Веер - Сергей Лукьяненко

Ван Тао побледнел.

– Прошу простить… я оскорбил вас своими мыслями… мне показалось…

– Пустое. – Я махнул рукой. – К чему всем видеть, кто я и сколько мне лет?

– Меня учили… я всегда узнавал Людей-над-людьми…

Похоже, я попал в точку.

Капитана смутило не мое появление на берегу и потрепанный вид, а мой возраст. А еще больше то, что он не видел во мне функционала. Значит, и впрямь немало с ними общался, раз научился чувствовать.

– Я вижу, вы были удостоены высоких знакомств. – Я опять кивнул на спасительную стеночку с фотографиями.

– О да. – Капитан радостно ушел от скользкой темы моего происхождения. – Я дважды плавал в запретные земли и возвращался со многими ценными редкостями!

Я подумал, что недорого же ему заплатили за редкости, если на старости лет он лично вынужден возить торговцев на своей яхте, а не нанимать себе на службу молодых капитанов. Впрочем, как знать. Есть люди, которые ухитряются к старости просадить целые состояния и вновь добывать свой хлеб, как в молодости. А есть и такие, которые никак не угомонятся, тем более море крепко держит своих тружеников. В принципе про одного такого, по имени Синдбад-мореход, рассказывала сказки Шехерезада. А про другого сочинил четыре, а в некоторых мирах даже семь книг английский политик Джонатан Свифт.

– Поужинаем? – предложил я. Еда на подносах выглядела весьма аппетитно – горка маленьких пельменей в сплетенных из бамбука тарелках, густой суп в чашках, крошечные конвертики из листьев, скрывающие в себе начинку.

Капитан вдруг занервничал.

– Все успело застыть, господин Кирилл.

– Остыть, – машинально поправил я, соображая, что происходит.

– Я прикажу разогреть… сейчас… – С ловкостью подхватив оба подноса, капитан выскочил из своей каюты.

Так.

Похоже, я избежал какой-то очень экзотической приправы в супе. И хорошо, если с этой приправы я просто уснул бы крепким сном и проснулся со связанными руками и ногами. А ведь можно было и вовсе… застыть к утру.

Я дождался возвращения капитана и нарочито громко зевнул.

– Боюсь, что у меня пропал аппетит. Когда вы приходите в порт?

– На рассвете. – Капитан явно понял, что я все понял, и теперь мечтал лишь об одном – убраться от меня подальше. – Море неспокойно, я бы хотел простоять всю ночь на вахте, господин Кирилл.

Да уж, задушевного разговора у нас теперь точно не получится…

Как должен себя вести Человек-над-людьми, знающий, что его собирались отравить? Надменный функционал, против которого, пусть по незнанию, замышлял какой-то глупый хрыч? Реальная опасность функционалу не грозила, его организм переварит и нейтрализует любые яды, но сам факт…

– Пшел вон, – беззлобно сказал я. – И если кто-то ночью подойдет к двери каюты, это будет его последняя ночь!

Подобострастно кланяясь, капитан выскочил из своей каюты. Я присел на койку, посидел, успокаиваясь. Взял с конторки «Трудолюбивого слугу и золотую борозду», пролистал. Да, мальчику-волшебнику даже в пубертатном возрасте такое бы не приснилось…

После некоторых поисков я обнаружил выключатель – вычурный, бронза и эбонит. Выключил в каюте свет. Стало абсолютно темно. Яхту покачивало; судя по бьющей в борт воде, она шла довольно бодро.

На ощупь найдя кровать, я прилег с твердой мыслью не спать до самого утра.

И, разумеется, тут же уснул сном праведника.