Абсолютная гарантия - Борис Иванов

– Я еще не понял этого... – в тон ему отозвался Кай. – Точнее, не понял: победа это или поражение...

* * *

Санта-Финиту снова поливал дождь. От этого даже совершенно неуютный интерьер арендного гаража, в котором Шишел назначил встречу старине Годфри, приобрел некую привлекательность.

Годфри вошел в незапертые ворота гаража, отряхнул свой вымокший плащ и, не включая освещения, как и было условлено, открыл дверцу кара и устроился на его заднем сиденье. Сидевший за рулем Шишел ткнул в сенсор панели, и салон автомобиля залил неяркий свет. Не произнося ни слова, Шаленый перекинул Годфри объемистый пластиковый пакет – комплект новых документов и билет до Океании на имя, совсем не похожее на то, что носил старина Годфри. Пакет этот создал для Шишела изрядную задолженность перед Васей-Градом, но тот верил, что за старым приятелем не заржавеет, и постарался на славу.

Старина Годфри тоже не подвел – на сиденье перед Шаленым лег набор дубликатов магнитных карточек-ключей, схемы внутреннего расположения помещений «Альтер Эго», схемы сигнализации и охранных систем. Годфри терпеливо выкладывал все, что ему известно о содержимом той или иной серии сейфов.

– Легче всего будет собрать урожай здесь. – Он очертил желтым маркером часть распечатки плана наземного этажа здания фирмы. – Это залы индивидуальных сейфов. Там довольно много разного рода личных сбережений, уведенных от налоговой инспекции...

– Мне не так уж и нужны всякие личные сбережения, – поморщился Шишел. – Наличные или камушки, конечно, нужны, но хотелось сразу взять что-то, на чем можно срубить бабок на сумму с ноликами пятью. Так что показывай, где тут у вас не мелкие вклады, а, как говорится, «святая святых».

Годфри, мучительно морщась, смахнул с разложенных на столе схем и распечаток крошки от сандвича и тяжело вздохнул.

– И за какие это мои грехи бог сделал так, что ты прицепился именно к нашей конторе, Дмитрий?

Шишел постукал себя указательным пальцем по ноздре и коротко бросил:

– Нюх, Годфри. Нюх, старина. Годфри безнадежно махнул рукой.

– Ведь мы даже не банк. Мы просто хранилище. Фирма специализируется на хранении всего, что клиенты считают ценным. И если вместо бриллиантов и ценных бумаг ты напорешься на кучу писем чьих-то давно померших родственников – не обессудь. А что касается таких штучек, за которые платят суммы о пяти нулях, так это, извини, не такие вещи, на которые легко найти покупателя. Наука. «Хайтек»... С этим на базар не выйдешь. Впрочем, тебе виднее. Вот здесь – красным – обозначены сейфы нашего основного клиента. Специально оборудованные хранилища. С вентиляцией, подогревом, с вакуумной линией. Даже с подачей каких-то питательных растворов...

– Какого ж они – ученые эти – не хранят свою фигню у себя – в таких условиях, в которых им надобно? А они вместо этого платят вам немалые денежки за то, чтобы.. За что, собственно?

– За анонимность, Дмитрий, за а-н-о-н-и-м-н-о-с-т-ь. В наши закрома несут то, с чем опасно попасться. Но что всегда должно быть под рукой. Ну, скажем, если какая-то из биотехнологических фирм использует без лицензии чей-нибудь штамм бактерий, или там запрещенные к использованию плазмиды, или еще что-то в этом роде, то им не с руки попадаться с коллекцией ворованных или запрещенных штаммов. Они хранят их у нас. Мы обеспечиваем те условия хранения, которые нам продиктуют, а они платят деньги и получают кодовый номер. Номер их хранимых фондов. По нему они могут время от времени брать часть хранимого материала и использовать в своих целях. Если эту часть материалов конфискуют или уничтожат, то, как говорится, ничего страшного. Они оплатят штрафы, сдадут прокуратуре всякую мелкую сошку, а когда буря стихнет, снова полезут в наши сейфы и возьмутся за свое

– Я давно подозревал что-то в этом духе... – пробормотал Шишел.

«Шантажом надумал подзаработать? – поинтересовался у него демон. – Напрасно. Тебе же человеческим языком объяснили – а-н-о-н-и-м-н-о-с-т-ь. Ничего никому не докажешь. А голову тебе открутить за это могут. За то, что нос в чужие секреты сунуть собрался...»

«Это еще каким боком дело повернуть», – отозвался на эту реплику Шишел. А вслух спросил у Годфри:

– Вот ты тут про какого-то вашего основного клиента помянул. И что же? Тоже не знаешь, кто такие?

– Формально нет. Но о многом мне легко догадаться. Впрочем, советую тебе не проявлять интерес к этим материям...

– Меня интересует – почему этими материями так интересовался Копперхед? И вот что интересно – он тоже не советовал мне совать нос в секреты «Альтер Эго». Правда, получалось это у него много убедительнее, чем у тебя...

Годфри зло отшвырнул маркер, который крутил в руках, и принялся раскуривать сигарету.

– Ладно, – буркнул он, несколько успокоившись. – Если тебе необходимы лишние приключения, то получай их. Только никаких ссылок на меня. Нет особого секрета в том, что «Альтер Эго» – это практически дочернее предприятие биомедицинского центра «Абсолютная гарантия». Его, так сказать, чулан и прачечная. И процентов на восемьдесят мы загружены деньгами и материалами этого заведения. «Гарантия» и нанимала Копперхеда. Купила его с потрохами. Он выполнял для них какие-то делишки, связанные с крутой уголовщиной. Все дела с ним вели через нашу контору. Но я о них мало что знаю... Кроме того, это знаешь и ты – связываться со всем этим смертельно опасно.

Годфри снова начал нервничать и стал слегка захлебываться сигаретным дымом

– Даже если бы мне было безразлично, что станется с тобой, Дмитрий, мне необходимо, чтобы ты оставался цел, по крайней мере до тех пор, пока не переведешь мою долю добычи на мой счет. Поэтому я и советую тебе – собери свой урожай с денежных ящиков – там «зелени» хватает... И цифру свою – о пяти нулях – нарисуешь ты там для нас. А в специальные хранилища и не суйся. Не суйся, говорю я тебе!

Годфри довольно давно знал Шишела. Но так и не понял, что больше всего Дмитрий не любил, когда им пытались командовать.

* * *

Но не склонен был Шишел и действовать себе во вред, по принципу «назло маме уши отморожу». Пустые размышления явно не вели ни к какому разумному решению в отношении предстоящей операции. И посоветоваться, как всегда, было не с кем. И не для того, чтобы такое решение найти, а больше для самоуспокоения Шишел отдал дань своей благоприобретенной слабости: открыл наугад томик древнего путаника и, упершись взглядом в слово «сомнение», так соответствующее его теперешнему душевному настрою, вычитал новое его откровение:

«Временами, – повествовал биограф двух чудаков, – тяготясь обилием поглощенной им квашеной капусты – излюбленного своего лакомства, добродетельный Бонни обращался к внимавшим ему со словами: «Сомнения, что обуревают меня в этот час, есть не что иное, как отражение в моей душе великого сомнения Создателя в совершенстве своего творения. Именно они заставляют его посылать роду людскому тяжкие испытания, подобные, например, несварению желудка. И задача, что стоит перед всякой разумною тварью, – это в благодарность за сотворение свое испытания эти преодолеть и тем сомнения Господни развеять на срам лукавому».