Ловушка архимага - Дмитрий Смекалин

В малом приемном покое правящего короля Лавардии Альзена V, несмотря на теплую погоду за окном, горел камин. Было холодно. Обычно голубые глаза государя напоминали льдинки, а от самого него ощутимо веяло даже не холодом, а настоящей зимней стужей. Стоявшие шагах в пяти перед его троном посетители и гвардейцы за его спиной покрылись инеем. Король пристально смотрел на застывшего перед ним с опущенной головой невысокого господина самой заурядной внешности: лет пятидесяти, с брюшком и вялым подбородком. Господин был одет в строгий, но явно очень дорогой костюм из черного бархата с минимальной отделкой серебром. Такие обычно носят преуспевающие – очень преуспевающие! – юристы. Но сейчас, припорошенное инеем, это роскошное одеяние почему-то напоминало крысиную шкуру. Да и в самом господине было что-то от этого зверька. Если бы еще и черные бусинки глаз бегали по сторонам, сходство оказалось бы полным, но сейчас глаза были выпучены и смотрели то ли в никуда, то ли на короля.

Помимо юриста перед королем стояли еще трое военных, причем все трое делали вид, что не имеют друг к другу никакого отношения. Но все равно некоторая общность между ними чувствовалась. Один – высокого роста, лет двадцати с небольшим, другой – пониже, где-то за сорок. Оба одеты в костюмы военного покроя, но без знаков различия. Третьему, в мундире полковника королевской стражи, на вид было ближе к пятидесяти.

Все трое довольно напряженно вглядывались в короля, но и на юриста иногда бросали быстрые взгляды. При этом выражение их лиц было далеко от восторженного.

Воспользовавшись тем, что собравшиеся в покоях господа на некоторое время застыли в неподвижных позах и по сторонам не глазели, внутрь тихонечко проскочила миловидная девушка лет двадцати и юркнула за ширму рядом с камином. Из всей мебели там имелась только небольшая скамейка для ног, но девушка без колебаний уселась на нее и приготовилась слушать. Происходящее здесь явно было ей чрезвычайно интересно, а распространявшийся по комнате мороз совершенно не докучал.

Осмотрев с ног до головы юриста и убедившись, что под его тяжелым взглядом тот согнулся, как под реальной материальной тяжестью, король начал осматривать военных. Пауза затянулась, но воинственный пыл у самого молодого из присутствующих заметно угас.

Невозмутимым остался только самый пожилой из трех военных, но на него король взглядом почти не давил.

Наконец, решив, что все присутствующие прониклись величием монарха и вести себя будут соответствующим образом, король заговорил:

– Мы понесли тяжелую утрату. Утрату абсолютно бессмысленную и оттого еще более горькую. Утрату, не только ослабившую наш трон, но и нанесшую серьезный ущерб нашей чести. Причем в обстоятельствах, когда все это казалось абсолютно невозможным. Так как же подобное могло произойти, я вас спрашиваю!!! – Король сорвался на крик.

Юрист умудрился сжаться еще больше и одновременно с этим вскинулся. Или обозначил готовность ответить, но был остановлен жестом его величества.

– Крулье, ты будешь говорить, когда тебя спросят. Когда я спрошу. А пока вынужден напомнить, что все, присутствующие здесь, в Лавардии выполняют определенные функции. Должны выполнять. И функция поддержания порядка возложена мной на Кастольена. В том числе и во Фрозии. Я не ошибаюсь? Или ты считаешь, что Фрозия слишком далека и незначительна, чтобы ею заниматься? Так, может, лучше совсем отказаться от этой провинции? И тебе проще, и мне спокойнее? Что скажешь?!

Голос короля сочился сарказмом. У его величества вообще имелась крайне неприятная манера регулярно сообщать ближайшим соратникам, что он ими недоволен, и что они не вполне соответствуют занимаемым должностям. Оргвыводы, как правило, за этим не следовали, но радости такие беседы никому не доставляли. Кроме самого короля, наверное.

– Ваше величество. – Голос главного стражника оставался спокойным, а легкая улыбка на губах, видимо, должна была означать, что он расценил предыдущее высказывание короля как остроумную шутку. – Провинция Фрозия нам еще пригодится, а вот навести там порядок не помешало бы. Железной рукой. А то междоусобные войны местных баронов, в которых гибнут архимаги… Это выходит за всякие рамки разумного! Предлагаю хотя бы временно ввести в провинцию Восточную армию и казнить как минимум всех участников конфликта.

– Ты предлагаешь такую официальную версию? Не думаю, что на нее купится кто-либо из серьезных людей. Разве для обывателей сойдет. Позже попытаешься обосновать, почему так надо. Меня интересует, что же там произошло на самом деле. Изложи факты.

– Да, ваше величество. – Граф Кастольен кивнул то ли королю, то ли самому себе и начал: – Сначала все шло, как и должно было идти при задействовании столь мощных сил. Гвардейцы графа Фьерделина окружили замок, перехватили тех, кто пытался сбежать. Мессиры архимаги объединили усилия, проломили магическую защиту и нагрели замок и все, что в нем было, почти до температуры кипения.

– Долго держали?

– Почти полчаса.

– Затратное заклинание, не знаю, сумел бы я его столько удерживать в одиночку. Неужели нельзя было воздействовать чем-нибудь попроще? Тем же «огненным смерчем»? Эффект тот же, а сил тратится в разы меньше.

– Господин Крулье настаивал на том, что все бумаги должны уцелеть.

– Так вот почему столько архимагов понадобилось! Неужели и Матильду осилили?

– Нет, госпожа баронесса была единственной, пережившей эту атаку. Даже успела изрядно проредить рванувшихся грабить замок баронских дружинников, прежде чем мессиры архимаги ее добили.

Возникла небольшая пауза, прерванная недовольным восклицанием короля:

– С этим все понятно, не надо рассусоливать. Дальше.

– Дальше господин Крулье закрылся в покоях баронессы и стал разбирать бумаги…

– И как, нашел все, что искал?

– К сожалению, наиболее ценные документы унес с собой сумевший ускользнуть из замка молодой барон, – после неприятной паузы нехотя сообщил юрист.

– Я восхищен!

В восхищение короля никто не поверил, а Кастольен продолжил:

– …Мессиры архимаги и господин коннетабль выкинули дружинников барона из кабинета Бриана Стонберга и стали пить.

– Неужели с собой привезли?

– Нет, лучшие вина замка находились глубоко в погребе, куда заклинание не проникло.

– И? Почему мне слова клещами из тебя тянуть приходится?

– Дальнейшее мы можем только предполагать. Господа выпили несколько бутылок вина и, по всей видимости, задремали. После чего, предварительно зарезав часового у дверей, в кабинет проник неизвестный. Затем неизвестный зарезал всех четверых магов в кабинете. Сопротивления они не оказывали.

– Вы представляете, что говорите? Архимаг в принципе не способен напиться до потери сознания! Кстати, сколько они выпили?

– Примерно по бутылке на каждого.