Звёздные Войны. Новая надежда. Принцесса, негодяй и мальчик с фермы - Александра Бракен

Хана передернуло при мысли, что у него может быть нечто общее с этим слизнем.

— Если бы ты только не потерял тот груз спайса... — продолжал Джабба. — Сам понимаешь, я никому не могу давать поблажек. Что будет, если каждый контрабандист станет избавляться от моего товара, едва на горизонте замаячит имперский корабль? Так и разориться недолго.

— У меня и правда не было выбора. Кстати, я только что нашел хороший фрахт и смогу с тобой расплатиться. И даже с лихвой. Мне просто нужна небольшая отсрочка. — Хан вскинул руки. — Ну сам посуди. Сколько уже я на тебя работаю, а? И разве когда-нибудь еще, кроме того случая, я терял груз?

Его слова, казалось, заставили Джаббу задуматься.

— Если накинуть сверху, скажем... двадцать процентов, я, пожалуй, смогу дать тебе еще немного времени... Но это последнее мое предложение. Разочаруешь меня снова, и я назначу за твою голову такую награду, что ты никогда в жизни больше не сможешь даже приблизиться к сколько-нибудь цивилизованной планете.

Хан слегка поклонился, после чего со знанием дела сбил ставку до пятнадцати процентов.

— Всегда приятно иметь с тобой дело, Джабба.

Джабба все еще хохотал, выползая из ангара. Его наемники послушно потрусили за ним. Но комок в горле у Хана стоял до тех пор, пока мерзкий слизень не скрылся из виду, а Чуи не испустил радостный рев.

— В точку, дружище, — отозвался Хан. — А ведь представь, он вполне мог продать нас в рабство или вышвырнуть подышать открытым космосом, чтобы полюбоваться, как мы там лопнем ему на потеху.

И стоило заметить, это было еще не самое худшее, что мог с ними сделать этот хатт.

Недостатки внешности Джаббы с лихвой компенсировались его безграничной изобретательностью, когда требовалось избавиться от трупов врагов.

Хан вытер вспотевшую шею и поежился:

— Ладно, пора за дело. Надо подготовить пташку к отлету.

Приятно было снова заняться любимым делом. На пару с Чуи они провели стандартную предполетную проверку, подлатали кое- какую аппаратуру и проложили курс до системы Алдераана. Хан как раз заботливо начищал одну из панелей управления, когда услышал чей-то крик:

— Ну и развалина!

Пацан, кто же еще... Только мальчишка с влагосборной фермы мог не оценить красоту обводов «Сокола» с первого взгляда. Корабли серии YT являли собой вершину кореллианской инженерной мысли. Настоящий шедевр. Да, может, пташка уже далеко не молода... и кое-какие детали пришлось заменить на более дешевые... ну и конечно, стоило бы закрасить самые большие опалины на корпусе... Ну так что с того? Главное, что у нее внутри.

Хан мало что нажил за свою жизнь. Если не считать Чуи, в драке он мог положиться только на свой корабль. «Сокол» был любовью всей его жизни с той самой минуты, как Хан выиграл его в карты у другого контрабандиста. И если этот песчаный крысеныш немедленно не прекратит оскорблять его пташку, капитан определенно отправит его обратно в родную татуинскую пыль в спасательной капсуле.

Хан спустился по трапу навстречу пассажирам:

— «Сокол» разгоняется до скорости в полторы световых. Может, этот корабль и выглядит неважно, зато умеет все, что нужно, малыш. Кстати, я собственноручно кое-что в нем доработал.

Люк почесал в затылке и в сомнениях покосился на старика. Хан закрыл глаза и досчитал до десяти. «Семнадцать тысяч», — напомнил он себе. Если выбирать между Джаббой, с которого станется медленно опустить его в чан с кислотой, и этим мелким засранцем... лучше все-таки потерпеть мелкого засранца.

— Мы вроде как слегка спешим, — сказал Хан, сделав приглашающий жест. — Так что чем быстрее погрузитесь, тем скорее мы отсюда улетим.

Следом за людьми тащились два дроида: золотой человекообразный протокольный дроид с круглыми сверкающими глазами, ковылявший на двух почти не гнущихся ногах, и белый трехногий астромех. Его сигнальная лампочка мерцала красным и голубым, пока он вертел куполообразной головой. Оба дроида выглядели так, будто несколько дней бродили по пустыне.

Дождавшись, пока все пассажиры поднимутся на борт, Хан стал поднимать трап, последний раз бросив через плечо взгляд на планету, которую они покидали. Придется еще раз сюда вернуться. Получив полагающуюся ему награду, капитан в последний раз заглянет к Джаббе, чтобы рассчитаться, и больше ноги его тут не будет. Ни тут, ни в любой из ближайших систем.

— Остановите корабль!

Хан резко развернулся и вновь посмотрел вниз. Послышался топот многочисленных ног и клацанье брони, и через мгновение в ангар вбежали штурмовики. Бластеры они уже держали на изготовку.

— Огонь! — приказал тот, что бежал первым.

Хан разразился нецензурной бранью на трех языках разом и кинулся в корабль, пригибаясь под шквалом огня. По пути он обернулся и несколько раз выстрелил. Запрыгнув в люк, капитан ударил кулаком по кнопке. Щиты «Сокола Тысячелетия» включились и приняли на себя всю мощь выстрелов штурмовиков.

— Чуи! — крикнул Хан, пробегая через грузовой отсек. Пассажиры, к счастью, уже пристегивали ремни. — Вытаскивай нас отсюда!

Из рубки донесся рык второго пилота, ненадолго заглушив непрестанное нытье протокольного дроида.

— Ох, я и забыл, как же я не люблю эти космические перелеты! — причитал тот.

К тому моменту, как Хан рухнул в капитанское кресло и пальцы его запорхали над панелью управления, Чуи уже вывел корабль из ангара. Они взмыли над выцветшими, потрепанными песчаными бурями домами Мос-Эйсли и устремились к раскаленным небесам.

Хану никогда не надоедало смотреть, как при выходе из атмосферы они вначале становятся лиловыми, а затем чернеют.

Вот поэтому он и любил летать.

Да и в последний момент улизнуть из ловушки тоже всегда приятно.

Но не успел Хан расслабиться в своем кресле, как Чуи тревожно заурчал и указал на сенсорную панель.

При виде огромного пятна, поджидавшего их за пределами атмосферы Татуина и теперь устремившегося в сторону «Сокола», у Хана внутри все похолодело.

— Надо же, нас встречает имперский крейсер, — скривился он. — Похоже, наши пассажиры оказались куда более опасным грузом, чем думалось вначале. Ладно, будем выкручиваться. Займись настройкой щитов, пока я рассчитываю сверхсветовой прыжок.

Руки Хана снова запорхали над панелью управления. Он почти не заметил, как в открытую дверь рубки въехал серебристый дроид-астромех и что-то вопросительно пропищал. Сообразив, что на него не собираются обращать внимание, дроид вернулся обратно к пассажирам и втиснулся в нишу рядом со своим протокольным приятелем.