МИФЫ. МИФОподставы - Роберт Линн Асприн

– Малыш, я совсем забыл тебе сказать! Покажу позже. Сэмуайз, твоя сотня слов начинается сейчас.

Бес глубоко вздохнул.

– Мистер Ааз, когда я сказал, что это сделка, которая выпадает раз в жизни, я имел в виду именно это: нечто столь фантастическое бывает лишь раз в жизни! Вы когда-нибудь задумывались о том, каков будет ваш вклад в будущее? Сегодня я пришел к вам с предложением… нет, с двумя предложениями. Одно – чисто деловое. Мне нужна помощь такой организации, как корпорация М.И.Ф., чтобы следить за повседневной деятельностью моей маленькой компании. Другое предложение – бессмертие, вернее, следующая за ним лучшая вещь. Возможно, вы не задумывались о своем наследии, но я хочу предложить вам… – Бес внезапно умолк.

– Какое еще наследие? – взревел Ааз, подаваясь вперед. Мне самому тоже стало любопытно. – Или ты на этом остановишься?

– Извините, но вы сами дали мне всего сто слов! – пискнул бес, пытаясь вырвать галстук из хватки Ааза. Мой партнер разжал пальцы и толкнул беса обратно на стул.

– Хорошо, можешь закончить, но только покороче. Говори. Что за бессмертие? Речь идет о вечной жизни? Потому что я разговаривал с некоторыми бессмертными, и, поверьте мне, все совсем не так, как нам обещают.

– К сожалению, не в моих силах предложить кому-либо вечную жизнь, – заявил Сэмуайз, поправляя галстук. – Я специализируюсь по памятникам. Но это поистине монументальные памятники!

– Опиши их в конкретных словах, – сказал Ааз. – Никакого словоблудия. Иначе нам придется пылесосить все это место. Как выглядят памятники?

– Такими, какими должны.

– А если поточнее?

– Это пирамиды! – гордо объявил Сэмуайз. – Вечный сад в долине Зикса. Это в царстве Эгида, в Гордоне. Вторая фаза открывается в этом месяце.

– Пирамиды? – спросил я. – Это здания такие?

– Да, друг мой, – ответил Сэмуайз.

– Забудь об этом, – сказал Ааз, махнув рукой. – Я не участвую в финансовых пирамидах. То, что они вне закона в некоторых измерениях, не означает, что в законодательстве нет смысла. Ты потратил полчаса моего драгоценного времени. Довольно. Меня ждут другие клиенты. Так что гуляй отсюда.

– Мистер Ааз, пожалуйста! – взмолился Сэмуайз. – Скажу честно, я очень рассчитываю на ваше личное участие, ибо это продукт, в который я искренне верю, но дело не только в этом. Мне требуется помощь. Мои рабочие постоянно становятся жертвами несчастных случаев на рабочем месте. Слишком часто, чтобы списать это на их халатность. Люди получают травмы. У меня есть помощник-кобра, но даже он не успевает принимать жалобы. Кто-то или что-то саботирует мой проект.

Ааз поднял бровь:

– Вы подкупили местных чиновников?

– Всех до единого!

– Профсоюзы?

– Это профсоюзный проект.

– Вы взяли к себе на работу племянников известных политиков?

– В достаточном количестве, чтобы устроить воссоединение семей, – заверил его Сэмуайз. – Я не могу понять, кто это делает. Но это явно делается умышленно. В этом нет сомнений. Такое количество несчастных случаев не может быть случайностью. Я не верю в совпадения.

– Это первое, с чем я согласен, – сказал Ааз. – Что тебе от нас нужно?

– Корпорация М.И.Ф. известна тем, что находит ответы на каверзные вопросы. Это именно то, что мне и нужно. Я должен найти источник проблемы и положить ей конец. Это мешает строительству. Все, что я хочу, – это сделать людей счастливыми.

– Продавая им памятники?

Сэмуайз покачал головой:

– Это гораздо больше, чем памятники, мистер Ааз. Они – часть будущей истории!

Он полез во внутренний карман пиджака. Я тотчас приготовил горсть сверкающей магической силы. Бес покачал головой, чтобы меня успокоить, и вытащил осколок камня неправильной формы с плоским дном. Это было похоже на миниатюрный пейзаж. Игрушка?

– Масштабная модель, – пояснил он.

– И для чего она? – полюбопытствовал я.

– Для сравнения, – ответил Ааз. – Модель пропорциональна одной чешуйке дракона, что приблизительно соответствует размеру реального объекта.

– В этом случае дракон будет около шестнадцати миль в длину, – объяснил Сэмуайз. Представив это, я ахнул. Бес поставил масштабную модель на стол Ааза и подержал над ней обе руки. Модель начала светиться. Внезапно я разглядел каждую деталь.

– Выбранный вами камень станет частью здания, которое простоит века! Каждый из них уникален, один на миллион!

На самом деле, каждая пирамида состоит из миллиона и одного камня! С ее вершины открывается вид на всю равнину Зикс, включая реку Нулль, единственный крупный водный путь в измерениях, который течет в обратном направлении!

Картинка реки засияла ярко-синим цветом с горячими белыми бликами отражения невидимого солнца. На противоположном краю модели протянулся могучий горный хребет цвета хлебной корки. Между рекой и горами протянулась равнина, усеянная фигурами с квадратным основанием и остроконечной вершиной. Это были пирамиды. Мой взгляд заскользил с одной пирамиды к другой, и вскоре у меня закружилась голова. В центре равнины одно сооружение высилось над остальными – исполинская гора, созданная живыми существами, а не природой.

Глаза Ааза заблестели, как речная вода.

– Сколько камней на вершине каждой пирамиды? – спросил Ааз.

– Всего один, – ответил Сэмуайз. – Самое эксклюзивное место, разумеется, и самое дорогое, но в качестве специального дополнительного бонуса его покупатель может назвать пирамиду своим именем.

Брови Ааза снова поползли вверх:

– Всю целиком?

– Всю целиком, – подтвердил Сэмуайз. – Именно так. Это самое дорогое место в каждой пирамиде, поэтому, чтобы привлечь самого респектабельного покупателя, я предлагаю бонус. Конечно, мы не можем построить вершину, пока все расположенные ниже места не будут распроданы. Это великолепное место, мистер Ааз! Здесь абсолютно тихо и спокойно, за исключением специально разрешенных траурных церемоний.

– Траурных церемоний? – На лице Ааза возникло задумчивое выражение.

– Э-э-э… Ааз, – начал я, – ты с самого начала не советовал мне браться за этот проект. Ты сказал…

– Не важно, малыш, – перебил он меня. – А как насчет плакальщиков?

Сэмуайз мгновенно оживился.

– Это часть ритуальной услуги. Каждый клиент решает для себя, какие стенания и плач он хотел бы слышать, сколько похвал и достижений он хочет, чтобы ему приписали. И здесь возникает то самое наследие, о котором я говорил: у нас есть команда писцов. Они высекут в камне подробности ваших великих свершений и поражающих воображение деяний, чтобы те никогда не были забыты.

– Никогда? – спросил Ааз. – «Никогда» понятие растяжимое.