Небесный фермер. Среди планет. Космическое семейство Стоун (сборник) - Роберт Хайнлайн

– Где мальчишки?

– Я их не видела с самого завтрака, – ответила Хейзел. – А что?

– Да так, – чуть нахмурилась доктор Стоун. – Попрошу мистера Фрайза вызвать мне скутер.

– Ты на вызов? Я тебя отвезу, если только эти обормоты не взяли наш скутер.

– Не надо, мама Хейзел.

– Мне это в радость. И я давно обещала покатать Лоуэлла. Или это надолго?

– Вряд ли. Это всего в восьмистах милях от нас. – Доктора не касались местные ограничения скорости. – Доберемся за два часа, чтобы сэкономить горючее.

И они отправились, прихватив радостного Вундера. Четверть горючего Хейзел оставила про запас и рассчитала максимальное ускорение для оставшегося количества, прикинув в уме отношение масс. Даже и без докторской привилегии в том секторе можно было без опаски превысить скорость – они находились в «разреженной» части узла.

Целью их путешествия была старинная крылатая ракета – крылья отрезали и сварили из них надстройку вроде палатки, чтобы увеличить размер жилья. Хейзел это напоминало лачугу в районе трущоб, но так выглядели многие корабли в Рок-Сити. Приятно было войти, выпить чаю и хоть ненадолго снять с Лоуэлла скафандр. Пациент, мистер Икерс, лежал в лубке, а его жена не умела водить скутер – поэтому доктор Стоун и согласилась на визит на дом.

Пока они были там, доктора Стоун вызвали по радио, и она с озабоченным видом вышла в общую комнату.

– Что там? – спросила Хейзел.

– Миссис Силва. Неудивительно – это ее первый ребенок.

– Ты узнала координаты и позывные маяка? Я тебя доставлю туда…

– А Лоуэлл?

– А, да. Сорванец слишком долго пробыл в скафандре.

Миссис Икерс предложила оставить ребенка у нее. Не успел Лоуэлл надуться по этому поводу, как доктор Стоун сказала:

– Спасибо, но в этом нет необходимости. Сюда направляется мистер Силва. Я как раз собиралась сказать, мама Хейзел, может, я лучше полечу с ним, а вы с Лоуэллом вернетесь домой одни? Ты не против?

– Конечно нет. Замолчи, Лоуэлл! Мы будем дома через три четверти часа, и я уложу его спать или отшлепаю, смотря по обстоятельствам.

Хейзел отдала доктору Стоун один из двух запасных баллонов с кислородом – взять оба Эдит отказалась. Хейзел рассчитала новое отношение масс: без Эдит, ее скафандра и запасного баллона у нее оставалось лишнее горючее. Лучше разогнаться как следует и попасть домой до того, как детеныш разнюнится.

Хейзел с помощью маховика нацелилась на мэрию, проверила курс по стереорадару, немного повернулась вокруг оси, чтобы солнце не светило в глаза, подключила гироскопы и запустила двигатель.

В следующий момент они закувыркались, как лайнер в невесомости. Хейзел в силу привычки сообразила, что надо убрать тягу, но потеряла уйму времени, потому что ее вдавило в сиденье, ей мешали ремни безопасности, и она не могла нащупать дроссель, и все это время скутер бессмысленно ускорялся.

Снова оказавшись в невесомости, она постаралась рассмеяться:

– Здорово прокатились, а, Лоуэлл?

– Давай еще раз, бабушка!

– Нет уж, хватит.

Хейзел быстро обдумала ситуацию. Что могло испортиться в этом суденышке, где всего-то и есть, что ракетный двигатель, открытый каркас с сиденьями и пристежными ремнями безопасности да минимум приборов и органов управления? Это, конечно же, гироскопы – двигатель сработал как часы. Хейзел заметила, что гироскопы рыскают – это было единственным свидетельством недавнего кувыркания. Она осторожно отрегулировала их вручную, приставив шлем к корпусу, чтобы проверить работу на слух.

И только потом попыталась определить, где они находятся и куда направляются. Так, Солнце там – а Бетельгейзе вон там, значит мэрия должна быть в той стороне. Хейзел прижала шлем к полукруглому окошку стереорадара. Ага, точно!

Дом Икерсов был естественной ближней целью, от которой следовало вычислять вектор. Хейзел нашла их корабль и поразилась, увидев, как он далеко. Должно быть, их порядком отнесло, пока она возилась с гироскопами. Она прикинула скорость и направление – и присвистнула.

«Маловато магазинов по дороге, – подумала она, – и жилья тоже. Не повредит связаться с миссис Икерс – сказать ей о том, что случилось, и попросить ее сообщить в мэрию – так, на всякий случай».

Но миссис Икерс не отвечала.

«Вот лентяйка, – с горечью подумала Хейзел, – отключила, поди, рацию и спит себе. Неряха – сразу видно по тому, как выглядит ее дом и как в нем пахнет».

И все же Хейзел продолжала вызывать миссис Икерс или любого, кто мог оказаться в пределах передатчика в ее скафандре. А сама тем временем снова навела скутер на мэрию, со смещением, чтобы компенсировать боковую скорость. На этот раз она действовала осторожно и была начеку – поэтому потеряла всего несколько секунд, когда гироскопы снова выбило.

Хейзел отключила их и выбросила из головы, а потом тщательно обдумала ситуацию. Халупа Икерсов превратилось в светящуюся точку на небе, которая уменьшалась на глазах, но могла еще служить пунктом отсчета. Хейзел не нравился ее теперешний курс. Как всегда, казалось, что они неподвижно стоят в самом центре звездного шара, но приборы показывали, что они движутся в открытый космос, за пределы узла.

– Что случилось, бабушка Хейзел?

– Ничего, малыш, ничего. Бабушке надо остановиться и посмотреть на дорожные знаки, вот и все.

Хейзел подумала, что охотно отдала бы свой шанс на вечное блаженство за автоматический сигнал тревоги и радиомаяк. Она протянула руку к Лоуэллу, отключила его радио и несколько раз повторила призыв о помощи. Ответа не было. Хейзел снова включила Лоуэллу радио.

– Ты зачем это сделала, бабушка Хейзел?

– Просто проверяла.

– Обманываешь! Ты боишься! Почему?

– Нет, милый, не боюсь – ну разве что немножко волнуюсь. А теперь тихо, бабушке надо работать.

Хейзел осторожно выровняла скутер маховиком и осторожно поправила его, когда он попытался отклониться. Надо было сойти с этого гибельного курса и направить скутер на мэрию. Гироскопы Хейзел намеренно не включала. Она заново пристегнула Лоуэлла и проверила, как он сидит.

– Сиди смирно, – предупредила она. – Только пальчиком шевельни, и бабушка снимет с тебя скальп.

Так же тщательно Хейзел уселась сама, вычисляя в уме плечи рычага, массу и угловой момент. Придется уравновешивать скутер без гироскопов.

«А теперь, – сказала она себе, – посмотрим, Хейзел, кто ты: пилот или так себе любитель».

Придвинув шлем к радару, она навела сетку прицела на отдаленную метку мэрии и включила двигатель.

Метка заколебалась, и Хейзел попыталась восстановить равновесие, сдвинувшись на сиденье. Когда метка быстро поехала вбок, Хейзел тут же отключила тягу. И снова проверила курс. Их положение несколько улучшилось. Хейзел снова позвала на помощь, не потрудившись выключить радио Лоуэлла. Он ничего не сказал, и вид у него был сумрачный.