Особо опасная особь - Андрей Плеханов

“Пойдемте со мной и ничего не спрашивайте”, — было написано на ладони.

* * *

— Вот здесь, — сказал Тутмес. — Здесь правильное место. Здесь можно говорить. Здесь никогда не было ни камер, ни микрофонов, и хозяин об этом не знает.

Тутмес дышал тяжело, словно пробежал пару километров. Впрочем, Лина запыхалась не меньше — путь оказался неблизким, и почти весь он состоял из длинных вертикальных туннелей, внутри которых пришлось карабкаться по скобам, торчащим из стены.

— Что это за чердак? — спросила Лина, озираясь по ронам. Помещение представляло собой кубической формы грот, наполовину заваленный картонными коробами и пластиковой пленкой.

— Не важно, — Тутмес махнул рукой. — Совсем не важно, что это за комната. Просто комната, да.

— Зачем ты меня сюда привел?

— Вы должны убить хозяина, — выпалил Тутмес. — Убить хозяина как можно скорее!

— Убить? — Лина усмехнулась. — Ты же сам говорил, что нельзя убивать. Вспомни.

— Тогда было нельзя, было еще рано. Теперь можно. Нужно.

— Кому нужно? Тебе? Ты говоришь так, словно осуществляешь план, разработанный давно, еще до моего прилета сюда. Знаешь, на что это похоже? На приглашение вляпаться в очередную кучу навоза. Виктор играет мной как куклой, ты тоже решил поиграться?

— Хозяин — чудовище. Он убьет вас, Лина, убьет!

— Я уже слышала это от тебя сто раз. Вначале ты предрекал, что я не протяну и нескольких дней, потом у меня неожиданно появились шансы, теперь же, когда Вик собирается от меня отвязаться, вдруг назрела острая необходимость в его убиении. Ты непостоянен, Тутмес. Я хорошо к тебе отношусь, но не заставляй меня менять свое отношение.

— Почему вы думаете, что он оставит вас в покое?

— Он сказал, что ввел мне все присадки, какие положено. Что теперь я буду отдыхать. Даже тренировок у меня не будет…

— Он проводит тренировки. Постоянно проводит, а вы об этом не знаете…

* * *

— Вот ведь дрянь! — Виктор ударил кулаком по столу. — Никогда больше не свяжусь с сервами. Говорили же мне, что модулятор недоработан…

“Он травит вас ядами, госпожа, — бубнил голос Тутмеса из динамика. — Он ввел вам присадку детоксика-ции, это очень плохая штука, госпожа, очень вредная штука, а теперь подсыпает вам в еду хлорид лития — очень, очень ядовитый. Поэтому вы так плохо себя чувствуете, госпожа. А дальше пойдут в ход более тяжелые токсины. И он ничего вам об этом не сказал, потому что вы бы не согласились. Он затравит вас до смерти”.

Поганец Тутмес испортил вечер, опять не дал дослушать концерт. Запищал зуммер тревоги, оторвал Виктора от ужина. Что ж, информация стоила того, чтобы отвлечься, — нет худа без добра.

Тутмес разговаривал с Линой в каком-то помещении, лишенном прослушки. Не имело значения каком. Виктор вживил микрофон в тело Тутмеса, в правую надключичную ямку, и серв не подозревал об этом. Виктор мог слышать каждое слово серва.

Как всегда, не вовремя. Виктор рассчитывал еще на месяц спокойной жизни — не спешить, поработать над отработкой детоксикации, прогнать еще раз весь алгоритм, подготовить астероид для нового жильца… Ладно, ладно. Неприятные обстоятельства на то и существуют, чтобы портить жизнь, чтобы выпрыгивать подобно чертику из табакерки. Главное — быть готовым к их появлению.

Он готов.

Виктор подключился к приват-связи, набрал код. На экране появилось лицо — веснушчатое, свежее, молодое, лоб прикрыт косой рыжей челкой.

— Привет, Шон, — сказал Виктор. — Как делишки?

— Нормально, — сказал парень. — Что-то изменилось, Виктор? Ты же сказал: не раньше чем через месяц.

— Все изменилось. Через четыре дня.

— Но… У меня тут еще дела.

— Никаких но. Вспомни контракт. Хочешь, чтобы я его разорвал?

— Нет, нет, извини, Виктор. Во вторник прилечу.

— Координаты астероида не потерял?

— Шутишь? Что брать с собой?

— Зубную щетку и тапочки, — Виктор улыбнулся. — Здесь есть все, Шон. Все, что душа пожелает. Тебе понравится, Шон. Ты получишь большое удовольствие. Гарантирую.

* * *

— Вот значит как, — Лина задумчиво поскребла в Затылке. — То-то мне все время пить хочется, глотаю воду литрами и остановиться не могу. Ладно, я поговорю с Виком…

— Ни в коем случае! — крикнул Тутмес. — Тогда он все поймет, он сразу убьет нас!

— Хватит! — зло сказала Лина. — Не повторяйся, Тутмес. Ты прав, все изменилось, только изменилось не так, как ты думаешь. Я уже не против Виктора. Он, конечно, не самый лучший человек, характер у него дрянной, но мне нравятся его идеи. Я хочу жить на другой планете, осваивать ее с такими же, как я, здоровыми людьми, свободными от земной грязи. Я вижу во снах Мирту — оживающую, становящуюся чудесным садом. Это стало и моей мечтой, понимаешь?

— Нельзя делать это так, как делает он. Нельзя. Неужели вы этого не понимаете?

— У него нет другого выхода. Я думала над этим. Он действует правильно. Так сложилась ситуация, и по-другому поступить нельзя.

— Вы не будете свободными колонистами — станете его рабами. Жалкими рабами. Будете работать на него, а он будет бить вас и унижать.

— Бить? — Лина рассмеялась. — Не притворяйся дураком, Тутмес. Я стала сильной, никто не сможет ударить меня безнаказанно. И зачем ему бить нас? Чтобы мы лучше работали? Боже, что за глупости!

— Он унизил вас, госпожа. Он обманул вас, надругался над вашим телом, превратил вас в монстра.

— Я простила ему это, — заявила Лина. — Мне нравится быть монстром. Ты представить не можешь, насколько это здорово.

Тутмес зажмурил единственный глаз, закрыл лицо руками и застонал.