Геном Пандоры - Юлия Зонис

Доктор пожал плечами:

– Кто это? Она жила здесь?

– Да-а, – протянул Хантер. – Заметно, что вы тут уши грязью забили. Морган – это та сучка, которой мы обязаны Днем Химеры.

У Колдуна на этот счет было другое мнение, но высказывать его он не стал.

Они выскользнули через калитку. Ботва в огороде сонно вякнула, но брат Апшерон, по счастью, не проснулся. На этом их везение и закончилось, потому что у церкви было неспокойно. Там горели факелы и слышались приглушенные голоса. Доктор, присевший на корточки за разлапистым кустом, хлопнул себя по лбу и выругался:

– Черт! Как же я забыл. Анна на днях должна была рожать.

– А вас не позвали? – прошептал Колдун, устроившийся рядом.

– Нет, не позвали. Зачем им врач? Разве что экзорцист. Ведь, по их мнению, младенец одержим злым духом.

– Можем отложить предприятие на завтрашнюю ночь, – предложил Колдун.

– Нет уж, – неожиданно вмешался Хантер. – Хочу посмотреть, что за дьявольщина здесь творится.

Прежде чем Колдун с врачом сумели его удержать, он пригнулся и шустро двинулся к церкви. Тихо чертыхаясь и стараясь держаться поближе к изгородям, остальные двое последовали за ним.

За церковной оградой, на кладбище – слишком большом для такого маленького поселка, – собралось несколько человек. Были там, понятно, отец Элиэзер в каком-то черном балахоне, и бледный высокий мужчина с понуро опущенными плечами, который обнимал бессильно поникшую женщину, и еще несколько здоровенных детин – они-то и несли факелы. Неподалеку в рыхлую кладбищенскую землю воткнуты были две лопаты. Отец Элиэзер держал на вытянутых руках тряпицу. Нечто, завернутое в тряпицу, шебуршилось и вякало. Похоже, трое заговорщиков застали самый конец церемонии.

– Земле, что принимает тлен и прах, земле, что скрывает от небесных очей, – бубнил отец Элиэзер.

– Земле… очей… – покорно повторяли остальные.

– Да не омрачится зрак Господа нашего видом нечистым…

Страшновато и дико звучал их хор в звездной ночи, в тени островерхой церквушки. На секунду Колдуна посетила дикая мысль, что это ведьмы собрались на шабаш. Человеческого младенца они сейчас швырнут в котел с магическими травами, а может, выпьют кровь. Вместо этого отец Элиэзер опустил сверток в заранее подготовленную неглубокую ямку. Верзилы воткнули факелы в землю и потянулись за лопатами. «Вот черт, – подумал Колдун, – мерзавцы хоронят ребенка заживо».

Колдун не заметил движения, потому что оно оказалось слишком быстрым. Хантер вскинулся атакующей гадюкой, перемахнул через ограду и уже через секунду был среди кладбищенской своры. Одним ударом он опрокинул того здоровяка, что слева. Второй отшатнулся, но Хантер достал и его. Женщина пронзительно завизжала. Первый верзила поднимался, и Колдун понял, что Хантеру пригодится помощь. Он оглянулся на врача, но тот, пугливо трясясь, уже отползал во тьму. Колдун плюнул и выскочил в факельный свет. Он успел неплохо съездить по уху отцу Элиэзеру, когда от поселка раздались крики. К дерущимся поспешали благочестивые поселяне. Тем временем Хантер завладел лопатой и энергично ею размахивал. Очухавшийся верзила пытался огреть его факелом. Отец Элиэзер визжал и полз на четвереньках к церковному крыльцу. Хантер тычком лопаты уложил огненосного стража. Второй валялся в отключке, и охотник, затушив оба факела, кинулся к могиле. Колдун уже подумал, что в темноте им, может, и удастся удрать, но тут скорбящий отец опомнился и ударил склонившегося над могилой Хантера носком ботинка в висок.

Когда набежала толпа, Колдун даже не пробовал сопротивляться – и все же его швырнули на землю и некоторое время сосредоточенно били. Потом вздернули на ноги и поставили перед уже опомнившимся и обретшим прежнее величие отцом Элиэзером. В красном факельном свете рожа преподобного сияла, как пятак семафора.

– Нечестивцы! – радостно пропел святой отец. – Дьяволовы слуги! Я знал…

– Вы бы лучше в могилку заглянули, падре, – хмыкнул Колдун, сплевывая кровь.

Он почти не сомневался в том, что преподобный там увидит. И точно – заглянув в яму, отец Элиэзер издал яростный вопль. Обернувшись к Колдуну, он проревел:

– Нечистое семя! Грязный прислужник сатаны, куда ты дел отродье?

Мать ребенка рухнула на колени и зашарила в земле, а через секунду к ней присоединился и отец. Подняв голову, он ошарашенно пробормотал:

– Тут какая-то дыра, и ничего больше.

Остальные столпились у могилы. Убедившись, что ямка пуста, селяне возбужденно и сердито загомонили. «Пропадать, так с музыкой», – решил Колдун и ухмыльнулся в харю преподобному:

– Вам, отец Элиэзер, знакома легенда о гамельнском крысолове?

– Ты нам уши не заговаривай, – прохрипел один из верзил, баюкая ушибленную руку. – Где ублюдок?

– О том и речь. Как известно, крысолов увел из города Гамельна крыс, а потом, когда ему не заплатили за работу, и детей. Дети, согласно канонической легенде, сгинули в горах. Но существует и другая версия. Город Гамельн был так отвратен, что крысолов увел из него детей, увел их к лучшей и светлой жизни. А ваших детей увело живущее под землей дерево. Они зовут его Старым и почитают как отца и мать…

Договорить Колдун не успел, потому что кто-то сильно и зло ударил его по затылку и земля рванулась навстречу.