У границы мрака - Василий Головачев

«Амфитриты. Мы в её пыле-газовом поясе».

«Так и говори! Сколько времени мы здесь прохлаждаемся?»

«Шесть суток, восемнадцать часов по земному времяисчислению».

«Какого дьявола так долго?!»

«Ваше состояние не отличалось высоким творческим потенциалом. К тому же мне требовался ремонт некоторых агрегатов».

«Куда ты летал только что? Меня вырвало».

«Проверял функционирование двигательных систем».

«Проверил?»

«Все системы в рабочем состоянии».

«Где эти засранцы, с кем мы подрались?»

«По моим данным, они покинули этот район космоса».

«Все? Я имею в виду – и крейсер, и толкиновский Вестник?»

«Да».

«В таком случае нам тут делать нечего. Летим в Солнечную систему, находим древние форты и… – Курт помолчал, преодолевая огромное желание потребовать у Сайгера соорудить ему стакан водки, – а там решим, что делать дальше. Очень хочется устроить моим конкурентам сюрприз».

«Вы утверждали, что границы Солнечной системы прикрыты пограничной службой. Наше появление заметят».

«Что, уже обос…ся? Ничего, появимся в стелс-режиме – не сразу заметят. Успеем испортить им настроение. А если ещё и захватим оружие с баз… короче, слушай приказ: стартуем к Солнцу, осматриваемся, ищем оружие! Вопросы есть?»

«Нет», – лаконично ответил Сайгер.

* * *

Прыжок длиной в пятнадцать тысяч световых лет от Амфитриты до окраин Солнечной системы отразился на самочувствии Курта не лучшим образом. Ему даже пришлось сутки проваляться в кабине «голема», пить лекарства и чистую земную воду (запасы которой подходили к концу) и дышать земным воздухом, а не эрзац-смесью, синтезированной Сайгером. Лишь двадцать первого января, как стало известно из перехваченных передач, он смог заняться осуществлением своих наполеоновских планов.

Судя по отсутствию реакции спецслужб землян на прибытие «мурекса», его пока никто не заметил. Впрочем, и находился он на приличном расстоянии от Солнца, в облаке Оорта, образованном скоплениями ледяных и каменных глыб, а также пылевыми сгущениями, так сказать, строительным мусором Солнечной системы. Так как в памяти Сайгера сохранились многие секреты прошлых галактических войн, в том числе о наличии Вестников Апокалипсиса у враждующих цивилизаций, то их поиск в Солнечной системе не занял много времени.

Всего в Системе было обнаружено семь военных форпостов, принадлежащих цивилизации древних обитателей четвёртой планеты – Марса, сооружённых на тот случай, если все обитатели планеты погибнут и Вестник марсиан активирует оружие, способное сокрушить врага и после гибели создателей.

Курт усомнился, что семи баз, каким бы мощным оружием они ни обладали, хватило бы на гарантированное возмездие агрессору, и Сайгер ответил:

«Баз было намного больше, но почти все они были разрушены в ходе боёв, остались только наиболее тщательно спрятанные».

«Хорошо, нам и этого хватит, – осклабился Курт, – чтобы устроить тут хорошенький Армагеддон».

Что такое Армагеддон, Сайгер спрашивать не стал. Его психоматрица не содержала таких человеческих качеств, как любопытство, стремление к познанию или забота о ком бы то ни было. Создавали его как функционально ориентированный механизм, пусть и с огромными технологическими возможностями.

Однако два форпоста, обнаруженные в глубинах каменно-ледяных планетоидов облака Оорта, Шнайдера не обрадовали. Это были установки для локального преобразования трёхмерного пространства в одномерные «струны», предназначались они для обороны периметра Солнечной системы, могли успешно уничтожать одиночные корабли, но для отражения массированной атаки не годились. А главное – они потеряли энергозапас и оружием служить не могли.

Узнав об этом, Курт пришёл в ярость и едва не начал стрельбу в зале управления, потеряв представление о реальном положении вещей. Однако гигантским усилием воли он всё-таки избавился от наваждения и сконцентрировался на пересмотре планов.

Сначала появилась идея обследовать оставшиеся старые базы на спутниках Юпитера и Сатурна. Они всё-таки располагались не в самой густозаселённой человеком зоне, и к ним можно было приблизиться, не перекрывая транспортные и туристические трассы земных космических компаний. «Мурекс» и так уже при углублении в Систему пару раз натыкался на какие-то судёнышки, вынужденно заглатывая их во избежание тревоги, которую могли поднять экипажи или компьютеры судов.

Вторая мысль показалась более удачной: прыгнуть к Луне, захватить форпост марсиан под кратером Тимей, не обращая внимания на предугадываемую мобилизацию земных спецслужб (ни фига они не успеют!), и ударить по Земле из лунного комплекса.

«Сайгер, мы можем проделать этот трюк, оставаясь невидимыми?»

«Массу транспорта скрыть невозможно, – бесстрастно отозвался Вестник. – Нас рано или поздно вычислят».

«Сколько понадобится времени для всей операции? Я имею в виду прыжок к Луне, вскрытие базы, активацию боевого комплекса, стрельбу по Земле, точнее – по российскому ЦУПу в Плесецке».

«Всё будет зависеть от технического состояния марсианского ударного терминала. Если он не повреждён и способен работать, можно справиться быстро».

«Точнее? Час, два? Сутки?»

«До Луны мы допрыгнем за пару минут, плюс деструкция лунного грунта – полчаса, плюс активация комплекса…»

«Понятно, не меньше часа. Погранслужба русских поставлена хорошо, они, конечно, отреагируют, придётся сначала бить по их кораблям. И последнее: найди мне фрау Елизавету Клод-Сантуш! Она мне нужна!»

«В Солнечной системе десять миллиардов человек», – философски заметил Вестник.

«Её не придётся искать по всему миру, она ксенопсихолог российской Службы безопасности, так что круг поисков невелик. К тому же у тебя прекрасный комплекс ментального контроля, поскольку твои создатели, будучи телепатами, впихнули в тебя ментальный интерфейс. Найдёшь!»

Сайгер промолчал, выбрался из облака Оорта и прыгнул к Солнцу.

3

Прощание с Копуном было грустным, словно Иван расставался с другом, с которым был знаком всю жизнь.

Приуныла и Елизавета, признавшись, что привыкла к «мальчишке» и считает его чуть ли не братом.

Оба заняли места в кабине «голема», и Вестник аккуратно катапультировал катер в космос, подойдя к «Дерзкому» на предельно малое расстояние в двести метров.

Крейсер в этот момент висел над Луной на высоте тысячи километров, над облаком беспилотных аппаратов и станций, и подойти к нему так близко незамеченным было сложно. Однако Вестник справился ювелирно, и, когда «голем» с пассажирами пулей метнулся к кораблю, Копун уже не ответил на вызов Ивана.

– Ушёл… – печально проговорила Елизавета.

– Ничего, он ещё вернётся, – неуверенно успокоил её Иван.