Космическая Академия - Дарья Проценко

И хорошо заплатят.

– Подменить его перед собственной коронацией, – добавил Кассий, – это удача. Коронуют тебя, Бринн, а не Йонана.

– А Йонан?

– Устраним, – отрубил капитан. – Так хочет Тезерион.

И Бринэйнн решил окончательно. Он летит с Тиранной на Филодорию в обход заговора. Хотя, при таком раскладе, девушку он оставил бы здесь. Там может быть опасно, и это его бремя. Но с другой стороны… Она – бывшая эльскеде и знает дворцовые распорядки и подступы к императорским покоям как свои пять пальцев. К тому же он ей обещал и ещё много «но». Тиранна нужна ему, чтобы улететь отсюда тайком от капитана.

Но прежде… Надо, чтобы кое-кто их прикрыл. И Бринэйнн свернул к госпиталю.

– Док-док!

– А-а?

Куратор ворвался в медчасть в тот самый момент, когда доктора с садистскими выражениями на эризийских мордах намеревались протаранить огромным шприцем бедолагу-курсантика на кушетке. Он мычал и напрягался, но фиксатор не давал ему дёрнуться или позвать на помощь.

– Док-док, срочно!

– Ладно, – доктора нехотя оторвались от пациента, положили шприц в лоток, и Гон пообещал: – Я-я вернёмся и продолжим тебя пытать.

Пациент выпучил глаза и покраснел от натуги.

– А ты подумай о тщетности бытия…

– В лабораторию! – Дор увлёк туда брата вслед за Бринэйнном и запер дверь.

– Что случилось?

– Мне нужно в карантин, – огорошил докторов Бринн. – На десять дней.

– Зачем? – уточнил Гон, а Дор догадался.

– Хочешь в самоволку. Куда?

– Это моё дело. Прикройте меня и всё. Как обычно.

– А как насчёт того, что кто-то кому-то не друг-друг? – обиделся Гон.

– Друг-друг. Потом сочтёмся, а пока… Это вопрос жизни и смерти! – лериец почти умолял.

– Зачем? – Дор был неумолим. – Куда ты собрался? Неужели… Нет!

– Ты видишь меня насквозь…

– Нет, со мной-мной этот номер не пройдёт, – заартачился Гон. – Либо ты рассказываешь, либо… Я-я идём к капитану.

– Нет? Без вас обойдусь.

– Тогда я…

– Постой, Бринн, – Дор вздохнул. – Я-я тебе поможем и не скажем Рериху, если будем знать, откуда тебя вытаскивать, в случае чего… Это то, что я думаю?

Бринэйнн кивнул и выложил докторам свой план.

– Тебя не пропустят во дворец, – усомнился Гон. – Как ты пройдёшь мимо стражи, эскорта и…

– Странный вопрос, учитывая, что мы с ним одно лицо.

– Ах да, точно, но…

– Что?

– А то, что ты наивный оптимист, – покрутили головами близнецы.

– Особенно после того, как Йонан-самодур арестовал дейгарских послов, – проворчал Дор. – Позаботься лучше о себе, а его оставь Рериху.

– Он же мой брат! Ты-ты должны понимать. Как братья. Представьте, что тебя и тебя разделили.

– Даже представлять не хочу, – скривился Гон. – Не сравнивай. Меня-меня невозможно разделить.

– Это с какого боку присмотреться, – задумался Дор. – Теоретически…

Но перехватил недобрый взгляд брата и сменил пластинку:

– Нет, конечно, нет. Нельзя разделить. Я-я – другой случай.

– Тогда, – лериец принялся мерять шагами лабораторию – два шага налево, два направо и обратно. – Тогда подумайте на секунду, что один из тебя-тебя умер…

– Не приведи Тарантул! – завопили близнецы хором.

– Гипотетически.

– Я бы сильно горевал, – неуверенно признал Дор, – но при надлежащем хирургическом вмешательстве…

– А почему это сразу ты! – вскипел Гон. – Или я…

Дор прикинулся глухим, пока Гон брюзжал.

– Вот! – Бринэйнн остановился. – Всего лишь мысль об этом тебя-тебя огорчает, а нас разлучили в младенчестве. Насильно.

– Ты его даже не знаешь, – скептически заметил Дор.

– Но чувствую! Он такой же, как и я.

– Он другой, – нахмурился Гон. – Я-я всегда вместе, и то разные… Я, например, правый, а он – левый…

– А чего это я левый!? – возмутился Дор.

– А с того, что меня от тебя отрежут, если я умру, – мстительно ответил Гон. – И ты истечёшь кровью.

– Хватит об этом, парни! Ты-ты поможете мне или нет?

– Я-я-то поможем, – Дор насупился, – а вот сможешь ли ты Йонана убедить…

– Смогу, – уверенно ответил Бринн, оттянул повязку и оттуда на близнецов сверкнул третий глаз.

– Рискнём, – согласился Дор.

– Да, – подхватил Гон, – но вся ответственность на тебе, братец.

– Спасибо! – Бринн пожал им по очереди все четыре руки. – Спасибо! Я знал, что ты-ты настоящие друзья. И ещё одна маленькая просьба…

– А не многовато ли? – насторожился Гон.

– Вместе со мной в якобы карантин поместите Тиранну.

– Это… – Дор замялся. – Сложнее. Боюсь, что…

– Придумайте что-нибудь. Я должен лететь с ней.

– Но-но! – вырвалось у Гона. – Она не совсем, э, здорова…

– Что такое? – встревожился Бринэйнн.

– Видишь ли, – Гон попытался выкрутиться, – она… она не в том состоянии, чтобы лететь с тобой.

– Гон! – предостерегающе воскликнул Дор.

– А что? Будет хуже, если у неё в космосе случится выкидыш или её убьют в потасовке вместе с дитём… Мало ли… Я как врач не разрешаю!

– Го-он, – простонал Дор. – Она же просила не…

– Что? – Бринн потрясённо переводил взгляд с одного на другого и постепенно до него доходило. – Ты-ты хотите сказать…

– Ничего, кроме того, что уже выболтал, – буркнул Гон. – Да и этого я тебе не говорил. Уяснил?

– Тиранна беременна? – у лерийца перехватило дыхание.

– Да, – подтвердил Дор. – Хотела сказать тебе об этом сама…

Но не сказала!

Поэтому вчера вечером она так загадочно улыбалась и с такой нежностью на него поглядывала? Но она скрыла от него!

– …Притворись, что удивлён, а потом подари ей цветы и бурно радуйся.

– Что?

– Ты рад или нет?

– Не знаю…

Рад он или нет?

У Тиранны… У них будет ребёнок. Его ребёнок! Его! Он в этом уверен, и станет отцом, если… Ему тем более не нужна корона! Надо поскорее убедить в этом Йонана и попросить брата не затевать войну. А потом вернуться в Академию, забрать Тиранну с ребёнком и… Галактика велика, в ней столько укромных планет. Играть в чужие подлые игры Бринэйнн не желал. Он убережёт тех, кто ему дорог…