Сложенный веер - Сильва Плэт

Лала зачарованно смотрела, как, пожав плечами, властелин Дилайны вытащил прямо из воздуха большое пляжное полотенце с эмблемой земной хоккейной лиги и навернул на бедра.

— Так лучше?

— Да, Ваше Величество, — наклонил голову Корвус.

— Ну, так вернемся к твоей просьбе, — Тон салютнул бокалом в сторону экрана, пригубил, поставил на разноцветный песок. — Лисс не подходит. И ты это прекрасно знаешь. Тебе нужна Маро. И лучше будет, если с ней поговорит Элджи.

— Я думал об этом. Только я должен заранее извиниться перед принцессой. Кори у нас… сильно не ангел.

— Никогда не сомневался в том, что дары Аккалабата и ангелы — это два принципиально разных биологических вида, — усмехнулся лорд Тон. — И знаешь, предпочитаю иметь дело с первыми. Они как-то… понятнее для меня, что ли.

— Маро тоже тот еще фрукт, — добавила невидимая Лисс. — Заранее извиняемся перед лорд-канцлером.

— Ладно, договорились, — Тон снова потянулся за бокалом. — Элджи попросит Маро. А тот корабль, которому страшно не повезет транспортировать наших не-ангелов, мы потом починим. Возместим нанесенный материальный ущерб.

— Да уж, полетят клочки по закоулочкам, — мрачно спрогнозировала Лисс. — Передавайте от меня привет Вероник, Корто.

— И от меня. Обожаю говорящих меланохла…

На этот раз не только Лала, но и Корто задержал дыхание. Вместо того, чтобы уклониться от прилетевшего из-за края экрана увесистого булыжника, лорд Тон просто исчез в том месте, где сидел, и тут же появился на метр ближе к кромке пенящейся воды.

— Грубая. Неженственная, — обиженно проворчал он.

— Хам на троне, — последовал ответ.

— Ладно, все это уже наши дела семейные, — Тон махнул рукой в сторону Лалы и Корто. — До связи, Корто. Мое почтение, леди Лала.

— Хвала королю, — проговорил Корто, и коммуникатор погас.

— Ну вот, видишь, — обернулся он к дочери. Замер на мгновение, присвистнул, взял ее руками за плечи — цепко, так, что она вскрикнула от боли и неожиданности, сказал спокойно и угрожающе:

— Это, дочь моя, властелин Дилайны. Маленьких, глупых девочек он ест на обед. Живьем.

Маро, наследная принцесса Дилайны

Маро торопливо чешется за ухом правой передней лапой, левой судорожно нащупывая в песке коммуникатор. Отец миллион раз предупреждал, как неприятно отдаются в ушах демонических конформов стандартные звонки, и советовал поставить «какую-нибудь мелодичную музычку типа „Полета Валькирий“ или Первого концерта Чайковского».

Кому я могла понадобиться? Все нормальные люди и не-люди знают, что у дедушки на Йотхе я от-ды-ха-ю, а значит… мерзкие, гадкие малюсенькие кнопки! Почему коммуникатор не меняет размер вместе с конформом? Надо сказать папе, чтобы подумал об этом! Ну разумеется…

— Элджи, я тебя слушаю.

— Ваше Высочество, — на экране пушистый белобрысый затылок.

— Элдж, не томи, давай к делу. А то я тебя съем.

— Жевать будешь? — осведомляется Элдж, разгибаясь.

— Вот еще! Много чести. Так проглочу.

Интересно, есть ли у меня выражение морды, которое на человеческий взгляд выглядит как улыбка? Надо кого-нибудь порасспросить. Или завести в саду Акро-Чала зеркало для демонического самолюбования. Мне вообще много чего надо. Надо составить список.

— Я ненадолго.

Чем удивил! В последнее время ты никогда не надолго. Зато всегда при исполнении. А мне без тебя… скучно, да. Но я никогда тебе об этом не скажу.

Маро смотрит прямо в прозрачные глаза, в которых, кроме обычной почтительности и внимания ко всему, что изволит сказать наследница Дилайны, колышется тень беспокойства. Ей не подобает проявлять нетерпение. Презрение — да, снисходительность — по обстоятельствам, равнодушие — когда лень изображать на лице что-то другое… Ах да, у меня сейчас не лицо, а морда! Ну да все равно. Буду молчать, пока он сам не скажет.

Элдж удрученно вздыхает, будто у него сдохла старая, но любимая канарейка.

— Ты летишь домой прямо или через Делихон?

— Через Делихон, — быстро отвечает Маро. Этот дурачок, наверное, хочет встретиться и не знает, как предложить. Ну, конечно же, через Делихон, давай-давай-давай…

— Маро, в таком случае ты не могла бы сопроводить домой, на Аккалабат, моего брата Кори?

— Он забыл дорогу домой? Семейное слабоумие? — демонический конформ лениво приподнимается с земли и начинает демонстративно выкусываться. Не то чтобы в Маро водились какие-то паразиты, но сейчас самое время начать искать их под чешуей и в складках кожи возле хвоста и под мышками.

Элдж проглатывает оскорбление, но слегка отводит взгляд в сторону, когда Маро особенно неэстетично раскорячивается, пытаясь дотянуться до основания хвостового гребня.

— У него слишком рано началось альцедо, и весьма тяжелое. Наверное, повлияла атмосфера на Делихоне, эти их бактерии в воздухе. И не было с собой ни набора для ухода, ни обезболивающих, ничего. Сообщать на Аккалабат было бы неразумно. Я не смею занимать время Твоего Королевского Высочества рассказом о том, как его откачали.

— Вот это правильно, — невнятно, но категорично перебивает Маро. Стоять в такой замысловатой позе, держась зубами за собственный позвоночник, ужасно неудобно, но для Элджи ничего не жалко. Пусть полюбуется. Только скорее, а то я сейчас упаду.

— В общем, дела требуют присутствия лорд-канцлера на Аккалабате, а отпускать его одного еще рановато. Если бы ты могла присмотреть за ним по пути…

Отработанно нерешительная пауза.

А почему, собственно, тебя не сделали лорд-канцлером Аккалабата, лорд Дар-Эсиль? Ты же идеально подходишь! Или я уже забыла, каким ты был в школе?

— Ну, раз ты так хочешь, — недовольно вздыхает Маро.

— Твой отец не возражает, — тут же быстро вставляет Элджи. — Ты можешь на свое усмотрение закинуть Кори прямо на Аккалабат или взять с собой на Дилайну. Потом они заберут его сами.

— Заберут они… Скорее хунские дюны уйдут на морское дно, — бурчит демонический конформ, встряхиваясь. — Ладно, я его прихвачу. Как твои-то дела?

— Как обычно. Верчусь здесь, устанавливаю дипломатические отношения, разыскиваю прецеденты, уговариваю оранжевое желе, не имеющее стабильной физической формы, что лорд Тон является законным властелином Дилайны…

— А это их собачье дело? — каждая чешуйка на спине Маро, как по команде, встает дыбом.

— Нет. Но им приятно, когда их уговаривают.

— Бяяяя, — конформ изображает, будто его тошнит.

— Вполне с тобой солидарен. Но в настоящее время твой отец считает, что нужно быть с ними милыми. Когда ему это надоест…

— Когда ему это надоест, я надеюсь, ты вернешься на Дилайну? — рыжеволосая девушка в ярко-зеленом купальнике с апельсиновыми лягушками, позволяющем хорошо рассмотреть все ее рано сформировавшиеся прелести, упирается веснушчатым носиком прямо в коммуникатор. Элдж от неожиданности вздрагивает.