Война - Алексей Рудаков

— Слушаю, — я развернул своё кресло к ним: — Жанна, курс на Ахернар проложи.

Дождавшись её кивка, я повернулся к десантнику. На металле его наплечника, а все они все были в боевой броне, была нарисована лычка старшего сержанта, поверх которой красовалась цифра пятьдесят.

— Полусотник?

— Так точно, капитан, сэр! — он вытянулся по стойке смирно и откозырял: — Команда недовольна, сэр!

— И чем же?

— Мы хотим знать, — Начал было он, но я его перебил: — Вы только что учинили мятеж. Вы это понимаете, полусотник?

— Но, сэр!

— Отставить! Освободите их, — я кивнул на Птаха и Грея.

— Сначала вы нам ответите…

— Молчать! Освободите — потом поговорим. Возможно.

— Сэр! Вы нарушаете правила десанта! Сначала разговор — заложники потом.

— А я не в десанте, сержант. Немедленно освободить! Это мой корабль, напоминаю, если кто забыл. Тут я принимаю решения!

Стоявшие за полусотником неодобрительно зашумели, и оружие, бывшее в их руках недвусмысленно приподнялось, нацеливаясь на меня.

— Тихо, парни, ша! — старший сержант повернулся к ним и приподнял свою руку: — Капитан прав. Это его корабль, и он в своём праве. Освободите их, ну?!

Несмотря на недовольное ворчание стволы опустились и пара человек отделившись от толпы им освободила руки.

— Хорошо. — я кивком указал бывшим заложникам куда встать, и они молча подчинились, отойдя к пульту и разминая затёкшие запястья.

— Слушаю вас, продолжайте.

— Капитан, сэр! — Полусотник откашлялся и продолжил: — Мы шли на бой с этими Марагуями. И, чёрт возьми, сэр! Мы были готовы их порвать в клочья, верно? — при последних словах он повернулся к толпе за собой, и та взорвалась воинственными криками.

— Но, сэр! Мы так и не побывали в деле! Мало того! Сети — нет, — Начал он загибать пальцы: — Новостей нет, мы сделали несколько прыжков, сэр! Мы не слепые — видели, что планеты пригодны для жизни, но там нет городов! Огней нет, сэр!

— И что из этого? — Перебил его я: — Космос велик.

— Верно, сэр! Но мы подписывались на Марагуйнов, а не на покатушки не пойми где! Сэр?

— Марадугов, полусотник. Их называют — Марадуги.

— Учту, сэр! — не стал спорить он: — А по остальному — мы требуем немедленно высадить нас на ближайшей станции. Капитан!

— А как же ваш контракт? — я покосился на Птаха, но по его лицу было невозможно что-либо понять.

— У нас открытые листы, сэр.

Я кивнул — открытый контракт позволял в любой момент расторгнуть договор, в любой — кроме непосредственно боя, конечно. В отличии от стандартного прервавший контракт не получал никакого выходного пособия, но, зато давал большие права на трофеи, что позволяло уйти сразу после боя — забрав причитающееся.

— Я вас услышал.

— Сэр! Команда ждёт вашего слова. Со всем почтением и уважением, капитан, сэр! — он откозырял и замер, выжидательно глядя на меня.

— Что ж, господа, — я откинул голову на подголовник кресла: — Вы правы — вы действительно имеете право знать, что происходит.

В этот момент корабль мягко качнуло и сгрудившиеся за полусотником люди разом загомонили, кивая, а некоторые и показывая пальцем на что-то за моей спиной. Обернувшись я понял причину их возбуждения — корабль начал прыжок. Зрелище пролетавших мимо, превратившихся в яркие полоски звёзд, вкупе с загадочными туманностями, поражало и волновало даже меня, а уж я-то, хоть и повидал это не одну сотню раз, но всё равно, каждый раз погружался в очарованное, сходное с трансом состояние.

Ходили легенды, что некоторые пилоты так и не сумевшие преодолеть подобное очарование, завершали свой прыжок прямо в короне звезды, пропустив момент выхода, так что мне было понятно состояние десантников — им лицезреть подобное зрелище доводилось редко.

— Кхм, сержант. Утихомирьте ваших людей.

Он поспешно кивнул, не сводя взора с открывшейся ему красоты — звезда, точка нашего назначения, уже медленно росла, обещая вот-вот вырасти до нормальных размеров и, с трудом оторвавшись от зрелища, повернулся к своим, грозя в воздухе кулаком. Этот жест возымел результат — шум стих, но ненадолго — корабль снова качнуло, и десантники загомонили вновь. Даже не оборачиваясь я мог указать новую причину их возбуждения.

Звезда.

Местное светило сейчас занимало собой весь обзор и любоваться кипением его энергий можно было столь же долго, как и пламенем или текущей водой.

— Клён, — Я не стал поворачиваться к нему: — Заправиться не забудь.

— Есть, командир.

Сейчас наш корабль должен был неспешно начать свой путь по краю фотосферы, и я ожидал нового всплеска эмоций среди людей Птаха. И точно — на сей раз сдержать свои эмоции они не смогли:

— Ух, маааать! — Послышался чей-то возбуждённый голос: — Вот это мощь!

— Смотри, смотри, — Вторил ему другой: — Этот, ну как его……туберанец!

— Протуберанец, тормоз!

— Красотища то какая, а? Мужики, вот это…Да!!!

Определив по писку топливо сборника, что заправка вот-вот должна закончиться, я несколько раз кашлянул, привлекая внимание десантников. Сейчас на меня смотрели не озлобленные неизвестностью мужики, нет, в их глазах светилось что-то детское, наивное, как у ребёнка, только что ощутившего прикоснувение к некой неведомой тайне мирозданья.

— Итак, господа! Полагаю, что сейчас мы можем продолжить наш диалог?

— Так точно, сэр! — Старший вытянулся по стойке смирно и козырнул: — Прошу прощения, сэр. Мы редко видим подобные красоты, сэр. Вот и увлеклись, сэр.

— Ничего страшного, — Я кивнул в ответ, и он расслабился, сменив свою стойку на положение вольно. — Продолжим. Вы ворвались в мою рубку, — Я сделал короткую паузу, акцентируя их внимание на слове «мою».

— В мою рубку моего корабля. Так?

— Да, сэр!

— Вы хотели знать, что происходит, — я шевельнул рукой, не давая ему ответить и продолжил: — Господа! Только что, когда вы сюда вломились, волоча с собой ваших, связанных, командиров — об этом мы поговорим отдельно, так вот. В тот самый момент мы совершали прыжок из системы Кубео. Знаете такую?

Мне ответило сразу несколько голосов.

— Кубео? Это же тронный мир?

— Там куча станций? Зачем?

— Почему ушли, сэр?

— Да? Почему там не сели, а?

Выждав их крики с минуту, я поднял вверх руку, призывая к тишине и, не дожидаясь её установления, продолжил:

— Полусотник, кстати — как вас зовут?

— А он сам приходит, его не…Ой! — Звук глухого удара заставил неизвестного остряка вскрикнуть и замолчать.