Маг-решала. Становление - Константин Назимов

– Ага! Жди! – ответил я и подхватив Рию под локоть, прыгнул на крышу конюшни.

Под ногами послышался треск, старые доски и черепица такого посягательства не вынесли, а подлатать крышу никто не сообразил. Могли бы хоть щит усиления наложить, все же на территории академии магии это здание! Доски опасно трещат, мы на мгновение замерли, застыв в неудобных позах. Успел оценить красоты начинающего утра, когда еще месяц не пропал, а солнце начинает восходить, а потом мы стремительно провались вниз, под дикое ржание лошадей. Главное не попасть в стойло к какому-нибудь злобному «зверю», такие лошади на конюшне есть. Ух как я в свое время измучился, изучая верховую езду! Надо мной потешались все кому не лень, в своем мире на лошадях-то не ездил и ближе, чем метров с пятидесяти не видел. А тут пришлось еще за ними и ухаживать, стойла чистить и гривы чесать. Конюхи, очень удивлялись моей «фобии», а я всем говорил, что в детстве с коня упал и не мог пересилить себя ни на одну лошадь залезть. Но мне выделили смирную, старую лошадку, на которой и прошел общий курс, а так как общевики не боевики, то после второго курса верховая езда в учебном плане у меня не значится. А несколько месяцев назад, ректор сменил почти все поголовье учебных лошадей, и, говорят, не просто так. Там и ему пара коняк предназначена, злобных и скаковых, с какими-то хитрыми параметрами. Поговаривали, что это экспериментальные животные, которые случайно подверглись каким-то заклинаниям и… увы, но все остальное догадки. Точно известно, что они не объезжены и при первой возможности пускают в ход копыта, а про зубы и вовсе молчу, конюхи постоянно жалуются и у лекарей частые гости.

Ломая перекрытия, мы с Риялой угодили к лошадкам. Ну, как угодили, ей-то повезло, она успела за стойло схватиться и спрыгнула уже в коридор, а я шмякнулся на кусок сена прямо перед мордой белоснежной лошади или коня, пока этого не разобрать.

– Млять! – взвыл от боли в пятой точки и на глазах показались непроизвольные слезы.

Лошадь, на вид чуть старше жеребца, меня поддержала ржанием, а ей вся конюшня вторила. Н-да, почти оглох вдобавок. Рия что-то мне говорит и руками машет. Ну, понятно – намекает, что нас скоро нагонят и нужно ноги делать, а у меня руки чуть не наш драгоценный мешок не вырвал, когда я вниз летел. Кстати, дыра некрасивая получилась, зато среди провала небо видно, правда, сверху на голову продолжает труха сыпаться. Вот же хозяйственник в академии! При плохой погоде так и вся крыша на лошадей сложится, а он конюшню не ремонтирует. Вообще-то, мог и уже отремонтировать, а то и новую построить, ну, на бумаге.

Лошадь всхрапнула и стала меня обнюхивать, а потом своим языком и по морде лица облизала. Все лицо слюнявое! Медленно встал, слух вернулся, головокружения нет, можно продолжать бег от преследователей. Бочком направился к калитке, у которой, с той стороны, Рия уже сдвинула засов, больше напоминающий этакое бревно. Белая лошадь склонила голову и внимательно следит за моими действиями. Радует, что конюхи на такой грохот не сбежались, скорее всего, вчера на грудь приняли и теперь где-то дрыхнут. Ну, им нечего опасаться, конокрадством лошадей в королевстве промышляют, но вряд ли кому взбредет в голову умыкнуть кобылу или коня из академии магии.

– Ты только копытом меня не бей, ладно, – обратился я к коняке.

Да, это конь, белоснежной масти, на таком и королю не грех в народ выехать. Конь фыркнул и сделал движение головой, словно говоря, что оскорблен от моих слов.

– Марк! Ты что сделал-то?! – раздался озадаченный шепот Риялы.

– Хороший, хороший конь, красавец, – говорю вслух, а сам медленно пробираюсь к выходу.

Один удар копытом и мне помочь смогут только лекари, да и то сомневаюсь, что успеют. Девушка-то с таким зверюгой не справится. Вот он как глазищами сверкает и верхнюю губу поднимает, того и гляди кусаться начнет! Нет, пронесло, смог выйти и дрожащими, как оказалось, руками засов задвинул. Конь обиженно заржал, склонил голову, словно бык и резко развернувшись, шарахнул по калитке задним копытом. Удар вышел такой силы, что толстое бревно треснуло. Белоснежный (такое сравнение на ум пришло), заржал, подпрыгнул на месте и уже двумя копытами ударил, но в этот раз так, что даже паленым запахло.