Третий не лишний - Степан Кулик

Оля стояла дальше всех, но и ей было видно, что открывающийся взгляду пейзаж не имеет ничего общего с тем местом, где расположена Гавань. Там город плавно сбегал к просторному песчаному пляжу, а здесь…

– Вы о чем говорите? – возмутилась она неуместной дурашливости спутников. – Какое небо? Какая синева? Ничего, что вокруг горы, а мы сами стоим прямо над обрывом?

– Тихо, тихо! – Леонид заметил, что девушка собирается шагнуть к ним, и спешно дернулся назад, потащив за собою Виктора. – Стой, где стоишь! И не вздумай камень отпустить! Замри, тебе говорю!

– Да что такое? – возмутилась та. – Я же…

– Оля, ты и в самом деле блондинка или крашеная? – с армейской прямотой высказался Лысюк. – Этот утес обозначает место перехода на новую локацию. Причем вполне возможно, одностороннего типа. Отойдем хоть на один лишний сантиметр – окажемся в другом месте! Оно тебе надо? Начинать приключения совершенно ничего не разузнав о том, что нас ждет, и не имея даже предметов первой необходимости…

– Думаешь, программа разрешила бы разведку и тем более сама ее предложила, если бы пройти этот уровень можно было как по городскому парку прогуляться? – поддержал Бурый.

– А на цвет неба и воды мы с Лёней не зря внимание обратили. Не бывают они такими на югах. Присоединив к этому снежные шапки вершин и обилие сосен, карабкающихся по склонам гор, я склонен предположить, что мы где-то на севере. И скорее всего, видим фьорд. А теперь, внимание, вопрос! Ничего в голову не приходит при слове Скандинавия? С учетом военной специфики исследований.

– Викинги?! – Бурый странно пригнулся, словно у него на загривке вздыбилась шерсть.

– Они самые. Непобедимые морские разбойники! Беспощадные головорезы, державшие в страхе всю Европу, начиная с десятого века и по тринадцатый включительно. А если верить некоторым утверждениям, то именно от них пошли и варяги. Родичи князей – основателей всея Руси. В том числе Белая и Малая.

– И где они? – Оля завертела головой и даже привстала на цыпочки. При этом, естественно, подалась вперед и убрала руку со скалы.

– Э нет, так не пойдет… – Леонид сам прижал ладонь к шероховатой теплой поверхности. – Я не против авантюр, но хорошо подготовленных. А тем, у кого ветер свищет, напоминаю: больно будет по-настоящему! – и для наглядности легонько ущипнул девушку за упругую попку.

– Ой! – Оля возмущенно уставилась на Бурого. – Мужчина, что вы себе позволяете!

– Убедилась? – хмыкнул Леонид. – Это хорошо… Вик, я бы настоятельно рекомендовал продолжить обсуждение пейзажа с противоположной стороны утеса.

– Согласен, – кивнул Лысюк. – Потопали обратно.

Если у Оли и было иное мнение, высказывать его она не стала и правильно сделала, переход управлял не только пространством, но и временем. В неизвестном мире они пробыли от силы несколько минут, а когда снова увидели Гавань – здесь уже вечерело.

– Занятная штука, – хмыкнул Леонид, поглаживая скалу. – Жаль, с собою взять нельзя. Прикинь, туда-сюда сходил – рабочий день и закончился. Это тебе не «Масло съел – день прошел». Тут все по-взрослому…

* * *

В Гавани что-то праздновали.

Визуально с наступлением первых сумерек количество праздношатающегося люда как минимум удвоилось. Неторопливая и закономерная сутолока рабочего дня сменилась хаотично-бессмысленной суетой карнавального вечера. А костюмам, прическам, маскам и свободе нравов тутошнего торжества мог позавидовать самый роскошный карнавал Венеции или Бразилии.

Вот мимо прошла сложнейшая конструкция, изображающая пятиметрового гиганта. Если судить по грохоту шагов, весящая столько, что в ней ни один силач не смог бы передвигаться самостоятельно. И тут же, рядом – восхитительная, изящная работа самого Творца, красоту которой только подчеркивал стиль ню. С так тщательно прорисованными узорами, словно девушка обменялась кожей с удавом. Для полноты картины не хватало русалок, сидящих на спинах у кентавров.

Все это людское море кипело и бурлило в потоках разнообразных песен, барабанных ритмов и более нежных мелодий, освещаемое набирающим силу лунным светом, газовыми фонарями, факелами и периодически расцвечивающими темнеющие небеса вспышками китайских салютов.

– Спасибо, – Виктор поблагодарил незнакомую красавицу, мимолетно одарившую его пахнущим мятой поцелуем и набросившую на шею цветочную гирлянду. Но ее уже оттеснили в сторону.

– Пользуешься успехом, – подколол друга Леонид и едва успел вернуть на место взвизгнувшую Олю, которую какие-то парни в балахонах инквизиторов или последователей ККК приноровились утащить с собой. – А ну, брысь! Это наша девушка.

Но поскольку те не отставали, а, хоть и вполне деликатно, продолжали попытки теснее познакомиться, сам подхватил Олю под коленки и взял на руки.

– Сорри, ма шер, но так надежнее. Иначе рискуем потеряться. Нравы тут, как я погляжу, те еще. Веселые, игривые…

Девушка оказалась не тяжелее кип документов, которые иной раз приходилось перетаскивать из кабинета в кабинет и не только на одном этаже. А на ощупь приятнее. Теплая, упругая и пахла не канцелярской пылью, а какой-то цветочной смесью, вызывающей в воображении благоухающий весенний сад.

Сама Оля если и была озадачена насильственным перемещением на «бельэтаж», то виду не подала. Наоборот, прижалась плотнее и руку за шею забросила. Чтоб удобнее.

– Командор, – окликнул Лысюка Бурый, – тебе выпадает дорогу мостить.

– А куда рулим?

– А какие варианты? Мы все равно кроме «Веселого поросенка» ничего тут не знаем. Да и пивовары обещали дождаться. В том смысле, что могли местечко за столиком придержать. А то в этом вселенском бедламе можно запросто без ужина остаться.

– Окейно.

Виктор не стал изображать из себя ледокол, тем более что некоторые «льдины» из аборигенов были вполне способны потопить судно любого водоизмещения. Хоть Knock Nevis. Он всего лишь отыскивал более-менее перспективный просвет, быстро ввинчивался в него и не позволял толпе сомкнуться раньше, чем сквозь брешь пройдет Леонид. Потом все повторялось.

А праздник с каждой минутой только набирал обороты. Словно неподалеку сгорело конопляное поле и дым отнесло на Гавань.

Пока добирались до харчевни, Лысюка пару раз попытались вовлечь в хоровод какие-то полуобнаженные «дриады». Но Виктор, хоть и перемазался помадой, успешно отразил атаки шалуний. А Бурый – еще раз отстоял свое право на ношение девушки. Теперь уже с активной помощью Оли, лично отпихнувшей ножкой чересчур настойчивого претендента на ее внимание.

Прогноз насчет многолюдности подтвердился на все сто. В «Веселом поросенке» желудю упасть было негде. В самом прямом смысле.

Но расстроиться не успели. Из-за столика по левой стороне поднялся румянощекий Константин и заорал, перекрывая общий галдеж:

– Эй! Мельничуки! Мы здесь! Давайте к нам!