Пленники Эсте - Алеш Обровски

Риган повернул к кормовой части Эсте. Если Паскаль уцелел, то они снова встретятся там, и беглец почти наверняка погибнет. Правда у Джона есть небольшая фора, и если он поторопится, то успеет проскочить.

Отступник прибавил скорость.

Он бежал длинными полутемными коридорами, разделенными шлюзовыми камерами и переходами: какие-то двери были закрыты, некоторые приходилось открывать вручную, но чаще путь оставался свободным, где-то срабатывала автоматика и услужливо пропускала его вперед.

Постепенно температура воздуха стала понижаться. Насекомые уже не лезли в глаза. Металлический пол и стены заблестели инеем.

Если верить карте, впереди ждал расколотый резервуар: темная и безлюдная область, затопленная когда-то давно.

На Эсте имелся громадный запас оборотной воды. Жидкость расходовалась, испарялась, улавливалась и использовалась снова. Какое количество емкостей и какого объема человечество тащило за собой через вселенную, Риган не знал. Равно как и не знал какое количество сосудов уже опустело, хотя был уверен, что небольшое. Известно было точно, что когда-то давно один из резервуаров лопнул по так и не установленной причине. Ходили слухи, что этому послужил взрыв солидной мощности внутри емкости. Вода, проливаясь наружу, попала за пределы термического поля Эсте и замерзла под воздействием космического холода, разорвав резервуар по всей его поверхности и нарушив окрестный климат.

Вероятно, имели место диверсия или спланированный террористический акт, хотя нельзя было исключать элементарную погрешность в расчетах и, как следствие, ослабленную конструкцию, а вся эта история со взрывами – так, легенда. Впрочем, сейчас это не было столь важным.

Однако, Риган знал точно – инцидент с резервуаром послужил отправной точкой к начавшимся волнениям, появлением сомневающихся и их гонением. Именно тогда, при поддержке правительства, возникли службы подобные тем, где служил Паскаль, и люди подобные Паскалю, что устраняли «недовольных», без суда и следствия. Тогда и началась эта подпольная война, длящаяся уже почти сотню лет, а возможно и больше.

Риган родился на этой войне и провел в бегах всю свою сознательную жизнь. Только сейчас он понял, что за все это время, так и не продвинулся в своей борьбе ни на шаг, не добился ровным счетом ничего, разве что растерял всех своих друзей, близких, и просто верных ему людей.

Беглец сбавил ход. Он прошел через застывший, покрытый льдом и, естественно, неработающий грузовой шлюз. На выходе он попал на обширную площадку с погрузочной каруселью. Цистерна с водой, оставленная здесь кода-то, намертво примерзла к рельсам железной дороги и покрылась инеем. Механизм карусели был залит полностью и выпер наружу под воздействием застывшей жидкости, разорвав кожух и вывалив свое металлическое содержимое.

Джон обошел это жуткое изваяние, с трудом отрывая от пола прилипающие ботинки и поеживаясь от холода. Несколько коридоров, берущих свое начало от этого места, оказались затопленными и застывшими под самый потолок.

Люди, покидая тоннели сразу после катастрофы, заперли за собой люки и двери, чтобы исключить затопление соседних отсеков. Вода заполнила переходы до краев и, замерзая, выдавила все перегородки и препятствия, поломав переборки и разорвав запорные механизмы.

Лишь один из коридоров оказался скован льдом всего на две трети. Наполовину открытая металлическая дверь на входе странно покосилась, вытянув петли и вывернув часть стены, оказавшейся чуть ли не вдвое толще самой двери. Вода, вытекшая из этого тоннеля, застыла, образовав пологий спуск, идущий до погрузочной карусели, и заканчивающийся внутри нее.

Холод обжигал. Риган, цепляясь ногтями, краями подошв ботинок и оружием, с трудом вскарабкался на вершину скользкого склона, и протиснулся в коридор. Становилось все холоднее, медлить было нельзя. Он пробирался на четвереньках, спрятав руки в рукава драной куртки. Местами приходилось ползти. Проектор с картой он держал в зубах, используя его не только по назначению, но и в качестве фонарика.

Вскоре, верхняя одежда остыла окончательно и перестала прилипать ко льду. Теперь Джон уже не боялся примерзнуть, а скользил на животе подобно каким-нибудь пингвинам, которых он, к слову, никогда не видел.

Через некоторое время он уперся в такую же наполовину открытую, вмерзшую в лед дверь и, после неудачной попытки осторожно выглянуть за нее и оценить обстановку, выехал на пятой точке к еще одной погрузочной карусели, затопленной наполовину.

Если бы вода была в жидком состоянии, сделал вывод Риган, то доходила бы в районе механизма до пояса.

На площадке было светло. Одинокая лампа, излучающая синеватый свет, висела под потолком. Здесь не было пыли, ржавчины и насекомых, поэтому светильник, выглядел как новый, словно его смонтировали совсем недавно. Хотя…

Джон обратил внимание на поцарапанный под лампой лед и содранный иней со стен. Похоже, все-таки, кто-то следит за работой и исправностью источников света в этом районе. Интересно кто?

Шлюзовая камера на выходе из этого сектора, тоже оказалась открытой, причем внешняя дверь, если смотреть от карусели была выломана и валялась тут же на покрытом льдом полу.

За шлюзом, ждал освещенный коридор, бывший когда-то просторным. Сейчас одна из его стен была вдавлена внутрь. Трубы, висевшие на ней, свалились на пол, создав почти непроходимое препятствие.

Рискуя поломать ноги на скользком металле, Риган продолжил путь, перебираясь через завалы и все больше сомневаясь в правильности выбранного решения.

Он приближался к резервуару. Вопреки логике, постепенно становилось теплее. Движения воздуха здесь не было, и температура сохранялась неизменной, благодаря толстому слою льда, что окружал это место.

Коридор закончился. Отступник вышел к распределительной станции. Система насосов, трубопроводов, вентилей и клапанов, возвышалась на несколько ярусов вверх, и скорее всего, настолько же вниз. Проверить это наверняка, было невозможно, так как «низ» находился под толщей застывшей жидкости.

Здесь тоже было светло. Серебристый иней отражал голубоватое свечение ламп, сверкая в их сиянии. Картина жуткая, но не лишенная своего обаяния. Лед потрескивал в морозном воздухе, создавая плотное звуковое полотно, наполненное звоном и легкими щелчками.

Где-то вдалеке послышался звон разбившейся сосульки. Риган машинально проверил оружие. Старясь не поскользнуться, он поспешил к нагромождению труб, попавших в поле зрения, позади которых виднелась внешняя стена огромного хранилища жидкости.

Достигнув намеченной точки, беглец заметил на льду несколько ящиков с лампами, и кучу разобранных светильников. Здесь определенно кто-то обитал. Признаки чьего-то присутствия были налицо. Однако, на жизнедеятельность человека это мало было похоже.