Зеленые холмы Земли. История будущего. Книга 1 - Роберт Хайнлайн

Джефф надулся, как маленький, но Ариэль меня поддержала:

– Делай, как говорит инструктор, Джефф. Будь молодцом.

Глайдеры он не надел, но и не отстал. Кружил рядом, не сводя с нас глаз, пока ему не влетело от дежурного распорядителя за то, что он торчал в туристской зоне.

Надо отдать Ариэль должное – она была прилежной ученицей. Она и глазом не моргнула, когда я сказал ей, что у нее немного тяжеловаты бедра и это мешает сохранять равновесие. Она ответила, что здесь я самая худая из всех, так что она мне искренне завидует. После этого я перестала ее подкалывать и вскоре поняла, что если сосредоточиться на обучении, то она мне даже нравится. Она очень старалась и благодаря хорошим рефлексам и развитому чувству равновесия (несмотря на мою шпильку) быстро все схватывала. Я сказала об этом, и она скромно призналась, что когда-то занималась балетом.

Около полудня она спросила:

– Можно мне попробовать настоящие крылья?

– Ну ты даешь, Ариэль. Нет, не стоит.

– Почему?

Я не нашлась, что ответить. Она полностью освоила все, что можно, с этими ужасными глайдерами. Чтобы учиться дальше, ей нужны настоящие крылья.

– Ариэль, это опасно. Поверь, это совсем не то, что ты делала до сих пор. Ты можешь получить травму или даже разбиться.

– А отвечать будешь ты?

– Нет, ты же дала расписку на входе.

– В таком случае я хочу попробовать.

Я прикусила губу. Расшибись она без моей помощи, я не проронила бы и слезинки. Но она – моя ученица… это малость попахивало Давидом и Урией^[138].

– Ариэль, я не могу тебе этого запретить, но я снимаю крылья и умываю руки.

Теперь уже она прикусила губу:

– Если ты так настроена, я не буду тебя упрашивать. Может быть, Джефф поможет?

– Конечно, – выпалила я, – если он такой дурак, как я о нем думаю.

Выражение ее лица изменилось, но она ничего не сказала, потому что рядом появился Джефф.

– О чем спор?

Мы хором стали объяснить, в чем дело, но только сбили его с толку – он решил, что это моя идея, и начал на меня орать: я что, спятила? Я хочу, чтобы Ариэль разбилась? Соображаю я или нет?! Я рявкнула:

– Заткнись! – Потом добавила тихо, но твердо: – Джефферсон Хардести, ты просил меня позаниматься с твоей подругой, и я согласилась. И нечего теперь встревать. Поэтому не лезь сюда и не думай, что я позволю разговаривать с собой подобным тоном. А теперь мотай отсюда. На взлет – и крылышками, крылышками!

Он надулся и процедил:

– Я категорически запрещаю.

За время воцарившегося молчания можно было медленно сосчитать до пяти. Потом Ариэль спокойно сказала:

– Пошли, Холли, раздобудем мне какие-нибудь крылья.

– Пошли.

У всех, кто летает, крылья, естественно, свои. Напрокат их не выдают. Правда, можно купить уже бывшие в употреблении: дети из них выросли или еще что-нибудь в этом роде. Я разыскала мистера Шульца и сообщила, что Ариэль собирается купить крылья. Но я ей этого не позволю, пока она их не испробует. Перебрав сорок с лишним пар, я нашла комплект, который стал мал Джону Квиверазу, – я знала, что эти крылья в порядке, но тем не менее тщательно их проверила. У меня бы в них пальцы до управления не достали, но Ариэль они были как раз.

Помогая ей с хвостовым оперением, я сказала:

– Ариэль, все-таки зря мы это затеяли.

– Знаю. Но нельзя же, чтобы мужчины думали, будто мы у них под каблуком.

– Да, пожалуй.

– На самом-то деле так оно и есть. Но только им незачем об этом знать. – Она пробовала хвостовое управление. – Лопасти раскрываются большими пальцами ног?

– Да. Но ты этого не делай. Просто держи ноги вместе, вытянув носки. Понимаешь, Ариэль, по-настоящему ты еще не готова. Сегодня будешь только парить, как ты это делала раньше. Обещаешь?

Она посмотрела мне в глаза:

– Буду делать только то, что ты мне позволишь… даже не буду трогать крылья, пока ты не разрешишь.

– Договорились. Готова?

– Готова.

– Прекрасно. Ой, господи, ну и маханула же я. Ведь они не оранжевые.

– А это имеет значение?

– Еще какое.

Далее последовало утомительное выяснение отношений: мистер Шульц не желал опрыскивать крылья оранжевой краской для какой-то там пробы. Ариэль окончила спор тем, что купила их не пробуя, но потом пришлось ждать, пока краска высохнет.

Мы вернулись к туристическому пандусу, и Ариэль взлетела. Я позволила ей парить, предупредив, чтобы она большими пальцами рук держала крылышки раскрытыми. Так лучше подъем на малых скоростях, можно просто слегка помахивать пальцами. У нее отлично получилось, она споткнулась всего один раз при посадке. Джефф все время торчал поблизости, выписывая над нами восьмерки, но мы не обращали на него никакого внимания. Очень скоро она научилась заворачивать в широком плавном вираже. Наконец я опустилась рядом с ней и спросила:

– Ну что, хватит?

– Мне никогда не хватит. Но если ты скажешь, я их сниму.

– Устала?

– Нет.

Она взглянула поверх крыла на Детский эскалатор – около десяти человек лениво скользили по нему вверх, не шевеля крыльями.

– Вот бы разок попробовать! Это, наверное, такое блаженство.

Я обдумала это.

– Вообще-то, чем выше, тем безопаснее.

– В чем же тогда дело?

– Мм… безопаснее, если ты знаешь, что делаешь. Подниматься и воздушном столбе – то же, что просто парить, иными словами, делать то, что ты делала до сих пор. Ты спокойно лежишь, а поток сам уносит тебя на полмили вверх. Потом ты так же спускаешься, плавно описывая круги вдоль стены. Но там у тебя возникнет соблазн попробовать что-то, чего еще не пробовала, – взмахнуть крыльями или сделать вираж.

Она серьезно покачала головой:

– Я не сделаю ничего, чему ты меня не учила.

Но я все же беспокоилась:

– Слушай, подняться надо будет всего на полмили, но при этом ты пролетишь пять, и еще больше – на спуске. Как минимум полчаса. Уверена, что руки выдержат?

– Уверена.

– Имей в виду, можешь начинать спуск в любой момент, необязательно подниматься до конца. Время от времени слегка сгибай руки, чтобы не онемели. Только ни в коем случае не хлопай крыльями.

– Не буду.