Комсомолец. Осназовец. Коммандос - Владимир Поселягин

– Отлично, – обрадовался я и положил на стол тонкую стопку купюр. – Это задаток в половину суммы. Если с испанцами так повезло, возможно еще мне выдать справку, заверенную в мэрии о получении наследства? Не хочу, чтобы возникли вопросы, если я буду делать крупные покупки.

– Легко.

– Когда ожидать получения документов и как мы встретимся?

– Через два дня все будет готово, нам должны завезти новые бланки документов, вот один из них я на тебя оформлю, а правами и метрикой сейчас займусь. Вечером внесу твои данные в архив.

– Этот бланк подойдет? – достал я из кармана пустой бланк.

Тот внимательно его посмотрел и отрицательно покачал головой.

– Бланк настоящий, не фальшивка, но другого кантона и выпущенный год назад. Не пойдет. У меня сейчас в запасе нет, новую партию ждать нужно, а ее только через два дня пришлют. Обещали.

– Ясно, тогда на тот день и делайте день моего восемнадцатилетия. Так нормально?

– Лучше не надо, в первый же день никто документ на руки не получает.

– Понял, вам виднее. Встретимся через два дня после окончания рабочего дня в том кафе, что находится напротив мэрии.

– Хорошо, встретимся там в шесть вечера.

Я попрощался с чиновником и, держа на руках Смелого, спустился и посадил того в корзину, после чего подъехал к киоску, где взял пачку газет, и покатил в порт. Там были гостиницы, поэтому я надеялся найти себе нормальный уголок.

Интерес мой к газетам был не пустым, а по делу. Я в скором времени, если ничего не сорвется, могу приобретать имущество, именно этим я и собирался заняться. Мне нужен загородный дом, подальше от всяких поселений и соседей, где-нибудь поближе к границе. Я такие отдельные фермы видел, вот и надеялся один такой дом себе приобрести. Ферму не надо. Мне уже удалось узнать, что налог на нее серьезный. Есть пахотная земля, столько-то ты должен с нее сдать продовольствия. И никого не волнует, надо тебе это или нет.

Сняв номер в портовой гостинице, я устроился на кровати и стал изучать объявления. Ничего интересного мной так и не было найдено. Продавался дом в самом городе, пара квартир, сдавалось так вообще прилично, но вот именно загородная ферма не была выставлена у границы с Германией ни одна. Показывать свой интерес Норису я не хотел, свидетелей я в таких случаях не оставляю, и его ждет в любом случае определенный конец, поэтому искал сам, но пока ничего не нашел.

В самом городке покупать ничего не стоило: он был небольшим, и я мог привлечь излишнее внимание. Откуда, мол, у молодого человека столько денег. А живет кто-то там на отшибе, так и пусть живет.

Следующие два дня я спокойно гулял по городу, пока не изучил все достопримечательности, мне это для легенды нужно было. Городок был приграничный, за озером уже Германия, Австрия правее, так что военных хватало, как и небольшое подразделение пограничников, но комендантского часа или чего-то подобного введено не было. Поэтому я гулял, где хотел и когда хотел. Общаясь с местными старожилами, я узнавал много нового о городе. Раз по легенде я отсюда родом, как уже говорил, мне нужно все это знать. Конечно же, всю информацию я не получу, тут нужно прожить полгода-год, а так, в принципе, подготовился.

Наконец, когда наступило назначенное время, я уже стоял в проулке за кустами местной акации и наблюдал за открытым летним кафе на площади. Бинокль и возвышенность в этом мне неплохо помогали. Вроде чисто, ни топтунов, ни местных пограничников. Один сидел, но это был военный с дамой.

Чуть позже из мэрии вышел Норис и направился в кафе. Устроившись за одним из столиков, он сделал заказ и стал изредка оглядываться, явно в поисках кого-то конкретного, то есть меня.

– Чисто, – уверенно кивнул я и, подойдя к прислоненному к камню велосипеду, сел в седло и покатился вниз.

Въехав на площадь, я спрыгнул из седла, Смелый находился за городом в номере с вещами, я повел велосипед рядом, изредка поглядывая вокруг. Норису уже принесли кофе, и он как раз его пил, когда заметил меня, поэтому я дернул плечом и довернул в ту улицу, где впервые встретился с ним. Тот понял и чуть позже последовал за мной. Мне такая подстава в кафе не нужна, человек пятьдесят увидят, что я с ним общаюсь, так что требовалось уединенное место, и я его нашел.

Чиновник догнал меня довольно быстро, заметив, что я жду его у забора заброшенного дома, вернее продающегося. Там никто не жил, я еще вчера проверил и все подготовил.

– К чему такие сложности? – сблизившись до двух метров, спросил он.

– Предосторожность, – был мой краткий ответ. – Все готово?

– Конечно, все документы проходят через архив. Насчет наследства тоже внес информацию. Мол, вам досталось имущество погибших дальних родственников. Хорошо, что вы дали мне свое фото, не пришлось встречаться с фотографом. Он у нас старенький, но память отличная.

Взяв конверт, я открыл его и достал три документа: лист метрики из мэрии, новенькие права и справку. Метрика была заметно мятой и старой.

– Состарили? – приподняв бровь, удивленно посмотрел я на него. – Неплохо.

– Нет, – засмеялся он. – Просто два неиспользованных старых бланка у меня пылились, вот и пригодился один. Справку о получении наследства посмотрели? Устраивает?

– Да, неплохо сделано. А что за печать нотариуса и подпись?

– Это деда моего, он умер три года назад, а печать осталась.

– Надеюсь, все в порядке, следов не осталось?

– Нет, я все подчистил.

– А что за адрес?

– Тот самый, где сгорели дома, там был пустырь, но сейчас поставили новые дома. Нужно будет прописаться в другом месте. Где моя вторая сумма?

– Да, кстати, – передавая ему рулончик денег, спросил я, – тут загородный дом рядом нигде не продается?

– У границы нет, да и под особым надзором все покупки, что там проходят, – задумался тот на миг, – а вот в двенадцати километрах продается довольно приличный каменный дом, он вне пограничной зоны. Только я его вам не отдам, себе берегу, очень уж хорош. С большим винным подвалом, гаражом и мастерской. Дом, не ферма.

– А кто владелец?

– Нет, парень, – засмеялся Норис. – Этот трюк не пройдет. Я этот дом уже год держу, договорившись с хозяином, еще немного, и он мой будет.

– Понятно, – кивнул я и посмотрел ему за спину, мои глаза расширились от испуга, отчего Норис рефлекторно развернулся и не заметил моего удара.

Улочка действительно была узкая и глухая, но прохожие все же по ней ходили. Мне еще повезло, что стайка девчушек появилась так поздно, иначе они бы заметили нас и тем паче, как я затаскиваю во двор бессознательное тело.

Через час я убедился, что улочка пуста, вынес тело Нориса на руках и уложил его так, чтобы казалось, что он поскользнулся и проломил себе голову о камень, повредив шею. Свой пакет денег я взял, а что было в кармане, оставил. Потом вывернул камень из дороги и провел им по внутренней стороне левой туфли, оставив след, и бросил камень рядом. Со стороны теперь казалось, что об этот булыжник он и споткнулся, подвернул ногу и упал, нанеся себе увечья, несовместимые с жизнью.