Чужой. Из теней - Тим Леббон

– Безопасно, – повторила за ним Рипли, пробуя на слух, как звучит это слово.

Учитывая несущийся к своей гибели корабль, оно явно было не к месту.

Хупер шел первым. В конце коридора они повернули направо. Он кивнул налево, где тяжелая переборка была запаяна со всех сторон:

– Здесь «Далила» врезалась в корабль и уничтожила первый и второй стыковочные отсеки. Нам повезло, что топливный отсек не пробило, но потом пришлось отсоединить и его. Плохо закрепленный, он двигался, ударялся о станцию и повреждал ее. Я, Велфорд и Пауэлл выбрались наружу и три часа возились с резаками. Наконец, отсекли его от корпуса. Потом вернулись на борт и час наблюдали за тем, как отсек уплывает все дальше и дальше от нас.

– А там что? – Эллен посмотрела направо.

Они молча пошли вперед, и Рипли заметила, что Крис сильнее сжал пальцы на горелке.

– А там третий стыковочный отсек, – ответил он, кивая на дверь.

Панель управления дверью исчезла, а провода и переключатели без дела свисали вниз.

– Что с дверью?

– Теперь ее никак не открыть, если только не починить управление.

– Или не прорваться сквозь нее.

– Это же шестидюймовая трехслойная сталь особого состава, – возразил Хуп. – К тому же между нами и «Самсоном» несколько дверей-люков и шлюз, лишенный воздуха.

Рипли лишь кивнула в ответ. Принять слово «безопасно» у нее не получалось.

– Идем, – позвал Крис. – Твой шаттл вон там.

Эллен удивилась тому, как спокойно она себя ощущала, пробираясь сквозь четвертый отсек прямо к «Нарциссу». Ведь хороших воспоминаний шаттл не сохранил, одни мысли о чудовищном пришельце и ужасе ожидания, что он вот-вот схватит ее. Но здесь она обнаружила Джонси, мирно спящего в открытой капсуле, будто он не мог отойти от гиперсна. Здесь же она встретилась воспоминаниями о «Ностромо» и своей команде. Товарищи погибли почти сорок лет назад, но для Рипли это случилось словно вчера.

Перед ней предстала картинка с безжалостно убитым Паркером, лежащим на полу. Недалеко свисала Ламберт, – там, где тварь оставила ее после того, как пробила дыру в лице. Вспомнилась и кровь, окружавшая ее со всех сторон.

– Ты в порядке? – спросил Хуп.

Рипли опять молча кивнула. Протиснувшись через узкий проход, она села в кресло пилота. Наблюдая за Крисом, медленно расхаживающим по шаттлу, Рипли опустила пальцы на клавиатуру и запустила программу. Матери, искина «Ностромо», не стало, но компьютер «Нарцисса» имел схожий с ней интерфейс, дающий пользователю ощущение, что он разговаривает с другом. Компании, имея немалые возможности для создания андроидов, подобных Эшу, почему-то снабжали безликие компьютеры человеческими голосами.

Рипли ввела код доступа. Напечатав «Доброе утро, Нарцисс», она увидела всплывший на экране ответ.

Доброе утро, уорент-офицер Рипли.

Запрашиваю причину смены курса «Нарцисса».

В запрошенной информации отказано.

– Интересно, – прошептала Эллен.

– Все хорошо? – спросил Хуп.

Он внимательно осматривал капсулу, в которой Рипли провела много времени, и поглаживал Джонси, вытягивающего спину и болтающего хвостом. Этот кот, скорее всего, старейший во всей галактике.

– Еще бы, – отозвалась она.

Крис кивнул, коротко взглянул на экран компьютера и вернулся к осмотру шаттла.

Запрашиваю записи всех входящих сигналов, полученных за последнюю тысячу дней.

Рипли ожидала увидеть целый поток информации, ведь космос полнился передаваемыми сообщениями, которые собирались и отбраковывались большинством кораблей, если те оказывались малозначительными.

В этой информации также отказано.

Запрашиваю повтор сигнала бедствия с горнодобывающей орбитальной станции «Марион».

В этой информации также отказано.

– Спасибо, и пошел ты, – пробурчала Рипли, печатая следующий вопрос.

Из-за специального приказа № 937?

Подобных соответствий не выявлено.

Переход на аварийное управление, код 100375.

Боюсь, этот код более недействителен.

Эллен нахмурилась. Застучала пальцами по столу. Уставилась на появившиеся на экране слова. Даже разговор Матери никогда настолько не походил на человеческий. А ведь она сейчас говорила с обычным компьютером шаттла. Странно.

Запрашиваю данные по времени и расстоянию в полете шаттла со дня самоуничтожения «Ностромо».

Данные более недоступны.

Недоступны или отказано в доступе?

Компьютер не ответил.

Подобная увертливость была невозможна для машины. Для обычной машины. Компьютер шаттла был функциональной системой, а не искусственным интеллектом, подобным Матери. Только вот Мать исчезла вместе с «Ностромо». Единственным человеком, имеющим к ней доступ, был Даллас. Да, но…

…после того, как Даллас погиб, а Рипли самой пришлось устроить допрос Матери, именно тогда она удивилась: было ясно, что кто-то еще побывал в компьютерной комнате.

Пошел ты, Эш.

Курсор продолжал мигать.

Компьютер молчал. Ни ответа, даже никаких «соответствий не выявлено».

Эллен тяжело вздохнула. Она со стуком выключила систему, и текст постепенно превратился в мягкое фоновое свечение. Однако Рипли не покидало ощущение, что за ней наблюдают. Казалось, будто надменное молчание компьютера звенело в шаттле. Он насмехается над ней?

– Что было в вашем сигнале бедствия? – резко спросила она.

Хуп застрял в задней части шаттла, разглядывая скафандры, висящие в шкафу:

– Что?

– Сигнал бедствия, который вы послали после аварии! – воскликнула Рипли. – В нем были упомянуты эти твари? Пришельцы? Вы описали их, рассказали, что они сделали?

– Я… Ну, да, думаю, рассказали.

– Ты думаешь?

– Рипли, это случилось больше десяти недель назад. Я записал сигнал через несколько часов после гибели моих друзей, после того, как мы увидели, что случилось…

– Мне нужно прослушать его.

– Что-то не так?

Эллен встала и повернулась спиной к монитору. Она понимала, это глупо, и никакие камеры в компьютер не встроены. Однако ощущение, что за ней наблюдают, было стойким. Поэтому Рипли сняла куртку и набросила на экран.

– Пришелец, попавший на мой корабль, оказался там не случайно, – поделилась она своим соображением. – Более того: то, что я попала на ваше судно, тоже не случайность. Но мне нужно убедиться в своей догадке. Необходимо прослушать ваш сигнал.