Ренегат - Павел Корнев

И сразу упал на колени магистр-надзирающий. Он зажал ладонью глаза, из-под пальцев заструилась кровь. Адалинда поспешила на помощь, но ее остановила вскинутая рука.

— Со мной все в порядке! — хрипло выдохнул ясновидец и промокнул глаза вытянутым из-за обшлага платком. — Просто наткнулся на защитный амулет!

Стрелок озаботился приобретением магического оберега, да еще столь действенного? Это что за убийца такой предусмотрительный?

И — святые небеса! — почему книжника устранили именно сегодня?! Почему именно сейчас? И самое главное — как?

Риперторп отправил посыльного за городской стражей, затем велел оповестить профессора Гауса, а сам опустился на корточки рядом с телом и указал на пятку болта:

— Арбалет!

— Бред! — резко бросила Адалинда. — Болт бы я почувствовала! Да все бы здесь его почувствовали!

Колдуна можно застать врасплох, но нечего и пытаться застрелить ритуалиста, когда тот настороже. Не нужно быть истинным магом, чтобы отвести в сторону арбалетный болт. А мы ничего не заметили! Никто из нас! Идеальное убийство!

По спине у меня побежали мурашки.

Профессор Гаус приехал через четверть часа, когда стражники уже оттеснили ротозеев от карет и выставили надежный заслон. Поиски убийцы по горячим следам результатов не дали, гвардейцы вернулись ни с чем.

Медик первым делом осмотрел пострадавшего от неизвестных чар магистра; глаза того опухли, но больше не кровоточили.

— Назначу компрессы, завтра все пройдет, — объявил профессор Гаус и занялся покойником.

Он подцепил пятку болта зловещего вида щипцами, уперся ногой в грудину мертвеца, потянул и вырвал метательный снаряд из раны. Тот оказался полностью металлическим и каким-то неровно-угловатым, словно бы не доведенной до ума заготовкой.

— Штампованное метеоритное железо! — с отвращением объявила Адалинда.

Я присвистнул. Подобные вещицы практически не взаимодействовали с эфирным полем и потому ускользали от сверхъестественных чувств колдунов, да и защитные чары зачастую оказывались перед ними бессильны. Купол маркизы болт пробил бы на раз.

Редкая вещь. Дорогая. Созданная специально для уничтожения магов. Не слишком ли круто для убийства банального книжника? Или здесь все не так просто, как видится на первый взгляд?

— Ладно, — пробормотал я. — Ладно! Так или иначе, скоро мы во всем разберемся.

— О чем ты, Филипп? — недоуменно уставилась на меня маркиза.

Я отмахнулся и обратился к Риперторпу:

— Выводите Романа. Думаю, он замешан в этом деле по уши. Расскажет все как миленький!

Магистр-расследующий как-то странно посмотрел на меня и ничего не ответил.

— Что такое? — удивился я. — Вы ведь задержали помощника?

— Его не было в лавке.

Я выругался, грязно и недостойно образованного человека, но иных подходящих к случаю слов у меня попросту не нашлось.

— Так чего вы стоите?! Надо задержать Романа, пока он не удрал из города!

Риперторп судорожно сглотнул, я шагнул к нему и прорычал:

— Вы знаете, где он живет?

Магистр кивнул, сбросил оцепенение и махнул рукой кучеру:

— На улицу Ландышей! Быстро!

Маркиза цу Лидорф осталась руководить обыском книжной лавки, с нами на задержание Романа отправился один из каноников и троица гвардейцев.

Пока мчали по узеньким улочкам, распугивая прохожих резкими сигналами рожка, меня так и подмывало высказать Риперторпу все, что думаю о его умственных способностях, но сдержался, не стал перетряхивать на публике грязное белье. Выскажусь позже. Непременно выскажусь!

Прислушайся магистр к моим словам и проверь должным образом Романа, ничего этого бы не случилось. Ангелы небесные! Да мы бы закрыли дело еще седмицу назад! Я нисколько не сомневался, что именно помощник книжника стоит за убийством Хорхе, да и хозяина, вероятней всего, прикончил именно он.

Заговор. Это заговор. Быть может, в нем участвует и Риперторп? Снял подозрения с Романа, предупредил его о грядущем аресте книжника…

Я оценивающе посмотрел на магистра и с бессильной злобой понял, что доказательств у меня нет, а догадки к делу не подошьешь. И с такой же беспощадной ясностью накатило понимание, что мы лишь зря тратим время. Роман давно сбежал, дома его не застать. Ну да хоть квартиру обыщем…

Жил помощник книжника на окраине, в обветшалом трехэтажном доме, стиснутом с боков соседними строениями.

— Верхний этаж! — объявил Риперторп, и гвардейцы ринулись вверх по скрипучей лестнице.

Мне за ними было не угнаться, не стал даже и пытаться. Шел, тяжело опираясь на трость и пыхтя от негодования. Я был прав! Я с самого начала взял верный след! Святые небеса!

Послышался треск; гвардейцы не стали церемониться и с ходу вынесли хлипкую дверь. Но внутрь почему-то не вошли, замерли на пороге.

— Что там еще?! — прорычал я, протиснулся мимо наемников и обреченно выругался.

Все внутри оказалось перевернуто вверх дном, а Роман Кацен валялся ничком посреди этого бардака и… остывал. Вокруг безжизненного тела растеклась лужа еще не успевшей толком подсохнуть крови, тут и там пестрели алые отметины следов.

Я присмотрелся к наиболее четкому из них и скрипнул зубами от начавшей закипать внутри ярости. На каблуке душегуба не хватало одного гвоздя, кровавый отпечаток скалился злой щербатой улыбкой. Мне уже доводилось видеть подобные следы — по словам Риперторпа, их оставил в переулке убийца Хорхе. Выходит, он же отметился и здесь. Застрелил книжника, зарезал его помощника. Оборвал все уходящие от них ниточки.

Марионетки мертвы, кукольник надежно укрыт тенями кулис. И где-то рядом бродит убийца, на левом башмаке которого вылетел один из гвоздей.

Хотелось верить, что когда-нибудь я отыщу его. Только это мне сейчас и оставалось. Верить.