Совсем как человек - Кобо Абэ

– Семь… Восемь… Девять…

Считал он довольно медленно, с интервалами в две с половиной или три секунды. И расстояние между нами было невелико, от силы три метра. И еще было условлено, что он не бросит ножа, пока не досчитает. И таким образом, у меня оставался шанс контратаковать, если бы я решился.

Но если разобраться, это условие, что он не бросит ножа, вовсе не предполагает, что он не окажет сопротивления. Более того, метать нож – вовсе не единственный способ пользоваться ножом. Может быть, он на это и намекал как-нибудь обиняками, чтобы сдержать меня.

…Нет, все эти логические рассуждения ни к чему не ведут… Признавая за шизофреником способность связно мыслить, я лишь признаю свое поражение… Мне оставалось только собрать все силы и пассивно отдаться на волю случая.

А затем…

– Десять!

Я мгновенно нырнул под стол. И еще успел заметить краем глаза, как при слове «десять» рука моего гостя рванулась вниз и белое лезвие ножа прорезало воздух… Затем раздался звук удара – острие вонзилось во что-то упругое.

Попал, мелькнуло у меня в голове, и я весь сжался, ожидая приступа острой боли. Но что это?.. Болел лоб, которым я при падении стукнулся о пол, болели колени… Больше не болело нигде, и, скажем прямо, я вовсе не чувствовал себя мертвым…

Так и есть. Должно быть, он целил все-таки не в меня. Вот он вызывающе хохочет. Совершенно неуместный смех. Я боязливо поднял лицо и прямо перед собой, между ножками стола, увидел стул. Тот самый, возле двери. В спинке стула торчал нож, вонзившийся по самую рукоятку.

Чувствуя себя неловко, я поднялся и сделал вид, будто счищаю пыль с колен. Я даже немного гордился тем, что нашел в себе силы не завопить во все горло… (Теперь уже поздно испытывать сожаление, что тогда я не сделал этого. На что мне чувство собственного достоинства, репутация? Говорится: воет, как трусливая собака. Но ведь именно благодаря трусости собака часто ограждает себя от нападения. Если вы когда-нибудь попадете в подобную ситуацию, не давайте себя увлечь самолюбию, не повторяйте моих глупостей. Именно трусость является, вероятно, высшим талантом, высшей добродетелью в наш вероломный век…)

Мой гость с явным торжеством переводил взгляд с меня на нож в спинке стула и обратно. Затем, выпятив губу и скосив глаза, он произнес:

– У вас очень быстрая реакция. Я был просто поражен.

– Еще бы! – сказал я, все еще с трудом ворочая одеревеневшим языком. – Ну, так что же получилось? Прошел я тест или не прошел?

– А, плюньте вы на него. Такие тесты смысла, в общем-то, не имеют.

– Не имеют смысла?

– Конечно. Ведь это был тест для определения того, что с самого начала не имело смысла. Естественно, тесты на то, что не имеет смысла, совершенно бессмысленны.

– Да что же это «то»?

– Ах, сэнсэй, вы поистине отличный человек…

– Эй, вы… если вы учинили все это безобразие просто шутки ради…

– Не стесняйтесь, пожалуйста… я вас слушаю…

– Нет уж, сначала я хочу вас послушать!

– Ну хорошо. Только для верности я хотел бы еще раз спросить вас, сэнсэй: вы искренне верите тому, что я – марсианин?

– Вы мне надоели. Разве не поэтому я согласился подвергнуть себя вашему тесту? А вы теперь вот объявляете, что он не имеет смысла… Должен же быть предел безответственности, в конце концов!

– Мне очень жаль, что вы приняли это так всерьез… – Он втянул голову в плечи. – Вы только не сердитесь на меня, сэнсэй. Я ведь без всякого злого умысла. Просто спектакль получился слишком уж эффектный…

– Спектакль?

– Понимаете, распродажа в наши дни – дело очень нелегкое. Рекламные передачи по радио и телевидению помогают мало. Что ж, цель, как говорится, оправдывает средства. Как произвести на клиента впечатление? Хорошее впечатление, плохое впечатление – все равно, лишь бы достаточно сильное. Хотя я не предполагал, что лекарство так подействует. Видимо, немного переборщил… Но вы, сэнсэй, знайте одно. Я все время был уверен, что не причиню вам ни малейшего вреда…

Он подошел к стулу, выдернул нож и осторожно положил на край стола. Затем двумя пальцами достал из внутреннего кармана визитную карточку и протянул мне:

– Разрешите наконец представиться. Честь имею…

Я взглянул. На карточке было написано: