Бури - Галина Мишарина

— Ты поразительный! — сказала я. Он вслушался в мои слова, сощурив фиолетовые глаза, и вдруг пронзительно закричал, подняв кверху клюв. Я чуть не оглохла, зажала уши руками. Зверь потоптался на месте, снова склонил голову. Мне показалось, что он чего-то от меня ждет.

— Бури… — произнесла я.

Гигантское крыло медленно развернулось, затрепетало в метре над полом. Заструились светлые перья и засияли, как рябь на воде. Зрелище было завораживающим. Он сделал это осторожно, и на этот раз ничего не попортил, хотя звук был ужасающим, и стекла задрожали. Зверь легонько толкнул меня в плечо огромной лапой, и я поняла, чего он добивается. Может, нужно было позвать людей, наблюдавших за нами издалека, но я не решилась. В голове возникла мысль: если бы Бури захотел, он бы позвал их сам. Не мне решать об этом.

Я начала медленно взбираться по крылу, и он помогал мне, перестраивая чешуйки, словно лестницу. Они шевелились под пальцами, щекотали ладони, вздрагивали и искрились, как новогодние гирлянды… Бури мог менять форму, и очертания, и структуру — то он был игольчатый, то зубчатый, то ребристый. А потом растекался, или превращал свою кожу в крокодилью, или создавал замысловатую рыбью чешую, но чаще оставался птице-львом, с короткой шерсткой на лапах и красивыми резными перьями на всем остальном теле. Уже устраиваясь на его спине, я подумала, что ему просто хочется ощущать меня ближе, и никак не ожидала того, что произошло дальше… Бури решил размяться! Он встал во весь рост (высота ангара ему это позволяла), гордо выпрямился, и я услышала молчаливый призыв держаться изо всех сил. Я вцепилась в ближайшее перо холодными от волнения пальцами, и зверь понесся к выходу. Меня мотало в моей импровизированной люльке меж двух вздыбленных перьев, иногда я подлетала на полметра вверх, едва не выпадая наружу, а в голове сидело только одно: лишь бы он никого не зашиб.

Но я его недооценила. Помимо мысленного общения со мной, зверь умудрился наладить контакт со всеми, кто тогда присутствовал в ангаре, и дать им приказ уйти с дороги. Испуганные люди убегали прочь. К сожалению, я плохо видела происходящее впереди, зато проносящие по бокам удивлённые лица разглядела отлично. Бури выбежал наружу, поступь у него была великанская, размашистая, но тихая и упругая. Походка была мне знакома, также ходил и Алеард. Было ли это совпадением?

Мелькнуло в голове запоздалое: сейчас он ка-а-ак взлетит! Мысль моя ещё не успела раствориться в пространстве, когда Бури оттолкнулся задними лапами, вздрогнул всем телом, гулко раскинул крылья и полетел… Сердце с грохотом провалилось в живот, и первые несколько мгновений я прижималась к тёплому перу всей грудью, зажмурившись и закусив губы. Ветер свистел в ушах, волосы разлетались, воздух бил по лицу. Мы летели на юг, к горам, там не было ни поселений, ни отдельных домиков. Бури знал это из моих мыслей. Он не хотел никого тревожить, просто летел, узнавая небо. Я понемногу расслабилась и стала смелее глядеть по сторонам, на сияющие озёра и молчаливые старые рощи. Бури размеренно и неспешно взмахивал крыльями. Перья его какое-то время ещё топорщились, а потом медленно опустились, прижались к телу. Иногда он поворачивал голову и приглядывался к чему-то, что казалось ему интересным. Мы летели прямо минут пять, потом он стал снижаться, и парил теперь над самой землей, почти касаясь верхушек деревьев когтями, а затем плавно, по широкой дуге, повернул назад. Я знала, как для него это важно — опробовать крылья. Он был счастлив, мы были счастливы вместе!

Внизу показался человек, он стоял на берегу реки и блаженствовал на ветру. Он глядел на нас, глядел без удивления. По ярким волосам и уверенной осанке я узнала Алеарда, а, узнав, безумно ему обрадовалась и потеряла бдительность. Я хотела помахать ему рукой, неудачно дёрнулась к краю и полетела вниз…

Каким-то чудом я умудрилась свалиться в реку и не ушибиться о воду. Хотя падать было невысоко, этот полёт казался мне бесконечным. Но ещё более длинным было погружение в воду. Глубина схватила за ноги, утягивая на самое дно, синевой обволокло ошарашенный разум. Я судорожно заработала конечностями, стараясь всплыть как можно скорее, но несколько секунд растянулись на минуты.

Вынырнув, я увидела, что Алеард быстро плывет ко мне.

— Ты как? — крикнул он издали.

— Живая! — ответила я, но губы дрожали. Бури медленно опускался на пригорок вдалеке.

— Плыть можешь? — спросил капитан.

— М-могу плыть, — немного заикаясь от пережитого, отозвалась я.

До берега было неблизко. Я дрожала, вода казалась чересчур холодной, ноги путались в платье. Я тряслась, дыхание сбивалось. Пришлось лечь на спину, передохнуть. Меня стало потихоньку сносить течением. Я услышала тихий плеск и открыла глаза — Алеард был совсем близко. Выражение его глаз меня испугало: я подумала, что он собирается меня утопить.

— Ну, Фрэйа!.. — произнес он сурово, еле себя сдерживая. Я сразу покраснела. Что поделаешь — набедокурила.

— Я решила немного передохнуть… — промямлила я, но он не дал мне закончить. Подплыл, обнял одной рукой за плечи, заставляя снова лечь на спину, и стал буксировать к берегу.

От волнения я немного задыхалась, голова была полна совершенно ненужных мыслей. И о чем только не думает человек, когда волнуется!

Мы добрались до берега, мужчина нащупал дно и поднял меня на руки. Я хотела сказать, чтобы он не беспокоился, но глянула на него и промолчала. Я видела, что он сердится, но было в его глазах и ещё что-то.

Мы выбрались на берег, Алеард поставил меня на траву и вдруг крепко обнял, прижимая к груди. Я оробела, ведь еще никто меня так не обнимал, тем более мужчина! — но внутри всё замерло, я доверчиво потянулась к нему, уткнулась носом в теплую твердую грудь, облепленную, словно второй кожей, темной намокшей тканью, и услышала, как звучно стучит его сердце. Меня обдало волной чего-то нежного и чарующего, прекрасного, непознанного, такого желанного… Он почти сразу меня отстранил. Глаза его были всё такие же суровые и серьезные.

— Никогда больше не делай так, Фрэйа, — произнес он глухо, — ты могла погибнуть! Ты представляешь, как рисковала? В такие моменты нельзя терять бдительность, нельзя ни в коем случае!

Я виновато опустила голову, мне было ужасно стыдно.

— Прости меня! — сказала я тихо. Голос дрожал. — Прости, Алеард…

Он некоторое время смотрел на меня, потом произнёс уже мягче:

— Ты цела, а это главное, Фрэйа. Не бойся, глянь на меня.

Я подняла глаза.

— Пожалуйста, прошу тебя, в следующий раз… будь осторожнее! — произнёс он. Ему было трудно говорить. Таким взволнованным я его ещё не видела.

— Алеард, я такая дурёха! Ты прав, во всем прав. Просто это было чудесно! Я ощущала себя сильной и свободной, и по-настоящему счастливой!..

— Могу себе представить, — сказал он уже своим обычным голосом. Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы взять себя в руки. — Бури быстро взрослеет. Наверное, перепугали вы там всех до смерти.