Пастухи чудовищ - Антон Корнилов

Я выстрелил еще раз. И еще…

Серые тяжелые ошметки летели от порченого в разные стороны. Он стоял, пошатываясь, но не отступая и не падая, сдерживаемый мощными ударами пуль, пробивавших в его вязкой, как пластилин, плоти бескровные дыры, и я вдруг отчетливо понял: когда у меня закончится обойма, он снова двинется вперед, и мне уже нечем будет его остановить.

Я снова заорал. Теперь не столько от страха, сколько от отчаянья.

И тогда услышал прорвавшийся сквозь грохот выстрелов крик:

– В голову! Надо в голову!

Безотчетно повинуясь, я, перехватив пистолет обеими руками, поднял ствол повыше и дважды нажал на курок.

Прогремел единственный выстрел. А на второй раз раздался лишь сухой щелчок.

И сразу стало очень тихо. Я отшвырнул прочь ставший бесполезным пистолет.

Последней пулей порченому снесло верхнюю часть черепа. Мертвяк не упал, он грузно осел на землю и моментально точно застыл, превратившись в груду мертвого серого мяса, – прямо как сказочный тролль, которого коснулись первые лучи солнца.

– В голову им надо стрелять… – повторил Макс.

Перешагнув через тело Чипы, шептун спустился с крыльца. Он выглядел до крайности утомленным, глаза его потухли.

– В корпус бесполезно, – договорил он. – Разве что только позвоночный столб удастся перешибить… Но и потом все равно добивать придется – в голову…

Он остановился, точно о чем-то вспомнив. Вернулся на крыльцо, принялся шарить руками по косякам входной двери. И скоро извлек откуда-то снизу пучок длинных ржавых игл, скрученных белыми нитками, частично, впрочем, вымазанных какой-то черной жидкостью.

– Недавно спрятали, – сказал Макс, брезгливо отшвырнул иглы в сторону и вытер пальцы о стену – там, где она не была испачкана кровью. – Иначе бы Агалай наверняка почуял и нашел… На эту пакость порченый и приполз сюда… Эй, ты как, парень?

Вопрос был адресован Деге, но Дега не ответил. Постанывая и всхлипывая, мой кореш кое-как встал на четвереньки. Потом поднялся. И едва утвердившись на ногах, молча ломанулся в калитку.

– Верный ход, – бесцветно похвалил его Макс. – Давай-ка и мы поспешим.

– А… Леший? – зачем-то спросил я.

Брахман ничего не ответил, только махнул рукой. Да все и так было ясно. Порченый никого не оставил в живых…

Я вышел за калитку. Дега перетаптывался на одном месте метрах в десяти дальше по улочке. Было очевидно, что очень ему хотелось вот прямо сейчас припустить отсюда и бежать, бежать как можно дальше… Но он сдерживал себя. Я его не бросил, и он меня не бросит. Все правильно, мы же ватага. Теперь самая маленькая ватага из всех существующих в Гагаринке – из двух всего пацанов…

Я махнул Деге. Он махнул мне в ответ: мол, лучше вы к нам, я туда больше ни ногой… Я пожал плечами и пошел ему навстречу.

Из-за забора, мимо которого я проходил, показалась встрепанная вислоусая голова.

– Эй, ребятки! – свистящим шепотом выговорил встрепанный. – Ну что там? Завалили порченого, что ли, не знаете?

– Ага, – невнимательно ответил я.

Встрепанный немедленно расцвел. Заложив пальцы в рот, он пронзительно свистнул, вслед за тем проорав:

– Выходите все! Эгей! Кончено дело!

Откуда-то издали завыла, накручивая громкость, полицейская сирена. Копы пожаловали. Как всегда вовремя…

И тут в нас с Дегой сработал приобретенный еще в малолетстве рефлекс: «Услышал копа – вали подальше». Мы заметались, ища глазами, куда бы ловчее юркнуть. Скорее всего, мы бы просто дунули по улице куда глаза глядят, если бы нас не окликнул Макс.

– Здесь ключи… в замке зажигания… – кратко сообщил он.

И сел за руль Чипиной «семерки».

Мы, не сговариваясь, бросились к нему…