Ковчег спасения - Аластер Рейнольдс

– Сэр, вы готовы? – спросил оператор.

Тот ответил не сразу. Прошелся еще раз по тексту, шевеля губами, тихо проговаривая слова. Человечек не имел понятия о том, кто составил текст и с какой целью, кто его редактировал. В обязанности пресс-секретаря это не входило. Он ограничивался самыми общими представлениями о работе огромной государственной машины. В процессе этой работы где-то в ее отлаженных недрах родился документ, который надлежало донести до населения. Только и всего.

Пресс-секретарь перечитал текст еще раз и посмотрел на оператора.

– Да, полагаю, теперь я готов.

– Сэр, если предчувствуете трудности, можно порепетировать. Это не прямой эфир.

– Прочту с первого раза.

– Как хотите…

Пресс-секретарь прокашлялся и содрогнулся от отвращения, представив, как внутри у него перемещается комок слизи. Затем начал читать:

– Демократическое правительство Кювье доводит до сведения граждан следующее: неделю назад в результате совместной операции инквизиции и Департамента по борьбе с терроризмом был задержан скрывающийся от властей опасный преступник, известный как Торн. Сейчас он находится в заключении и не представляет более угрозы законопослушным гражданам Кювье и поселений-сателлитов. Демократическое правительство Кювье со всей ответственностью заявляет: граждане, не поддавайтесь на провокации, не верьте нелепым слухам, распускаемым обманутыми, невежественными последователями Торна. Нет никаких признаков того, что колонии грозит полное уничтожение. Равно нет никаких свидетельств в пользу того, что на планете находятся два работоспособных шаттла класса «земля-орбита» и уже созданы подпольные эвакуационные лагеря, равно как нет и свидетельств массовой миграции в эти несуществующие лагеря из крупнейших населенных пунктов планеты. Более того, чистым вымыслом является слух о том, что обнаружен звездолет триумвира, якобы способный вывезти все население Ресургема.

Пресс-секретарь сделал паузу, значительно посмотрел в камеру.

– Не далее как двадцать шесть часов назад Торн сознался в намеренном распространении лживых слухов и выразил сожаление по поводу своих необдуманных действий. Он публично осудил тех, кто продолжает распространять подобные злонамеренные, подрывающие общественное спокойствие домыслы, и раскаялся, прося у правительства прощения за вред, нанесенный в результате его недальновидных поступков.

Во время чтения ни единый мускул не дрогнул на лице пресс-секретаря, не выдал растерянности и сомнений. Еще при беглом ознакомлении с документом аккуратный человечек покопался в своей аккуратной памяти и не обнаружил там никаких публичных заявлений Торна, а уж тем более покаяний с его стороны. Но невероятным такое событие не являлось. Пресс-секретарь предположил, что в силу занятости мог упустить из виду эту новость, и потому стоически продолжил, чуть изменив тон:

– Что касается странного объекта, видимого на небе в вечернее время, то недавние исследования, проведенные Институтом Мартелла, позволили адекватно определить природу этого явления. Согласно новым данным, этот объект – не комета. Скорее всего, его появление связано с крупнейшим газовым гигантом системы. Но демократическое правительство Кювье категорически отрицает любые слухи о том, что вышеупомянутый гигант уничтожен или находится в процессе уничтожения. Спекуляции на подобной теме следует считать злонамеренными попытками дестабилизировать обстановку в нашем обществе.

Он снова сделал паузу и позволил себе едва заметно улыбнуться.

– Этим заканчивается официальное заявление Демократического правительства Кювье.

Илиа Вольева без особой радости докурила очередную сигарету из тех, что ей предлагал корабль. Триумвир лихорадочно соображала, и мозг гудел, словно работающая на износ турбина. Под сапогами чавкала вязкая корабельная слизь, натекшая со стен. Слегка побаливала голова от бесконечного нытья изношенных насосов. Но все же Илиа была довольна собой, поскольку наконец-то ясно понимала, что можно сделать.

– Капитан, я так рада, что ты решил заговорить со мной! – заявила она. – Просто не передать словами, как много это для меня значит.

Его голос донесся сразу отовсюду, одновременно близкий и далекий, гулкий и всепроникающий – словно голос бога.

– Я так долго молчал. Прости.

Казалось, всякая частичка корабля содрогалась, испуская звуки.

– Капитан, ты не против, если я поинтересуюсь: в чем причина этого молчания?

Если он и отвечал на вопросы, то далеко не сразу. Вольева считала, что капитану попросту думается медленно – нужно немало времени для прохождения сигналов по огромному телу. Наверняка, общаясь с нею, Джон Бренниген задействовал далеко не все свои умственные ресурсы.

– Мне нужно было кое-что осмыслить.

– Что же именно?

Снова невыносимо длинная пауза.

Капитан уже не в первый раз заговаривал с Илией после того, как безмолвствовал целую вечность. Сперва Вольева боялась, что паузы означают возвращение капитана в прежнее кататоническое состояние. Потому вела себя с ним осторожно, тщательно подбирала слова. Хотя, если теперь капитан и замолкал, нормальное функционирование корабельных систем не прекращалось. Но Вольева все равно опасалась, что может вызвать у Джона Бреннигена новый приступ, который растянется на месяцы. К счастью, страхи оказались беспочвенными. Паузы возникали потому, что сигналам требовалось изрядное время на путешествия по колоссальной нервной системе вросшего в корабль человека – и гораздо больше времени проходило, пока из этих сигналов вылеплялись мысли. Но Бренниген теперь гораздо охотнее обсуждал темы, раньше бывшие безусловным табу.

– Совершенное мной. Мои преступления.

– Капитан, мы все совершали преступления.

– Но не такие, как я.

Илиа подумала, что тут он прав. Использовав возможности полуразумных инопланетных существ – жонглеров образами, плавающей в океане биомассы, – капитан совершил жуткое злодейство. С невольной помощью жонглеров он отпечатал свое «я» в разуме члена своей же команды – никакая человеческая технология не справилась бы с задачей копирования личности лучше. И оттого много лет по локальному времени Бренниген существовал в двух ипостасях. Одну из них медленно пожирала плавящая чума.

Преступление немыслимой гнусности капитан долго скрывал от команды. Тайна раскрылась лишь в чрезвычайной ситуации, когда «Ностальгия по бесконечности» находилась вблизи нейтронной звезды Гадес. Вольева позволила Бреннигену поглотить и преобразовать свой корабль, хотя проще и справедливей было бы просто убить его. Но она тогда преследовала и вторую цель – пыталась увеличить свои шансы на выживание. Увы, она не вполне представляла последствия своих решений.

– Я знаю, что ты совершил, – сказала Илиа. – Это омерзительно. Но никто не станет отрицать, что ты дорого заплатил за свой поступок. Думаю, пора оставить переживания позади и двинуться дальше.