Вселенная сознающих - Фрэнк Герберт

Яггата: Как работала упряжь в форме паутины?

Гастин: Идея сама по себе была неплохая – лучше, чем то, чем пользовались соседи. Если бы только он ее усовершенствовал…

Яггата: Чем пользовались ваши соседи?

Гастин: Что-то вроде загона на колесах с роликами впереди, которые взаимодействовали с перекатышем. Кольца упряжки были сзади. Они открывали загон, чтобы запустить туда перекатыша, подсоединяли оборудование, и перекатыш тащил всю упряжку.

Яггата: Интересно. А почему ваш отец не попытался тайно подсмотреть, как соседи используют своих перекатышей?

Гастин: Он пытался. Но все они знали, что он замышляет. Соседи просто никогда не пахали, когда папаня заходил к ним. Прямо комические танцы. Они приглашали его выпить рюмашку. Папаня упоминал пахотные работы. Просил посмотреть их оборудование, но там никогда не было ничего, хоть отдаленно напоминающего упряжь для перекатыша.

Яггата: А… что было не так с упряжью в форме паутины?

Гастин: Она оказалась недостаточно большой, чтобы натянуть ее спереди. И ролики все время ломались, потому что стропы были так себе.

Яггата: И как же в конце концов ваш отец решил эту проблему?

Гастин: Он успокоился и начал рассуждать здраво. Для начала поместил плуг в центр нашей территории. Потом разместил перекатыша вокруг плуга, сначала с одной стороны, потом с другой. И все получилось.

Яггата: Видимо, я тоже не сразу вижу очевидное, но мне только что пришла в голову вот какая мысль. Неужели ваш отец изобрел стандартный перекатыватель?

Гастин: Это была его идея.

Миссис Килкау: Дядя Гас! Ты никогда не говорил мне, что твой отец был изобретателем. Я и не знала…

Гастин: Да не был он изобретателем! Он был просто очень хорошим и практичным поселенцем. Что касается изобретения оригинального перекатывателя, это показалось бы очевидным любому, кто задумался бы над этим. Что, по-твоему, Историческое общество Гомейсы пытается…

Миссис Килкау: Ты имеешь в виду этот старый пыльный хлам на складе номер два?

Гастин: Среди этого старого пыльного хлама – первый турбулизатор болотного крема^[8] твоей матери! А еще среди этого старого пыльного хлама, прямо в центре – первый перекатыватель!

Яггата: Хотите сказать, у вас есть оригинальный перекатыватель прямо здесь?

Гастин: Прямо на складе.

Яггата: Но ведь… эта штука бесценна! Не могли бы мы посмотреть на него?

Гастин: Почему бы нет?

Миссис Килкау: О, дядя Гас! Там так грязно и…

Гастин: Немного грязи никому не повредит, Бесси! Оооох! Колено, куда меня укусила клыкоптица, всю неделю болит. Жаль, перекатышей уже не осталось. Ничто не разгоняет кровь лучше, чем массаж перекатыша.

Яггата: Неужели вы сталкивались с клыкоптицами?

Гастин: А то! Пару раз приходилось.

Яггата: Не могли бы вы рассказать нам об этом?

Гастин: Попозже, сынок. Пошли посмотрим на перекатыватель.

(Редактор: В этом месте провод неправильно сращен и требует починки.)

Яггата: Мы находимся на складе номер два. В ящиках, которые вы видите на заднем плане, хранится незаменимый для косметической промышленности болотный крем – главный продукт фермы Гастин-Килкау.

Гастин: Вон там агрегат для добычи медного сырья, которое мы обнаружили в фумаролах.

Яггата: А это, наверное, оригинальный перекатыватель, прикрепленный к плугу?

Гастин: Верно. Система довольно проста: четыре деревянных ролика, расположенных в форме буквы V, одна пара над другой, и все это крепится прямо к задней части плуга.

Яггата: Какие большие ролики…

Гастин: У нас был большой перекатыш. Видите вот этот храповик?

Яггата: Да.

Гастин: Он регулировал высоту роликов и расстояние между парами, чтобы они соответствовали переднему изгибу нашего перекатыша. Перекатыш просто двигался против роликов. Одна пара роликов поднималась высоко по переднему изгибу животного, а вторая опускалась низко. Перекатыш как бы вклинивался между ними и толкал.

Яггата: А что это за колеса на плуге?

Гастин: Чтобы плуг шел ровно.

Яггата: И в самом деле, очень простой механизм.

Гастин: Очень! Мы надрессировали перекатыша так, что он сам мог им пользоваться!

Яггата: Что подумали об этом ваши соседи?

Гастин: Уж смеяться над папаней они точно перестали! Дней через сорок о старых загонах все забыли. Сначала новые упряжки называли перекатывателями Гастина, но название вскоре сократилось.

Миссис Килкау: Я и не знала! Подумать только! Прямо у нас на складе! Как же… Историческое общество…

Гастин: Эти пусть подождут, пока я не испущу дух! Мне нравится иногда приходить сюда и просто трогать весь этот старый пыльный хлам. Полезно иногда вспомнить свои корни.

Миссис Килкау: Но, дядя Гас…

Гастин: А твои корни – это переселенцы-нищеброды, Бесси! Прекрасные люди! Если бы не они и не этот старый пыльный хлам, ты бы не каталась сейчас как сыр в масле!

Миссис Килкау: По-моему, с твоей стороны эгоистично держать эти бесценные…

Гастин: Конечно, эгоистично! Но это привилегия тех, кто хорошо потрудился и прожил достаточно долго, чтобы иногда оглядываться назад. Задумайся на секунду, девочка, что именно я обнаружил, какие чудеса болотный крем творит с цветом кожи. Я заслужил свое право быть эгоистом!

Миссис Килкау: Да, дядя Гас. Я слышала эту историю.

Яггата: Но мы ее не слышали, мистер Гастин. Не хотите ли…

Гастин: Да, хочу… но как-нибудь в другой раз, сынок. Сейчас я что-то подустал слегка, мне нужно передохнуть.

Яггата: Конечно, сэр! Может быть, назначим время…

Гастин: Я тебе позвоню, сынок. Не звони мне. Оооох! Чертова рана! Но я тебе вот что скажу, сынок: я передумал насчет этой твоей дребедени. Всем полезно иногда вспомнить свои корни. Если у тех, кто посмотрит твою запись, есть хоть какие-то мозги, они тоже вспомнят свои корни. Им полезно!

(Редактор: Запись обрывается здесь. В комментарии говорится, что Хильмот Гастин заболел на следующий день. Второе интервью отложено на неопределенный период.)