Маркус Фастмувер. Вторжение - Ерофеев Владимир

Пока здоровяк готовился к извинениям, группа вбежала в небольшой зал с изуродованными и расшвырянными по сторонам столами и стульями. Сбоку находилось что-то отдаленно напоминающее барную стойку со свисающими с потолка причудливыми шестигранными светильниками. Посередине барной стойки зияла огромная обгоревшая дыра, а тусклый свет выхватывал из полумрака останки людей. Те покоились между обломков мебели и небольшой сценой в углу зала, покрытой какой-то почти истлевшей красной тканью. Сцена утопала в неимоверно толстом слое пыли, так же как и все вокруг. Многовековая пыль, полумрак, давно высохшие и почерневшие трупы – все это придавало обстановке жутковатость, заставляя морпехов чувствовать на спинах холодок и мурашки.

– О, смотрите! – вскрикнул неожиданно Мерфи.

На полу у дальней стены древнего увеселительного заведения лежало три кибернетических солдата. Их металлические грудные клетки как будто бы чем-то проплавили насквозь. Кому-то этого показалось мало, и металлическим монстрам еще сделали контрольный выстрел в голову. Это было понятно потому, что вместо головы у бывших суперсолдат был кусок расплавленного металла.

– Да тут прямо битва полноценная была! – усмехнулся Дайрон. – Кто-то все-таки этих железных ублюдков завалил!

– Ну-ну! – ответил задумчиво сержант. – Только сначала эти твои железные ублюдки сотню-две людишек на тот свет отправили! А может, и того больше!

Вдруг все резко остановились. Здоровяк и сержант впились глазами в задник сцены. Там, в полумраке, висел изрядно потускневший кусок ткани с каким-то изображением. Беглецы подошли ближе и…

– Ни хрена себе цыпочка! – с трудом выдавил из себя Дайрон, пораженный увиденным.

С обветшалого плаката на открывших рты морпехов смотрела необычайной красоты девушка. Ее прямые темные волосы падали на открытые плечи, а коротко остриженная челка слегка касалась кокетливо вздернутых бровей. На ней было платье. Длинное и роскошное, оно обтягивало божественное тело девушки, подчеркивая все ее достоинства, и это еще больше будоражило морпехов. Дайрон жадно скользил глазами по реалистичной картинке. Всепожирающий взгляд здоровяка сперва подробно изучил бедра красотки, затем переместился на поразительно узкую талию и остановился на крикливо торчащей груди. Такой красивой девчонки морпех никогда не видел.

Легкий удар по плечу вывел здоровяка из ступора. То был Мерфи. Сержант с удивленной гримасой на лице показывал пустившему слюну здоровяку пальцем на Маркуса:

– Смотри, Дайрон, что это с ним?

Биоробот стоял возле возвышающейся сцены и, уперевшись в нее руками, как завороженный, смотрел на плакат с красоткой.

Здоровяк тихо подошел к биороботу и осторожно прикоснулся к его спине:

– Эй, Маркус, что с тобой?

Тот никак на это не отреагировал.

Неожиданно откуда-то сбоку послышался голос лаборанта:

– Хм, ребята, нам надо бежать! Времени на созерцание прелестей не осталось!

В этот момент Маркус резко обернулся, оглядел каким-то необычайно грустным взглядом морпехов и в один прыжок оказался на сцене. Через мгновение он исчез за кулисами.

Биоробот как будто бы знал, куда ему надо бежать. Вот он уже в прямом коридоре с абсолютно одинаковыми дверями по бокам. Многочисленные человеческие останки мешали двигаться. Попадая под ноги, кости хрустели, и это дьявольски мешало сосредоточиться на чтении табличек на дверях. Маркус почему-то был уверен, что обязательно найдет какой-то знак, который приведет его к комнате Чериш.

Помнится, Чериш рассказывала ему, что по просьбе ее отца ее гримерку переоборудовали, чтобы там можно было жить. Девушка тогда готовилась перебраться сюда, на подземную базу, чтобы остаться здесь до тех пор, пока не утихнет этот дурацкий скандал с биороботами-проститутками. Маркус тогда не знал, что означает слово «проститутка», в его бионачинке такое понятие производителем не было заложено. К лунному модулю информации биоробот подключаться тогда еще не умел и поэтому просто слушал рассказы Чериш, кивая головой в знак понимания, хотя так ничего и не понимал. Маркус совсем недавно узнал, что означает это слово. Спасибо Майку! Парень ему это объяснил в подробностях!

Вдруг Маркус резко остановился: «Вот эта дверь!»

Без сомнения, это была комната Чериш! Маркус несколько раз прочитал надпись на дверной табличке, затем медленно проговорил каждую букву, пытаясь найти ошибку. Он безумно хотел, чтобы это была ее дверь, и в то же время он еще сильнее хотел ошибиться, но, в очередной раз пройдясь по буквам, он остановился. Сомнений больше не осталось – это ее гримерка! И это, возможно, означало, что там, за дверью, он найдет ее мертвой. На эту мысль его наводили изуродованные человеческие останки, устилающие коридор.

Их количество увеличивалось при приближении к заветной двери, и было такое ощущение, что кто-то, выходя из этой комнаты, расчищал себе дорогу, отрывая конечности и проламывая черепа всем, кто попадался на его пути.

Биоробот постоял еще секунду и, собрав в кулак всю свою волю, медленно задвинул дверь в стену.

Комната была пуста, кроме все тех же человеческих останков. Оглядевшись, Маркус осторожно зашел внутрь. Он увидел огромное разбитое зеркало, внизу которого на потрескавшейся гранитной поверхности в хаотичном порядке валялись коробочки с гримом. Некоторые были раздавлены, а их бывшее содержимое уже давно превратилось в какую-то черную отвердевшую массу. Маркус прошелся рукой по уцелевшим коробочкам, бережно смахивая с них пыль, затем аккуратно их расставил и огляделся. Он обратил внимание на опрокинутое на пол кресло. На его спинке, когда-то давно небрежно брошенная, покоилась тонкая полупрозрачная накидка, уже почти истлевшая от сырости. Маркус присел, нежно запустил в нее руку и закрыл глаза. Так он, о чем-то думая, просидел несколько секунд. Затем он вдруг дернулся, его глаза открылись, и он резко повернул голову в сторону. Там была еще одна дверь. Биоробот быстро встал. Так же быстро, но в то же время осторожно он подошел к створке, толкнул ее вбок. Та заскрипела и нехотя задвинулась в стену. Глазам Маркуса открылась жилая комната. В углу ютилась скромная односпальная кровать. Ранее белоснежное постельное белье почернело и почти истлело от сырости. Его как-то небрежно скомкали в сторону угла и так, не расправив, оставили. Было ощущение, что спальню спешно покинули. Маркус недовольно покачал головой и посмотрел в направление дальней стены. Там темным прямоугольником виднелся вход в ванную с распахнутой настежь дверью, а на испещренной трещинами гранитной стене красовался экран электронной имитации окна. Его раскололи вдребезги чем-то большим и тяжелым, как будто бы в него кинули человека. Кости… повсюду кости! Гранитный пол неизменно был усеян человеческими останками, как будто бы здесь шла серьезная схватка. Маркус прищурился, увиденное ему не понравилось. В задумчивости он расшвырял кости ногами и сел на пол. Любопытство заставило его еще раз оглядеться и подробно все рассмотреть. Эта обстановка в помещении… она что-то ему напоминала! «Абсолютно человеческая мебель! – думал Маркус. – Биороботы такой не пользовались! Ванная комната? Нееет, это уж точно не для нас!»