Эрта. Время сирот - Николай Побережник

— Да… Правильно! — подхватил еще кто–то.

— Давай Кинт, спокойно рассчитывайся и уходи, этому заморышу уже не до тебя.

Отойдя от харчевни на сотню шагов Кинт обернулся, и посмотрел как несколько здоровых мужиков волокут трепыхающегося «ухажер» к одному из ближайших пирсов. Кинт осмотрелся и побежал к дому Тоя и Викена. Начинало темнеть, он остановился у приоткрытой калитки и пару раз свистнул, спустя минуту к нему выбежал Той.

— Где Викен?

— Так спит же…

— Буди… я пройду?

— Конечно, проходи… мамка в ночную на прачке, — ответил Той, и поправив лямку от штанов на плече побежал в хижину.

— До завтра никак нельзя подождать? — недовольным и сонным голосом спросил Викен сидя на кровати.

— Нельзя… мне помощь твоя нужна.

— О как, — протерев глаза ответил Викен и заинтересованно посмотрел на Кинта, — я боюсь как бы шторм не начался… Тебе… Тебе нужна моя помощь? Шутишь?

— Нет, это очень серьезно… и очень опасно.

Викен заговорчески посмотрел на Кинта, взял с тумбочки у кровати трубку, раскурил ее и сказал:

— Рассказывай…

«Утренний оркестр», как говорил старик Итар про гудки труб со стороны промышленного района, разбудил Кинта, когда на улице еще не рассвело. Позавтракав тремя сваренным с вечера яйцами и запив холодным чаем, Кинт отправился на рынок, то есть на работу. Баката еще не было, и Кинт самостоятельно открыл мастерскую, переоделся, прошел к своему верстаку, и стал разглядывать накопившиеся железки. Позже пришел и мастер Бакат, с рулоном чертежей под мышкой, одобрительно кивнул усердному работнику и поднялся к себе в контору. День прошел быстро, обедали вместе с Бакатом в конторе, прибегала Лана, строила глазки, ну и попутно принесла большой кусок аппетитной ветчины.

— Да куда столько? Пропадет же.

— А вот с мастером Бакатом поделись, и с другом своим, этим стариком…

— Нет больше Итара, два дня назад повозка сбила в порту.

— Как же так? — охнула Лана.

— Вот так, — ответил Кинт, — ладно, мне есть с кем поделиться… спасибо.

— Как же жалко Итара, — шмыгнула носом Лана.

— Да, жалко… Слушай, — Кинт схватил Лану за руку, ты тайны хранить умеешь?

— Хм, — закатила глаза Лана, — если папенька до сих пор не знает, куда ветчина девается, то как ты думаешь?

— Ну, понятно… Лана, у меня к тебе просьба, если у мастерской кто–то незнакомый крутиться будет, про меня выспрашивать, то ты уж будь добра, предупреди сразу… хорошо?

— Хорошо, — с придыханием ответила Лана, а потом стала серьезной и спросила, — Что случилось?

— Я еще не знаю, но есть у меня подозрение, что Итара специально сбили повозкой.

— Убили что ли?

— Именно!

— Ой! — Лана охнув, закрыла рот рукой, ее глаза округлились, — кто же это мог сделать?

— Ты вот только не ойкай, хорошо?

— Угу, — часто закивала головой Лана.

— Пойми, это все может быть очень опасно… Слышала про Арка?

— Да-а, — глаза Ланы стали словно блюдца.

— Зря я тебе это сказал…

— Нет, нет! Не зря! Я обязательно тебе расскажу, если кто–то будет тобой интересоваться… Ты только береги себя… пожалуйста.

— Это только подозрения… но ты будь внимательна.

— Буду… ну, я побежала…

— Беги, — улыбнулся Кинт.

Ужинать Кинт отправился в портовую харчевню, компании грузчиков еще не было, зато в дальнем углу сидел Викен и изучал масляные пятна на старой скатерти, Кинт подошел и поздоровался.

— Что будем есть? — с довольным лицом поинтересовался Викен, вытирая руки о жилетку.

— Можешь вот с этого начинать, — Кинт положил сверток на стол, — а я пока схожу, и закажу ужин.

— Вкусно как пахнет, — начал разворачивать бумагу Викен, — вот это да! Вкуснятина!

В портовой харчевне не было никаких гастрономических изысков в меню, поэтому Кинт составил на деревянный поднос поданные ему две миски с похлебкой, еще хлеб, две кружки морса, и сам, не дожидаясь обслуги, отправился к Викену, который уже достал из–за голенища нож и нарезал ветчину крупными ломтями.

— Домой–то оставь что отнести, — Кинт поставил на стол поднос и сел рядом.

— Еще кусочек, а остальное, да, домой…

— Ну, рассказывай.

— Сегодня особо рассказывать нечего, этот твой Жорэ…

— Он не мой…

— Жорэ в общем этот, укатил сразу с утра куда–то на повозке, один малой из нашего квартала прицепился, да проехал с ним до центра… Там Жорэ посетил жандармерию, а потом пешком отправился к ратуше, где и застрял до обеда, на обед в «Желтую Розу» он пошел с каким–то чиновником из ратуши, обедали, какие–то бумаги там рассматривали, а потом к ним присоединились еще двое, с виду так чистые разбойники. Потом все четверо вышли, чиновник вернулся в ратушу, а Жорэ и эти двое здоровяков уехали с ним на повозке… А появился Жорэ в гостинице у мадам Милы, только полтора часа назад, один.

— Значит жандармерия, а потом ратуша, — пробубнил Кинт.

— Угу.. и это, Кинт, ватага из нашего квартала конечно старается просто из уважения ко мне, но надо бы им деньжат подкинуть, как считаешь?

— Да конечно, — спохватился Кинт и выставил на стол стопку из пяти серебряных монет, — сам там распредели между своими.

— Богатенький Кинт, — ухмыльнулся Викен, сгреб монеты в ладонь и положил их в карман, — вот еще что, я ближайшие три дня буду на выходных, пакгауз полный, и в него погрузка идти не будет уже, так что я пока свободен, и есть возможность взять повозку в аренду у одного старого возницы.

— Хорошо, а столько это стоит?

— Я спрошу, но думаю, пары монет серебром ему хватит, чтобы весь день провести в пивной.

— Возьми, — Кинт положил на стол еще монеты, — пойду я, и будь осторожен…

К ночи зарядил мелкий, моросящий дождь. Крыша протекала в нескольких местах, и Кинт прежде чем улечся спать, около часа пристраивал всевозможные миски, кастрюли и тазы под капель. «Музыка дождя» прогнала сон, пришлось искать чем себя занять. Кинт достал из своего походного баула школьный пояс с тяжелым пехотным револьвером, пенал из толстой кожи с принадлежностями для чистки оружия, перевесил лампу на балку над кроватью и выкрутил на ней фитиль прибавив света.

— Вот, так лучше, — сказал сам себе вслух Кинт, — надо только шторы плотнее задернуть.

Подтащив от окна стол и усевшись на кровати, Кинт удобно расположился и принялся за чистку и перезарядку оружия, он решил теперь носить с собой оба револьвера, но если подарок от капитана Агиса удобно и почти незаметно располагался под камзолом на поясе, то с пехотным револьвером все было сложнее. Конечно, можно было бы и не стесняясь одеть школьный пояс с кобурой поверх камзола, но в центре столицы это будет привлекать излишнее внимание, не военный же и не жандарм… но решение нашлось — почистив и перезарядив револьвер, Кинт убрал его в небольшую торбу, с которой он ходил на работу в мастерскую. Вот, и незаметно, и случись необходимость, то просто сунул руку в торбу, взвел курок и выстрелил, главное чтобы этот курок не зацепился за сверток с обедом…