Ангел с железными крыльями - Виктор Тюрин

– Так я пойду?

– Погодите, не спешите! Я вам еще не все рассказал. Вы знаете, Сергей Александрович, что один из ваших задержанных, покупатель коллекции, это довольно известный в воровских кругах аферист по кличке Броня. Когда-то имел антикварную лавку. Довольно хорошо разбирается в старинных монетах, коллекционной посуде, фарфоре. Так вот, он собирался развести этих лапотников, как последних лохов. Деньги, которые у него были с собой, все как одна, фальшивки.

– Фальшивки?! Хм! Сколько ему лет дадут?

– Нисколько. Броня заявляет, что бумажник не его, и он о нем ничего не знает. Он жулик опытный, бумажника при нем не взяли, так что мы ему ничего объявить не сможем.

– И вы его просто так отпустите?

– Увы! К сожалению, никаких прямых улик по отношению к этому преступнику не имеем.

– На нет, как говорится, и суда нет!

Следователь, по его виду, видно хотел что-то спросить или сказать мне, но вместо этого достал часы, щелкнул крышкой, посмотрел на циферблат, а потом сказал:

– Знаете, у меня для вас еще кое-что есть. Где-то… минут через десять приедет профессор за своей драгоценной коллекцией. Он очень хотел вас лично поблагодарить. К тому же вы не забыли, что вам полагается награда?!

– Не забыл.

За время ожидания мы успели выпить по стакану чая с сушками, которыми вперемешку с городскими сплетнями потчевал меня следователь, пока не открылась дверь и не вошел Антон Павлович Иконников. Увидев меня, он остановился в явном замешательстве. В следующую секунду из-за его спины раздался перестук легких каблучков, и в проеме двери появилась… его родственница. В воздушном белом платье, с легкой улыбкой на лице, но стоило ей увидеть меня, как улыбка сразу померкла.

Следователь, вскочивший с места и собравшийся представить нас друг другу, увидев реакцию профессора и его племянницы, растерянно молчал, не понимая создавшейся ситуации. Первой вышла из оцепенения девушка. Нахмурившись, она раскрыла свой ридикюль, резким жестом извлекла из него конверт, сунула его в руки профессора, развернулась, бросила на ходу:

– Я жду вас, дядюшка, в экипаже, – вышла из кабинета следователя. Затянувшуюся молчаливую паузу прервал крайне удивленный следователь:

– Господа, а что собственно происходит?

Я промолчал, поэтому отвечать пришлось профессору:

– Э-э… Извините ее невежливость, господа и давайте вернемся к цели моего прихода, – он повернулся ко мне. – Нас так толком и не представили друг другу. Иконников Антон Павлович. Член-корреспондент, профессор. Читаю лекции в Петербургском университете по курсу словесности.

Я вытянулся, щелкнув каблуками, хотя был одет в гражданское платье, затем вскинул подбородок, развернул и без того широкие плечи, а затем представился: – Богуславский Сергей Александрович.

Профессор бросил на меня удивленный взгляд.

– Мне кажется, когда вы приходили ко мне, то назвались… Впрочем, это неважно. Главное, что вы сделали для меня! Большое вам спасибо, Сергей Александрович. Причем даже не столько лично для меня, сколько для русской нумизматики! Вы вернули… – и он, от избытка захлестывающих его чувств, махнул рукой. Затем после короткой паузы продолжил: – Впрочем, что вам мои стариковские восхваления! Держите! Это вам! Вы заслужили!

При этих словах он вручил мне конверт.

– Эх, голубчик! Меня сейчас просто переполняет чувство признательности! Может, нам опрокинуть по этому случаю пару рюмочек коньяку?!

Я отрицательно покачал головой.

– Тогда, может, в другой раз? Скажем… как насчет вечера пятницы.

– К сожалению, никак не могу. Извините меня.

Профессор искренне огорчился, затем дал мне свою визитку и попросил телефонировать ему, как только найдется свободное время, после чего попрощался и ушел. Я посмотрел на следователя, а тот в свою очередь посмотрел выразительно на мой конверт, который я до сих пор держал в руках.

– С прибытком вас, Сергей Александрович.

По его выражению лица и хитрой улыбке было нетрудно понять, но что он намекает.

– Нет вопросов. Куда и когда?

– Да прямо сейчас. Время самое что ни есть обеденное. Знаю тут недалеко одно местечко, где мясо готовят просто божественно.

Дома я посчитал деньги, лежащие в конверте. Их там оказалось намного больше обещанной премии. Целых пять тысяч рублей.

«Не думаю, что они перепутали. Видно, решили подобным образом спасителя коллекции отблагодарить. А мне и лучше!»