Золото - Олег Борисов

– Обычный заряд, мастер Брокк? – Помощник убедился, что подвешенное на крепких веревках тело орудия бережно опустили на платформу для транспортировки и надежно прихватили к станине канатами.

– Обычный. Две полные меры и тугой заряд. Второй и третий выстрелы – как только прочистите ствол. Не дать «громыхателю» остыть. И голову не высовывайте раньше времени! А то на прошлой неделе пришлось со стен торопыгу соскребать…

Комната для испытаний готовых изделий была оборудована рядом с небольшим литейным цехом. Заодно с испытаниями на прочность изучали, насколько разные типы ядер способны разрушать ту или иную обшивку кораблей или каменную кладку. Правда, в последнее время все чаще приходилось собирать разлетевшиеся по углам куски. И даже талант чужеземца пасовал перед паршивой рудой, которой завалили склады.

Прикрыв дверь, Брокк вздохнул и прошептал:

– Так ведь и молиться начну. Дожил – в местных божков поверил. Уже и подношения делаю. Лишь бы…

За тяжелыми досками гулко громыхнуло, пол вздрогнул от близкого взрыва. Еле слышно выругавшись, мужчина открыл дверь и выглянул в затянутый сизым дымом коридор:

– Все живы?

Молодой бородач в серой рубахе лишь мотал головой, не отвечая на вопрос.

– Нутти, я говорю – все живы?

– А, мастер Брокк, что?.. Да, живы, все живы… Просто дверь неплотно закрыли, вон, в ушах звенит… – Помощник ожесточенно постучал себя ладонью по уху, пытаясь унять звон в голове.

– Пусть все разберут, куски, как остынут, – на монтажный стол. Утром посмотрю, в чем проблема… И найди Дядьку. В обед я хочу поговорить с Локхи. Или он распечатает для меня шахты, откуда были первые поставки меди, или следующий «громыхатель» получат к концу зимы, не раньше…

Вернувшись обратно в цех, Брокк поскреб подбородок и проворчал:

– Или я с последней партией пороха напутал? Хотя вряд ли… Руда паршивая, это точно. А порох пробовали уже с разных запасов, все равно пушки на куски рвет… Проклятое средневековье, никаких тебе нормальных технологий…

* * *

– Могу ли я присесть рядом с почтенным…

– Или садись молча, или проваливай, – хмыкнул Карл, разглядывая кривой шов на рубахе. После возвращения из рейда ротный вновь решил подзатянуть вожжи, и сержанты гоняли команды без отдыха. Через три дня обещали большой поход на соседнюю территорию. Вот и мордовали солдат без жалости: сшибки, перестроения, схватки в узких проходах. Казалось, что оружие приросло к рукам и скоро кашу начнешь хлебать мечом по привычке. Одна беда, при таком активном времяпрепровождении одежда просто «горела» на потных телах. Вот и приходилось латать прорехи перед сном, чтобы завтра было хоть что набросить на плечи.

Скамейка скрипнула под тяжелым телом, и Фамп Винодел осторожно пристроился на краешке широкой доски. После многочисленных допросов пленника решили на время оставить в крепости. Видимо, у дознавателей были далеко идущие планы на человека с выговором южных провинций. А может, сработали намеки на богатый выкуп и пленника оставили рядом и дали временное послабление, разрешив вечерами выходить во двор и гулять меж высоких стен. Да и кормили толстяка очень неплохо. Как ни странно, но нацарапанную им расписку с легкостью приняли в одном из местных казначейских домов, что позволило Фампу баловать себя разносолами и попутно обогатило нескольких канцелярских душ на вполне приличные суммы.

– Я слышал, что вас пошлют снова таскать угли из чужого огня.

– Похоже, у кого-то плохо со слухом. И этот кто-то не понял, что я сказал про молчание.

– У меня со слухом все отлично, – возразил толстяк, насмешливо прищурив серые глаза. – Например, я слышал про гору трупов в далеком Вимстерре. И про Братьев Ночи, среди которых ползут слухи о награде за голову убийц… Забавно, не правда ли? Убийцы готовы заплатить за убийц.

– Братья – не только убийцы, – не согласился с навязчивым собеседником Карл, подтягивая нитку и заканчивая шов.

– Согласен. Они еще и воры, и торговцы. И не гнушаются любых доходов, которые можно спрятать от сборщиков налогов. Но самое неприятное, у них долгая память. И длинные руки, которые могут дотянуться куда угодно в границах королевства.

– Тебе-то какое дело до покойников?

Порывшись в кармане, Фамп добыл белый сухарь и начал его жевать, попутно вздыхая и изображая вселенскую скорбь на гладко выбритом лице.

– Я это к тому, что мне не хочется пропасть тут, на границе, когда станет жарко. Хотя до настоящей потасовки еще нужно будет дожить. А меня могут вздернуть куда как раньше… Да, да, я знаю, что ты скажешь. Что с меня надеются получить какие-то великие тайны. И что пока сам инквизитор здесь, никто не станет тыкать в бедного торговца раскаленным железом. Ну, разве что для развлечения… Но я бы предпочел вернуться домой.

– Домой – это куда? – поинтересовался лист-сержант, откладывая одну рубаху и принимаясь за другую.

– Сначала – на острова. Чуть севернее, чем мы находимся в данный момент. Поближе к братьям Скейд. А потом – будет видно… Торговые вопросы могут позвать меня очень далеко. Но сидя здесь с кандалами на ногах, я вряд ли могу это сделать.

Карл заглянул под стол и фыркнул:

– Кандалами? Не слышу звона цепей.

– Зато можешь услышать звон золота. Например, речь идет о десяти тысячах, которые ты получишь сразу, как поможешь мне вернуться на север.

– Сколько?!

– Десять тысяч. И первую тысячу я готов выплатить прямо сейчас. Расписку примут в любом торговом доме в Хапране. Выбей увольнительную – и деньги твои.

– Тысяча сейчас? Просто за обещание помочь тебе? И десять потом?

– Девять, – толстяк помахал пальцем-морковкой, затем задумался и со вздохом ответил: – Черт с тобой. И десять потом. Я умею считать, но за свободу готов заплатить без дураков. Как предложение?

– Боюсь, инквизитор и все остальные будут очень расстроены, если я в это влезу.

Пленник медленно поднялся и хмыкнул, разглядывая крепостные стены, багровые от заходящего солнца:

– На твоем месте я бы больше беспокоился, чтобы к абордажникам не добавили новых заключенных из тюрем. Свежее мясо как раз нужно для будущего набега. А Братья обещали почти столько же, как я. И все это – за одну голову человека, пустившего кровь хозяевам ночного Вимстерра… Я бы посматривал за уголовниками, которых сунут в строй заткнуть пробитые дыры. Ну и вообще, оглядывался за спину почаще.

– Топай давай, звени кандалами. А то за подобные речи можно на пару с пеньковым галстуком познакомиться.

– Как знаешь. Но – тысяча сразу и десять по прибытию на север. И отчаянный человек мне там точно не помешает, так что это вполне могут быть не последние деньги, лист-сержант. Ну и с Тронных островов выдачи нет. Инквизитор может сколько угодно взывать к небесам, но боги в холодных скалах вряд ли его станут слушать. Те боги больше любят кровавые жертвы и золото. Как и любой нормальный солдат.