Маркус Фастмувер. Вторжение - Ерофеев Владимир

– Хорошо, Уолтер, молодец! А то до сих пор гоняли бы его здесь, между капсул. Повезло, что не разбили какой-нибудь из аппаратов, иначе нас за это хозяева! Я даже боюсь подумать! А я бы на твоем месте пришил его! Он ведь двоих наших положил, сука! Хотя погоди, не убивай его пока!

Маркус от услышанного насторожился и с непониманием посмотрел на человека, наставившего на него ствол: «Я прикончил тех двоих?»

– Уолт! – снова донеслось издалека, прервав секундное замешательство биоробота. – Я пойду сейчас вам безопасный коридор в центральном проходе выделю, чтобы наши ходячие мертвецы тебя вместо него случаем не порешили! Давай засекай тридцать секунд и тащи его быстрее сюда, я сам хочу в него пару пуль всадить! Главное, отсчитай секунды!

Услышав фразу «безопасный коридор», Маркус хитро прищурил глаза.

– Что щуришься, клоун?! – процедил сквозь зубы сверкающий лысиной мужчина, заметив реакцию биоробота.

– Ничего, приятель! Жду, когда пройдет тридцать секунд! – ответил Маркус спокойным голосом, продолжая лежать на спине.

Через какое-то время противно закряхтела звуковая сигнализация, и по помещению забегали красные лучи – это завращались сигнальные маячки, давая понять, что бородач запустил режим безопасного коридора.

Человек в халате посмотрел на часы и в ухмылке наклонил голову в бок.

– Уже прошло, умник! Давай, вставай живее, или я тебе прямо здесь башку размозжу!

Маркус демонстративно усмехнулся и, делая вид, что медленно встает, резким движением руки ухватился за направленный на него ствол пистолета. Биоробот молниеносно отвел оружие в сторону и с силой ударил мужчину ногой в колено. Раздался хруст костей, и тот рухнул на бок. От сильной боли и от того, что стало с ногой, мужчина громко завопил. На крик покалеченного партнера из камеры показалось взволнованное бородатое лицо:

– Уолт! Что там у тебя? Что случилось?

Валяющийся на полу работник лаборатории продолжал неистово кричать, не слыша окликов напарника. Ударом ноги Маркус сломал бедолаге колено, и то согнулось в обратную сторону. Биоробот не медлил. Он понимал, что дорога каждая секунда. Ему оставалось меньше тридцати секунд, чтобы отыскать упавший на пол пистолет и миновать опасный центральный проход. Маркус бросился на пол, уже не обращая внимания на визжащего от боли человека в халате. Сплошные ряды стеклянных капсул с лежащими в них очередными безмолвными убийцами загораживали свет фонарей. В тени корпусов саркофагов сложно было что-то разглядеть, и биоробот нервно шарил руками по полу, залезая под каждую капсулу. Бородатый напарник не унимался и все звал и звал Уолтера, а драгоценные секунды пролетали с космической скоростью. Маркус понимал это и, бросив поиски оружия, вскочил на ноги. В этот момент раненый лаборант нашел в себе силы ответить бородачу и стал изо всех сил кричать:

– Бен! Бен! Ааа, сукааа! Мне этот ублюдок ногу сломал! Бен, давай быстрее выключай, коридор выключай, твою мать, я встать не могу! Ай, тварь, как же больно-то! Бен! Его нельзя к камерам пустить! Он не человек! Я не знаю, что это за существо и что оно задумало, но это не человек! Бен! Закройся внутри и вызывай подмогу!

Бородач, нервно выслушав слова напарника, сразу же исчез за дверью. Это означало, что через мгновение пересечь центральный проход уже будет невозможно, и Маркус изо всех сил рванул вперед. Внезапно сигнализация замолкла. Стало мертвецки тихо, и только звонкие удары ног Маркуса по гладкому гранитному полу центрального прохода отдавались в его синтетическом мозгу, отсчитывая доли секунд.

Сильный удар в плечо, сопровождаемый залпом десятка винтовок, отбросил Маркуса в сторону. Он почувствовал, как острые свинцовые жала пробили его плечевой щиток и вонзились в руку. Не добежав до безопасного места каких-то пары футов, он свалился на пол. Раздался еще залп, и очередные пули вошли в бедро. Потом еще залп и еще…

Маркус от нестерпимой боли потерял сознание.

Лас-Вегас. Дом мистера Харриса.

В спальню Сьюзан постучали.

– Мисс Сьюзан, простите, но завтрак уже давно остыл, и ваш отец больше не может ждать! – громко произнесла горничная и затем, приложив ладонь ко рту, чтобы никто, кроме девушки, не слышал, прошептала: – Сью, твой отец злится, что ты всю ночь не спала! Я его боюсь. Он сам не свой сегодня!

Девушка резко одернула простыню и села на кровати.

– Это все из-за Майка, Патрисия! – прошептала в ответ Сью. – Я все это время ждала его звонка, но он так и не позвонил. Вот только час назад заснула.

– А что, ты завтракать не будешь?

– Нет, что-то нет желания.

Сьюзан потерла заплаканные глаза и отвернулась к окну.

– Патрисия!

– Да, Сью!

– Скажи отцу, что я останусь здесь.

– Но Сьюзан?!

– Ничего, просто передай это. Все, извини, я хочу побыть одна!

Горничная развела руками и тихо прикрыла дверь в спальню. Не прошло и минуты, как дверь резко отворилась. На пороге стоял отец и строго смотрел на дочь, а та сидела в ночной рубашке на кровати к нему спиной и, подперев голову руками, глядела в открытое окно.

– Да, пап! – произнесла Сьюзан, не поворачиваясь. – Я знаю, что это ты, и я знаю, что ты злой! Это выдает твое дыхание!

Мистер Харрис медленно подошел к кровати и сел рядом с дочерью. Мужчина хотел было обнять ее за плечи и поднял руки, но, так и не решившись, бессильно опустил их.

– Сью, я знаю, что сейчас в тебе происходит! Со мной это было, когда я потерял твою мать. Я скажу тебе сейчас одну вещь, и ты должна это стойко вынести!

– Майк? – вскрикнула девушка и резко повернулась. – Что с Майком? Не пугай меня, пап!

Мистер Харрис виновато опустил глаза.

– Майка и его семью похитили! Я узнал это только что!

– Как? Кто похитил, папа? Он жив? – Сьюзан схватила отца за плечи и нервно их затрясла.

Мистер Харрис освободился от рук дочери и встал.

– Нет больше никакой информации, Сью. Есть только версия, что ко всему этому причастна одна из спецслужб. Я разговаривал с генералом Томпсоном из Майами, он обещал держать меня в курсе. А теперь давай, иди поешь! Голодом Майка не спасешь!

Проговорив это, мистер Харрис, не глядя в глаза дочери, вышел из комнаты.

Сьюзан смотрела на закрытую дверь и слушала поскрипывание лестницы, по которой отец устало спускался со второго этажа. Распухшие от слез глаза девушки снова намокли, и она, рухнув на кровать, уткнулась лицом в подушку.

Мистер Харрис набирал номер телефона генерала. Ответа долго ждать не пришлось, и трубку сразу же подняли. Томпсон все это время находился у телефона в ожидании звонков, которые могли бы принести ему какую-либо информацию о ходе операции в древнем туннеле.

– Приветствую снова, генерал! Это Харрис!