Братство - Алексей Рудаков

Улучив момент, я поднял глаза на переднее стекло — ангара вокруг меня больше не было. Всё пространство вокруг застилала серея дымка гиперпространства.

Ещё раз покосившись на серую муть за стеклом, я плавно сдвинул рукоять тяги вверх по шкале, одновременно косясь на шкалу, стрелка которой, медленно и плавно, без особых рывков, ползла к центру шкалы.

Мой первоначальный план был прост как мычание — я надеялся просто отсидеться в гипере, уподобившись подводной лодке, опустившейся на грунт. Но активность Гриззона, его напор, вкупе с той настойчивостью, которую он демонстрировал, желая заполучить меня к себе — всё это заставило меня изменить планы.

Я-то, как думал?

Уйду в гипер, посижу там пару — тройку часиков, потом всплыву, то есть — обратно вернусь, сориентируюсь, подзаряжу аккумуляторы и всё — в точку встречи, к звезде, где меня должен был ждать мой корабль, благо, была она рядом.

Несколько световых лет — Жбан, по моей просьбе, нарисовал шпаргалку и рассчитал параметры прыжка.

Но, по дороге к крейсеру, своё решение, я изменил. Если изначально я надеялся, что он бросится в погоню за Астролябией, надеясь отследить место нашей встречи, или, на худой конец уничтожить её чисто из мести, то, по мере приближения к крейсеру, я своё мнение о нём изменил.

Нет… Этот не бросится за моим эсминцем, который начнёт совершать прыжок за прыжком, путая следы.

Нет…

Гриззон, хоть и вёл себя как недалёкий рубаха-парень, был далеко не дурак — иначе бы не дослужился до места командира эскадры Дальней разведки. Это в столичном штабе дуба, с дубовыми же листьями в петлицах встретить можно.

Там — да, тут, вдали от Империи — нет.

Тут дубы быстро на гробы переделывают.

Уйти я смогу, только после того, как Астролябия прыгнет. Он на это и рассчитывал. В трюме-то я буду — с нулевой скоростью. И что? Уйду в гипер, проторчу там пока энергия есть и всё — обратно вывалюсь, в ту же точку, законы гипера — те, что известны всем, не обмануть.

Короче одно сплошное — «и снова здравствуйте».

А то, что он будет ждать — я не сомневался.

Вздохнув ещё раз — одно дело — читать про чужие похождения, сидя на мягком диванчике и попивая чаёк, и, совсем другое — самому ими заниматься — я продолжил выжимать рукоять тяги, переводя её из серой зоны, через красную — в желтую. Как и писал Жерг — на пульте ничего не изменилось, и я давил на рукоять, ориентируясь по цветным полоскам, оставленным на его поверхности маркером учёного.

Серость сменилась чернотой, та начала набухать багровыми тонами, которые, в свою очередь, вновь растворились в черноте пространства нового слоя реальности.

Моё всплытие происходило немного не так, как это было описано в дневнике Жерга. Серая муть, в моём случае, очень быстро просто покраснела и пропала, оставляя вместо себя точно такую же черноту, что и у нас, я имею в виду, в нашем, обычном пространстве. Я даже головой покрутил, опасаясь увидеть крейсер где ни будь поблизости.

Крейсера не было!

Уже легче.

Зато были звёзды и их, действительно было много, даже я бы сказал — непривычно много. Неприятный холодок пробежал по моей спине и стал усиливаться, всё нарастая и нарастая, по мере того, как я ощущал, как осознавал ошибку, сделанную мной при планировании мероприятия по моему бегству.

Вытащив из нагрудного кармана листок, с нарисованными Жбаном на нём созвездиями, я поднял его на уровень глаз и уставился за борт, выискивая схожую комбинацию положений светил.

Ничего похожего!

Звёзд было много, но сколько я не крутил головой, нужного мне сочетания, созвездия — я не видел.

Так…

Спокойно. Успокойся. Главное — не паниковать. Сейчас… Вдох… Выдох… Вдох…

Теория Ярусева — то, что он писал касательно того, что мы есть проекция некого «изначального» или «центрального» миры — была верна. На все сто, к сожалению.

Светила сместились и теперь они сияли передо мной в абсолютно другом сочетании. Если бы я знал — если бы учёный хоть сказал — где именно находится тот центральный мир, точка начала координат — тогда ещё хоть как-то можно было бы прикинуть, спроецировать возникшие искажения. А тут? Куда они сдвинулись, звёзды-то? Вверх? Влево? А, может, вниз?

Вариантов было множество и как просчитать их — я и понятия не имел.

Ладно…

Спокойно…

Вдох… Выдох…

Не паниковать! Сейчас что ни будь придумаем.

«Что ты придумаешь? Что?!» — заорало подсознание, спихивая меня в омут панической безысходности.

«Ручку назад тяни! Возвращайся!»

К Гриззону?

«Уж лучше к нему, отсидишь на каторге — не впервой. Возвращайся, сдохнем же тут!»

Я скосил глаза на индикатор зарядки аккумуляторов — его полоска светилась ровным, зеленым светом, показывая солидный запас энергии — не зря парни Деда проливали пот, спешно монтируя трофейные, Копийские, батареи в трюме катера.

Так…

Энергии у меня много — к чему паниковать?

«А он дождётся…Гриззон он такой… Терпеливый…»

Ещё раз достав бумажку, я повторно осмотрел небосвод.

Синих, горевших голубоватым светом звёзд было немного. Штуки три — остальные сияли желтоватым, красным или белыми цветами.

Жбан говорил — синий карлик, в четырёх световых годах отсюда. Они — Астролябия, то есть, сделают серию прыжков — в сторону Империи, и вернётся туда — к карлику, где и будут ждать моего сигнала.

В том, что парни справятся, я не сомневался. Как и в том, что они честно будут ждать меня двое суток — мы так договорились, а потом — уже в нарушение моего приказа, рванут на поиски соединения Гриззона, дабы отбить меня, несмотря на мой трижды категорический приказ возвращаться на Кило, после истечения оговоренного срока.

А я, всё это время, буду тупо висеть здесь, да? Пока Копийские трофеи не сдохнут, да? И что я увижу? Обломки Астролябии? Капраз — упёрт, он тоже будет висеть здесь с неделю, ожидая моего появления — и тут… Хоп — Астролябия, бой и я появляюсь, весь такой красивый.

Хотя нет — не продержусь я тут неделю — жрать нечего, да и воздуха только на два дня. Ну да, поэтому мы со Шнеком и определили срок ожидания в сорок восемь часов.

Нет… Это — не вариант.

«Почему?» — тут же встрепенулось моё подсознание, своей, самой гаденькой частью. — «Почему? Выспись, отдохни — а через два дня, как воздух начнёт заканчиваться, вернёшься. Астролябия подойдёт — да, так это же отлично! Соврёшь Гриззону, что подманил их — там же бандиты и урки одни, да? Кто они тебе? Он их собьёт моментом, ты ему катер подаришь — он тебя простит. Ещё и медалькой наградит. Хочешь медальку, а?»