Бури - Галина Мишарина

На берегу было много народу. Горел большой костёр, в свете пламени рассыпался искрами веселый смех, мелькали яркие платья и длинные косы. Голосу гитары помогал барабанный стук и перезвон бубна. Были и те, кто предпочёл одиночному танцу парный. Алеард поставил меня на землю.

— Снова танцы… — пробормотала я.

Он усмехнулся и взял меня за руку.

— Не робей, Фрэйа. Если не хочешь танцевать, тебя никто не заставит.

— Сегодня заставили, — проворчала я, и он расхохотался.

— Неужели так страшно?

— Не страшно было только с тобой, — призналась я тихо.

— Тогда я тебя приглашаю на танец, Фрэйа. Идём.

И мы присоединились к остальным, влились в бешеное подобие хоровода, который двигался не по кругу, а непонятно как. Алеард крепко держал меня за руку, и, когда круг разорвался, живо притянул к себе, обнимая за пояс. Прекрасно! Я хотела быть рядом с ним в этом танце. А ещё мне хотелось прыгать выше неба, взлетать, как это делал Бури, раскинув крылья. В сторону и ближе, ещё ближе… Я задержала дыхание, почувствовав, как сильные пальцы ласково сжали мою ладонь. Теперь мы стояли так близко друг к другу, что Алеард почти касался моего лба губами, но я не отстранялась. Мне хотелось повернуться и взглянуть на него, увидеть близко-близко удивительные светлые глаза, но я решилась на другое, куда более смелое действие. Потянулась, встав на цыпочки — и быстро и мягко поцеловала его в щеку. Тотчас возникло желание проделать это снова, так велико было наслаждение от простого, замечательного прикосновения, но Алеард меня опередил. Мы стояли от костра дальше всех, но я все равно смутилась, когда Алеард обхватил меня за пояс, поднял на несколько мгновений в воздух, а, опустив, прижал к себе и внезапно поцеловал. Однако не как я — невинно в щеку, а в губы, и весьма чувствительно, хотя и коротко. Прикосновение отдалось в сердце сладостной болью, кровь прилила к щекам, и дышать стало жарко. Я глядела в его глаза, как и хотела, и, наконец, увидела всю их красоту. Они были темно-медными возле зрачка и орехово-серыми в середине, а по краю отливали таинственной оливковой зеленью. Звериные глаза. Почти такие же я видела у тигров в Тигриных лесах нашей родины. Хотелось сказать Алеарду о том важном чувстве, что он породил в моем теле и сердце, но я никак не могла подобрать слова. И, пока я колебалась, Алеард усмехнулся ласково и склонился к моему лицу низко-низко:

— Ты удивила меня, Фрэйа, а это трудно сделать.

— Чем же? — прошептала я.

Алеард дотянулся до моего уха, и щеки вспыхнули с новой силой:

— Ты меня поцеловала, малышка. Вот уж этого я точно не ожидал.

— И я не ожидала, — ответила я, пряча нос у него в волосах. Бывают запахи сладкие, бывают горьковатые, есть теплые и холодные. Волосы Алеарда пахли пламенем…

Мы продолжили танец, но теперь он изменился. Между нами сгущались прекрасные грозовые облака, и сквозь них и пелену веселого летнего ливня проглядывала сочная радуга. Мне всегда было легче общаться чувствами и образами, но прежде ни с кем не было так легко и радостно. Алеард отыскал некую недостающую часть меня, в то время как я владела частью его души, и, поделившись друг с другом этими важными частицами, мы обрели новых нас.

После, идя с Алеардом вдоль берега, я счастливо улыбалась. Он держал меня за руку, и это было правильно и хорошо.

— Сколько лет твоей племяннице?

— Теперь одиннадцать.

— И кто же заставил тебя танцевать, Фрэйа? — улыбнулся он.

— Яна. Хорошо, что Артём ужасно танцует, на его фоне я не выглядела такой корягой!

Алеард рассмеялся.

— Фрэйа, Фрэйа… Зря ты так. С тобой приятно танцевать, ты знаешь об этом?

— Н-нет, — я поперхнулась, и, пытаясь справиться с волнением, яростно заправила за ухо прядь. Алеард подвёл меня к воде, и я, подняв длинный подол, зарыла ноги в песок.

— Фрэйа! — это был Эван. — Ты чего это покраснела?

Я рассмеялась и ничего не ответила. Что тут скажешь? Эван был рассеянным, он словно и не видел, что капитан сжимал мои пальцы. Я отпустила руку Алеарда и зашла поглубже, чтобы остудить пылающие колени.

— Чего это она, Алеард?

Тот усмехнулся и поглядел на меня:

— Переживает, что не умеет танцевать.

— Да ты что, сестра! — возмутился Эван. — Всё ты умеешь. Тем более с Алеардом, который хорошо танцует. Вот со мной не стоит даже пытаться.

— Я и не пытаюсь, — проворчала я, — Просто боюсь показаться нелепой.

— Эти мысли нужно искоренять самым жестоким образом! — сказал Эван.

Я резко повернулась к нему, но отскочить не успела: он так вдарил по воде, что облил меня с ног до головы. Я возмущённо открыла рот назвать его каким-нибудь нехорошим словом, но мне пришлось отпрыгнуть в сторону, чтобы не быть политой вновь.

— Охламон! — вырвалось у меня, и парень довольно расхохотался. Что-что, а шкодить он любил! Он показал мне язык и моя весёлая ярость, наверное, так и осталась бы неотомщённой, если бы не Алеард. Он стоял ближе к Эвану и спокойно наблюдал за происходящим, не вмешиваясь, но когда парень решил смотаться к костру, медленно покачал головой и улыбнулся так, что Эван застыл на месте.

— Не уходи так быстро. Фрэйа тебе ещё не всё сказала.

Я не стала медлить, в несколько прыжков достигла цели — и, подставив Эвану подножку… плюхнулась в воду вместе с ним! Алеард расхохотался.

— Привет, — услышала я голос Кристиана. Мы с Эваном барахтались в воде, как два кутёнка, и мне было трудно смотреть из-под намокших волос. — Кто это там? Ого, ребят, — расхохотался он вслед за капитаном, — ну вы даёте!

— Вода — загляденье! — ответил ему Эван. — Фрэйа, полегче, ты же меня утопишь!..

— Сам виноват! — ответила я, пытаясь затолкнуть его на глубину. Эван вдруг торжествующе расхохотался и склонился ко мне.

— Фрэйа! — произнёс он шёпотом. — А давай Алеарда с Кристианом искупаем!

Я захихикала и едва заметно кивнула ему. Мы сделали вид, что Эван взял верх, и я жалобно запросила пощады. Не помогло. Алеард и Кристиан безмятежно стояли на берегу, и не думая меня спасать. Тогда я «вырвалась» из «цепких» рук Эвана, и добежала до берега, спряталась за их широкими спинами. Эван некоторое время азартно скакал вокруг, пытаясь меня «поймать», а потом внезапно влетел в Кристиана сзади. Штурман, никак не ожидавший такого, рухнул в воду плашмя. Алеард весело хмыкнул, и мы с Эваном повернулись к нему. Я понятия не имела, как нужно действовать. Нападать я не умела. Алеард сразу понял, что мы задумали и, улыбнувшись, покачал головой:

— Не-а.

Он стоял расслабленно и прямо, но чувствовалось: он ждёт от нас решительных действий и готов дать отпор. Хотя я бы в здравом уме не рискнула напасть на человека, похожего на Алеарда. Наверное, потому, что он хорошо знал, на что мы способны и знал себя. Был уверен в себе. Не боялся. Да и кого бояться, спрашивается? Нас с Эваном? Алеард улыбался, и эта улыбка лучше всяких слов говорила о том, что нас ждёт, если мы к нему всё-таки сунемся…