем ваш… э-э… Первомир… э-э… мир Монады так уж отличается от нашего? — скептически хмыкнул Волков. — Мы ведь живём во втором, да?

— Законы всех числомиров диктуются цифрами и числами, — сказал Талгат. — У каждого числа они разные. Законы Первомира должна диктовать Монада — Единица, заключающая в себе все законы и программу развития Вселенной.

— Не отвлекайся, философ, — вмешался Фуркад. — Об этом можно будет поговорить в другой обстановке. Прежде чем я уйду, хотел бы ещё раз вас предупредить: пора кончать сражаться с последствиями замысла Владык, надо ликвидировать причину — саму систему Владык. Сейчас мы их остановили… я надеюсь… но они вернутся и заставят вас драться снова и снова. Их стимул — абсолютная власть, самый сильный из существующих наркотиков во Вселенной. Жизнь индивидуума и даже жизнь вообще их не волнуют, их влечёт только власть.

— Жизнь даётся каждому один раз, — пожал плечами Данияр, — за неё стоит драться.

— Даётся она в основном случайно, — пробормотал Волков.

— Ты стал циником, друг мой, — пожурил его араб.

— Всё, конец философским измышлениям, — объявил Фуркад. — Попробуй сходить в Правь, пока я здесь.

— Я с ним! — в третий раз заявила Устя-Юстина, выступая вперёд.

Прохор проглотил ком в горле, положил ей руку на плечо.

— Если не прорвусь один — вернусь, и мы пойдём вместе.

— Обещаешь?

— Да!

Устя обняла его на мгновение и отстранилась, замыкая лицо маской бесстрастия; майорша из одиннадцатого числомира не любила показывать на людях свои чувства.

— Иди.

Прохор на деревянных ногах прошагал до меркабы, сел в кресло с заколотившимся сердцем, постарался выглядеть уверенным.

— Ну, я пошёл?

Ответом был лес вскинутых вверх сжатых кулаков.

Я с тобой!

Первая попытка проскользнуть в мир Монады, используя пробитый меркабой энергоинформационный канал, не удалась.

«Душу» Прохора шмякнуло обо что-то огненно-ледяное, сплющило, вывернуло наизнанку, и он снова очнулся в теле второго Прохора, задыхаясь от нехватки воздуха в лёгких.

В комнате стояла тишина. Все были здесь, кроме Алексея, и смотрели на него с напряжёнными лицами.

— Что? — поднял брови Фуркад.

Устя бросилась к сидящему, когда он открыл глаза, но бородач её остановил.

— Не трогайте его, он в резонансе.

— Стена… — хрипло проговорил Прохор, усилием воли усмиряя разбушевавшееся сердце.

— Этого следовало ожидать, — хмыкнул Фуркад. — Не было бы стены, ваш «братец» уже вернулся бы. Хотя непонятно, почему ты не проходишь, если канал держится.

— Эффективное сечение маловато…

— Речь не идёт об эффективном сечении ядерного распада. Струна числоперехода — не ядерный и вообще не физический процесс. Пойдёшь ещё раз?

— Сколько я отсутствовал?